Со смертью лидера сепаратистов Аслана Масхадова у чеченских радикалов появился неожиданный герой. . . и новая причина для тотальной войны.

При жизни воинов оценивают по отваге, проявленной на поле боя. После смерти - по тому, как они умерли. Российские спецслужбы, окружившие на прошлой неделе убежище лидера чеченских сепаратистов Аслана Масхадова в деревне Толстой-Юрт, предложили ему сдаться. Он отказался, и федералы взорвали бетонное укрытие, убив его.

Этот последний акт неповиновения изменил репутацию Масхадова. На протяжении многих лет значительное число бывших соратников презирали его как слабого политического лидера, который после победоносной войны за отделение от России в середине 1990х позволил бандитам и религиозным фанатикам захватить контроль над Чечней. Радикальные партизаны осуждали его стремление к переговорам с русскими. Многие простые чеченцы ненавидели его как источник своих бед. Но теперь Масхадов стал мучеником за ислам и свой несчастный народ, и его смерть может привести к дальнейшему обострению жестокой войны с Россией.

Никто в Чечне не осмелился открыто отметить смерть Масхадова. Как минимум восемь его родственников исчезли в декабре прошлого года - как сообщали местные и национальные газеты, таким образом про-российская администрация Чечни, очевидно, пыталась принудить его сдаться. Однако в республике появились признаки нарастающей поддержки единственного чеченского президента, чье избрание международное сообщество признало законным. 'Он не сбежал и не сдался, как имам Шамиль, - говорит чеченец, сражавшийся вместе с Масхадовым в середине 1990х, имея ввиду легендарного чеченского партизана 19го века, который спокойно жил в российской ссылке. - Он был непростым человеком, сложным для понимания и закрытым. Но мы его простили'.

Финансируемый радикальными исламистами сайт Kavkaz Chat уделял Масхадову мало внимания, пока он был жив. Однако уже через несколько часов после его гибели, сайт был завален сотнями сообщений, восхвалявших его как национального героя и шахида (мученика за ислам). Лидеры радикальных партизан добавили сообщению свой смысл. Их главный пропагандист Мовлади Удугов заявил, что смерть Масхадова отметила 'новый период' в войне с Россией. Теперь не будет переговоров или временных приостановок боевых действий, сказал он, поклявшись, что война окончится только тогда, когда режим, создающий и питающий агрессию против чеченского государства и кавказских мусульман, будет окончательно уничтожен'.

В начале 1990х, когда Советский Союз начал распадаться, полковник артиллерии Масхадов вернулся в Чечню, чтобы руководить разработкой военной стратегии для восстания против России в 1994-1996. В 1997 он был избран президентом Чечни с большим перевесом голосов, но быстро утратил поддержку, потому что не смог помешать республике скатиться до анархии. В конце 1999 года российские войска вновь вторглись в Чечню и сбросили его сепаратистское правительство, и Масхадов оказался в бегах, постоянно переезжая с место на место и поддерживая контакты в основном через курьеров. Обычно его сопровождали три-четыре телохранителя, а мобильные группы безопасности - в последнее время около 15 человек, переодевающиеся в форму полиции про-российского лидера Рамзана Кадырова, - при необходимости находились в радиусе действия рации.

Чеченские источники, внимательно следящие за ходом войны, сообщили 'Time', что 53-летний Масхадов в последний раз связался со старшими офицерами партизан возле Шали, небольшого городка в 26км к юго-востоку от Грозного, 21 февраля. В то время он скрывался в селе на лесистых холмах Ножай-Юртского района, еще в 40 км к востоку. Как и нередко в прошлом, он жил буквально под носом у врага. Номинально село контролировалось про-российскими чеченскими войсками. Родина Кадырова, Центорой, расположена всего в 20 км отсюда. Масхадов планировал перебираться в западную часть республики, в сторону Ачхой-Мартана.

Когда его охрана не вышла на связь, партизаны начали обзванивать масхадовских связных. Используя его различные клички, включая ту, которую он сам сильно не любил, 'Большие уши', они спрашивали, не видел ли кто-нибудь Масхадова. Все отвечали отрицательно, но особой паники это не вызвало. Среди партизан ходили слухи о предстоящих секретных переговорах с Москвой, и они предположили, что он исчез как раз с этими целями. Однако в этом месяце они узнали, что россияне захватили одного из связных Масхадова в Ножай-Юрте. Чеченцы считают, что того пытками (которые, по мнению правозащитных организаций, регулярно применяются обеими сторонами) заставили выдать местонахождение лидера.

По словам россиян, они выследили Масхадова 8 марта в Толстой-Юрте, в 16 км к северу от Грозного. Выбор убежища был типично контринтуитивным. Толстой-Юрт давно известен неприятием лидеров оппозиции, и чтобы попасть туда, Масхадову нужно было преодолеть несколько крупных российских КПП. Именно там, по словам федеральных войск, они и нашли его - в доме в центре села, в подземном убежище, оборудованном практически ничем, кроме кровати и отопления.

В течение конфликта с Россией оказывавшийся во все большей изоляции Масхадов видел, как многие из его ближайших соратников погибли или сдались. Периодически он встречался с радикальным лидером партизан Шамилем Басаевым, который стоял за такими зверскими терактами, как захват театра в Москве в октябре 2003 и школы в Беслане в сентябре прошлого года. Однако Масхадов не принимал террористическую тактику Басаева, а тот презирал Масхадова за призывы к мирным переговорам. На прошлой неделе чеченское сопротивление оперативно назвало имя нового президента, Абдула Халима Сайдулаева, главы шариата (исламского суда). Сайдулаеву около 35, и он очень мало известен. Москва и про-российские чеченцы считают его марионеткой Басаева.

Некоторые кремлевские чиновники теперь предсказывают партизанскому движению медленную смерть. Несколько ветеранов в горах вполне могут решить заключить с властями мир. Но после смерти Масхадова Басаев может обрести еще большее влияние. А войну все чаще ведут не боевики в лесах, а 'джамаат' - небольшие мобильные группы, верные Басаеву и часто легально живущие в городах и селах. Именно такие люди участвовали в захвате московского театра и бесланской школы. В прошлом месяце Басаев предупредил, что планирует новые операции 'вроде Беслана'. Для таких людей смерть Масхадова - двойной подарок. Она дает сопротивлению нового национального героя и одновременно убирает единственного человека, мешавшего им объявить России и ее населению тотальную войну.

___________________________________________________________

Спецархив ИноСМИ.Ru

Чечня: радость или горе? ("Newsweek", США)

Пиррова победа Путина в Чечне ("Neue Zuercher Zeitung", Швейцария)

Путин позволяет убивать и дальше ("Berliner Zeitung", Германия)

Красная отметина Кремля ("Le Figaro", Франция)

Масхадов, труп, скрываемый Москвой ("Liberation", Франция)

Смерть Масхадова ("The Washington Post", США)

После Масхадова ("Frankfurter Allgemeine Zeitung", Германия)

Убийство, которое на руку как Кремлю, так и радикальным исламистам ("Le Monde", Франция)

Масхадов: Смерть патриота ("The Wall Street Journal", США)

Путин допустил убийство Масхадова ("Die Zeit", Германия)

Пиррова победа Путина ("Sueddeutsche Zeitung", Германия)

Потеря для русских ("Berliner Zeitung", Германия)

Чеченская война - Немезида России ("Daily Times", Пакистан)

Чечня: Война без правил ("Die Presse", Австрия)

Москва опасается интенсификации конфликта в Чечне ("Le Figaro", Франция)

Что будет после Масхадова ("Arab News", Арабская пресса)

Чеченские сепаратисты клянутся продолжать войну ("The Times", Великобритания)

Путин борется против мира в Чечне ("El Mundo", Испания)

Кавказ: Ведьмин котел вот-вот взорвется ("Frankfurter Rundschau", Германия)

Новым лидером чеченских сепаратистов будет не Басаев ("The Guardian", Великобритания)

Обещание тотальной войны ("Liberation", Франция)

Что ждет Чечню? ("The Times", Великобритания)

Кремль доведет войну до кровавого конца ("Helsingin Sanomat", Финляндия)

Влияние чеченской войны на регион ("The Washington Post", США)

Чечня: переговоры на языке оружия ("Turun Sanomat", Финляндия)

Мертвые герои живут дольше ("Der Standard", Австрия)

Гибель повстанца вызвала дебаты относительно стратегии для Чечни ("The New York Times", США)

'Это оскорбление для всего чеченского народа' ("Liberation", Франция)

Чечня: Стратегия Европы ("Frankfurter Rundschau", Германия)

Чечня, загнанная в угол ("The Financial Times", Великобритания)

Убийство Масхадова: двусмысленная победа России ("Il Мessaggero", Италия)

Масхадов - умеренный лидер, который хотел мира ("Le Figaro", Франция)

Россия и Чечня ("The International Herald Tribune", США)

Масхадов - талантливый военный, не устоявший перед исламистами ("The Times", Великобритания)

Масхадов - жертва российских и исламских радикалов ("The Guardian", Великобритания)

Масхадов ("Die Welt", Германия)

Смертельный враг Кремля ("Frankfurter Allgemeine Zeitung", Германия)

Москва ликвидирует президента чеченских сепаратистов ("Liberation", Франция)