Насильственная смерть бывшего президента Чечни и верховного главнокомандующего формированиями чеченских боевиков Аслана Масхадова (он погиб 8 марта) в краткосрочной перспективе можно назвать успехом президента Владимира Путина, но в долгосрочном плане, она, возможно, станет поражением России. Теперь война в Чечне еще больше утратит 'национально-освободительный' характер - ее уже нельзя будет преподносить как борьбу за независимость Чечни, символом которой и являлся Масхадов - и Москве придется напрямую столкнуться со смертельной угрозой терроризма со стороны исламских экстремистов.

По мере нарастания кризиса на Северном Кавказе администрации Буша следует внимательно следить за развитием событий. Это можно делать посредством диалога с российскими властями и контактов между независимыми экспертами обеих стран, в том числе с участием представителей коренных народов Северного Кавказа. Вашингтон должен сотрудничать с Россией в акциях по выявлению и ликвидации каналов финансирования, передвижения террористов, предоставления им технической помощи и военного обучения. США и Россия должны разработать методы, позволяющие идентифицировать, отслеживать и нейтрализовать центры, которые радикалы-исламисты используют для подстрекательства к насилию и террористической деятельности - таких как мечети и медресе - избегая при этом жертв среди гражданского населения и не вызывая недовольства в обществе. Администрация должна также оказать России помощь в укреплении влияния традиционных, местных, умеренных разновидностей ислама, в том числе поддерживать образовательную, культурную, духовную и медийную деятельность в регионе.

Наконец, Соединенные Штаты. в сотрудничестве с федеральными и местными властями, а также деловым сообществом и неправительственными организациями, должны способствовать внедрению в регионе моделей экономического развития на рыночной основе, а также повышению роли женщин в обществе, что позволит нейтрализовать влияние радикалов-исламистов, которые, скорее всего и придут к власти [у чеченских боевиков - прим. перев.] после смерти Масхадова.

Неоднозначная личность

Аслан Масхадов родился в 1951 г. в чеченской семье, депортированной в Казахстан по приказу Иосифа Сталина. Бывший офицер-артиллерист, дослужившийся в Советской армии до полковника, он, до недавнего взлета исламского радикализма в регионе, придерживался, по сути, националистических позиций. Он умело командовал иррегулярными чеченскими формированиями в ходе первой войны и заключил Хасавюртские соглашения с генералом Александром Лебедем - помощником тогдашнего президента Бориса Ельцина по национальной безопасности. В результате этих соглашений Чечня получила фактическую независимость.

В 1997 г. Масхадов был избран президентом, победив на выборах экстремиста Шамиля Басаева. Однако его популярность среди соотечественников постепенно снизилась, и на момент смерти рейтинг Масхадова не достигал и 10%. Он старался не подпускать Басаева к официальным командным структурам, однако контролировать его действия был почти не в состоянии. Тем не менее, когда в январе 2005 г. Масхадов объявил об одностороннем прекращении огня и призвал к переговорам с Кремлем, большинство фракций чеченских мятежников соблюдали перемирие. Кроме того, он прекратил разговоры о независимости Чечни, и, как сообщается, был готов вести переговоры о предоставлении республике широкой автономии в составе Российской Федерации.

Тем не менее, его 'послужной список' был весьма противоречивым: именно при Масхадове в Чечне воцарились ужасающая анархия и власть законов шариата. В 1997-1999 гг. - период 'квазинезависимости' Чечни, возглавляемой Масхадовым - республика превратилась в 'тренировочный лагерь' для исламистских террористов, рынок торговли рабами, оружием, наркотиками и краденым; более 2000 человек были похищены с целью получения выкупа. Экономика Чечни рухнула, по приговору исламских судов преступников увечили или публично казнили. Масхадов не мог или не хотел положить конец этим явлениям. Он публично отмежевался от ужасающих терактов с массовым захватом заложников, организованных полевым командиром-террористом Шамилем Басаевым - например на Дубровке в 2002 г. или в бесланской школе в сентябре 2004 г. - в результате которых погибли сотни ни в чем не повинных людей, однако он ничего не предпринял, чтобы пресечь подобные злодеяния. Наоборот, в последних интервью он призывал к распространению террора на весь Северный Кавказ и организации терактов против гражданского населения в России.

Номинальный преемник

Формально преемником Масхадова стал малоизвестный специалист по исламскому праву (шейх) Абдул-Халим Сайдуллаев. Этот человек, не проявивший себя ни как исламский богослов, ни как военачальник, вероятно был выбран самим Масхадовым в качестве преемника, чтобы не позволить Басаеву официально возглавить чеченских боевиков.

Это было сделано как с целью запугивания Москвы перспективой хаоса, который наступит, если в Кремле решат устранить Масхадова, так и чтобы поставить движение чеченских мятежников перед угрозой распада - ведь у руля окажется никому не известная фигура. Однако, по данным из российских источников, шейх Абдул-Халим издавал фатвы, оправдывающие убийства и теракты [1].

Расчеты Москвы

Президент России Владимир Путин остро нуждался в крупном успехе: после теракта в Беслане и массовых протестов против монетизации социальных льгот его популярность начала падать. Именно такую победу российская спецслужба (ФСБ) преподнесла президенту в подарок к Международному женскому дню, который в России имеет статус государственного праздника. Теперь его рейтинг, возможно (хотя и не обязательно) снова пойдет вверх.

Сегодня, через год после того, как Путин без труда добился переизбрания на второй срок, стоящие перед ним внутри- и внешнеполитические проблемы растут как снежный ком, а окружавшая его аура почти свехчеловеческой непобедимости быстро тускнеет. Это не означает, что Путина пора сбросить со счетов: он по-прежнему контролирует ситуацию. Однако хотелось бы надеяться, что он не повторит ошибок своих предшественников, подвергавших чеченцев беспощадным репрессиям независимо от их идеологических и политических пристрастий. Вот что пишет о политике царя Николая I в Чечне и Дагестане великий русский писатель Лев Толстой (который, будучи армейским офицером, в середине 19 века сам служил на Кавказе) в своей знаменитой повести 'Хаджи Мурат':

'. . .план медленного движения в область неприятеля посредством вырубки лесов и истребления продовольствия был план Ермолова и Вельяминова, совершенно противоположный плану Николая, по которому нужно было разом завладеть резиденцией Шамиля и разорить это гнездо разбойников и по которому была предпринята в 1845 году Даргинская экспедиция, стоившая стольких людских жизней. . . Но он . . . гордился и тем планом своей экспедиции 45-го года и планом медленного движения вперед, несмотря на то, что эти два плана явно противоречили один другому' [2].

В 1850 г. царь вновь приказал своему наместнику на Кавказе князю Михаилу Воронцову 'твердо держаться моей системы разорения жилищ, уничтожения продовольствия в Чечне и тревожить их набегами' [3]. Реакцию чеченцев на разорение их сел, гибель женщин, детей и стариков предугадать нетрудно. Вот как описывает ее Толстой, повествуя о разорении такого села российскими войсками:

'О ненависти к русским никто и не говорил. Чувство, которое испытывали все чеченцы от мала до велика, было сильнее ненависти. Это была не ненависть, а непризнание этих русских собак людьми и такое отвращение, гадливость и недоумение перед нелепой жестокостью этих существ, что желание истребления их, как желание истребления крыс, ядовитых пауков и волков, было таким же естественным чувством, как чувство самосохранения' [4].

Царское правительство вынудило более 500000 чеченцев, черкесов и других мусульман бежать в Османскую империю, и сегодня их потомки расселились по всему Ближнему Востоку - от Турции до Израиля и Иордании. Большевики сначала использовали чеченцев в борьбе с белоказаками, а затем, в 1920е гг., подавляли все их выступления, применяя авиацию и ядовитый газ. В конце 1930х гг. на Северном Кавказе вспыхнуло мощное восстание, которое было жестоко подавлено. В 1944 г. Сталин, нарком иностранных дел В.М. Молотов и нарком внутренних дел Лаврентий Берия организовали насильственную депортацию чеченцев, ингушей, крымских татар и ряда других народов в Сибирь и Центральную Азию - это стало настоящей 'этнической чисткой', в ходе которой миллионы людей были изгнаны из родных мест. Лишь в 1956 г., уже после смерти Сталина, чеченцам и другим депортированным разрешили вернуться на родину.

В ходе распада СССР чеченцы попытались добиться независимости, но получили жестокий отпор. Президент Путин признал, что первая чеченская война, развязанная ельцинской администрацией в 1994 г., в ходе которой от 80000 до 100000 человек погибли, и еще более 100000 стали беженцами, была ошибкой [5]. Сегодня обстановка изменилась: укрепление связей между чеченскими боевиками и международными террористическими группировками фундаментальным образом меняет как сам характер этой войны, так и ее геостратегические последствия.

Новые реалии

С гибелью Масхадова Москва лишилась возможности добиться раскола среди чеченцев: отделить светских деятелей - сторонников независимости или широкой автономии от радикальных террористов-'джихадистов'. Однако, судя по всему, Кремль вообще не верил в реализацию этой возможности: он всегда подчеркнуто ставил знак равенства между Басаевым и Масхадовым. Лишь представители российских демократических партий ('Яблока' и Союза правых сил) выступали за переговоры с Масхадовым. В этом их поддерживал Комитет солдатских матерей - организация, объединяющая женщин, чьи сыновья служили или погибли в Чечне. В начале нынешнего года представители этих организаций даже ездили в Лондон, и вели переговоры с представителями Масхадова, которые, впрочем, не увенчались конкретными результатами.

Теперь масштаб и интенсивность боевых действий на Северном Кавказе будут диктовать радикально-исламистское крыло, возглавляемое Басаевым и полевым командиром Абу Хавсом (уроженцем Саудовской Аравии), которое отвергает дипломатические методы и выступает за 'джихад', а также российские спецслужбы и военные [6]. Абу Хавс, также известный под псевдонимом Амжет (Amzhet), финансировал теракт в Беслане и спланировал нападение на Ингушетию в 2004 г., в результате которого погибли более 90 человек. Как это не печально, вероятность масштабных терактов вроде бесланского, также будет расти. Ликвидация или задержание Басаева в кратчайшие сроки становится самой насущной задачей российских спецслужб.

Боевикам-ваххабитам, обладающим каналами финансовой поддержки и возможностями для боевой подготовки по всему миру, только и нужно, чтобы верховными командующими на Северном Кавказе стали Басаев и Абу Хавс, и они рады избавиться от помехи в лице Масхадова. Басаев уже сегодня обучает и оснащает оружием террористические группы, созданные на основе системы ваххабитских медресе в Дагестане, Ингушетии и Кабардино-Балкарии. Тактика российских властей, опирающихся на силовые методы, судя по всему, не в состоянии эффективно предотвратить распространение радикально-исламистской идеологии.

Со смертью Масхадова время переговоров миновало - по крайней мере, на время. Парадигма национального освобождения и широкой автономии Чечни в составе Российской Федерации - а то и полной независимости - уже не актуальна. Парадоксально, но факт - в отличие от Масхадова, радикалы-исламисты не стремятся к независимости для Чечни. Им нужен только халифат (государство от Черного моря до Каспия, управляемое военной диктатурой на основе шариата), в котором национальные устремления чеченцев уступят место панисламистской программе и планам создания мусульманского 'супергосударства'.

Что следует делать Соединенным Штатам

Разрастание исламистского мятежа на Северном Кавказе не соответствует национальным интересам США. Не соответствует им и создание ваххабитского халифата, начало кровавой гражданской войны или распад Российской Федерации, обладающей тысячами ядерных боеголовок и мощнейшим военно-промышленным комплексом. Поэтому администрации Буша следует:

- Внимательно отслеживать ситуацию. Это можно делать посредством диалога с российскими властями и контактов между независимыми экспертами обеих стран, в том числе с участием представителей коренных народов Северного Кавказа.

- Сотрудничать с Россией в выявлении и ликвидации каналов финансирования, передвижения террористов, предоставления им технической помощи и военного обучения.

- Разработать методы, позволяющие идентифицировать, отслеживать и нейтрализовать центры, которые радикалы-исламисты используют для подстрекательства к насилию и террористической деятельности - таких как мечети и медресе - избегая жертв среди гражданского населения и не вызывая недовольства в обществе.

- Способствовать укреплению влияния традиционных, местных, умеренных разновидностей ислама, в том числе поддерживать образовательную, культурную, духовную и медийную деятельность в регионе.

- Помогать внедрению в регионе моделей экономического развития на рыночной основе, а также повышению роли женщин в обществе, что позволит нейтрализовать влияние радикалов-исламистов.

Заключение

После гибели Аслана Масхадова исламистское движение на Северном Кавказе, подрывавшее его попытки урегулировать кризис дипломатическими методами, попытается превратить его в 'мученика' и оправдать его именем новые теракты. По мнению исламистов, теперь они приблизились к осуществлению своей цели - созданию Северокавказского халифата. Если им удастся добиться успеха, это станет катастрофой не только для Северного Кавказа и Закавказья, но также для России и Европы.

Подобное образование по соседству с Европой, к тому же контролируемое единомышленниками Усамы бен Ладена, на десятки лет превратится в рассадник терроризма и религиозного экстремизма. Оно может стать самой серьезной угрозой безопасности Европы в нынешнем столетии. Возрастет и вероятность того, что террористы попытаются свергнуть светский шиитский режим в Азербайджане, контролирующий значительные запасы нефти и трубопроводы для ее транспортировки из бассейна Каспия.

Пора Соединенным Штатам обратить серьезное внимание на эскалацию угроз в Северокавказском регионе.

Доктор Ариэль Коэн - старший научный сотрудник отдела российских и евразийских исследований и международной энергетической безопасности (Russian and Eurasian Studies and International Energy Security) Центра внешнеполитических исследований им. Дугласа и Сары Эллисон (Douglas and Sarah Allison Center for Foreign Police Studies) (филиала Института международных исследований им. Кэтрин и Шелби Каллома Дэвисов (Cathryn and Shelby Cullom Davies Institute for International Studies) при фонде 'Heritage Foundation')

____________________________________________________________

[1]Khamzat Chitigov, 'Na rol' zits-predsedatelia nesushchestvuyushchei respubliki pretenduyut mnogie,' Strana.ru, March 11, 2005, at www.strana.ru/print/242488.html (March 12, 2005).

[2]Leo Tolstoy, Haji Murat, p. 44, at az.lib/ru/t/tolstoj_lew_nikolaewich/text_0250.shtml (March 12, 2005).

[3]Ibid.

[4]Ibid.

[5]Meeting of President Putin with Western experts and journalists, Moscow, Novo-Ogarevo, September 6, 2004, author's notes.

[6]Mark Franchetti, 'Saudi Killer Spearheads Chechen War,' The Sunday Times, March 13, 2005, as reported on Russia's Johnson List, an electronic news service.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.