Первый день знакомства с военной жизнью стоит сегодня перед глазами Петра Астахова столь же отчетливо, как и 63 года назад. За несколько часов до того семнадцатилетний парнишка прибыл на фронт. По приказу диктатора Сталина Красная Армия должна была взять занятый немецким Вермахтом город Харьков на Украине. Первое, что увидел молодой солдат в то теплое майское утро 1942 года, был плачущий красноармеец, по возрасту не старше его самого. Молодой солдат стоял на коленях перед офицером и просил пощады. 'Товарищ комиссар! Поверьте мне! Я буду выполнять любые задания, но только не убивайте меня!'

Однако мольба была безрезультатной. По приказанию комиссара два солдата расстреляли своего товарища, который якобы пытался совершить в отношении себя членовредительство и таким образом попасть в лазарет, а не на фронт, - в тыл. Затем они перевернули умиравшего и выстрелили ему в голову.

'Тут я понял, что война это не героический марш от победы к победе, как ее представляли себе мои товарищи и я, идя добровольцами в Красную Армию', - вспоминает Астахов, нынешний пенсионер из небольшого подмосковного городка Переславль-Залесский.

Вместо того чтобы вернуть Харьков, советские подразделения оказались в окружении Вермахта. Петр Астахов, вся военная подготовка которого ограничилась стрельбой десятью патронами по мишени, был взят в плен Вермахтом - как и более пяти миллионов других советских военнослужащих в годы Второй мировой войны. В лагере для военнопленных немецкий комендант приказал новичкам: 'Коммунисты, евреи, офицеры - выйти из строя. Иначе плохо будет всем остальным'. Вышли семь товарищей Астахова - и они были расстреляны перед лагерными воротами. Семеро - из более чем двух миллионов советских военнопленных, убитых в этой войне Вермахтом и подразделениями СС или умерших от голода и холода, от инфекций и перенапряжения.

В то время как Астахов ожидал своей дальнейшей судьбы, в Харькове со своими родителями прощался 18-летний Виталий Беликов. Немецкие оккупанты отправляли его на принудительные работы в немецкий Рейх - судьба, которую разделили с Беликовым семь миллионов советских граждан. Беликова привезут в Германию в товарном вагоне и определят на берлинскую мебельную фабрику Otto L. Schmidt. В деревянном бараке на территории фирмы, обнесенной колючей проволокой, Беликов изготавливал следующие три года ящики для гранат и противогазов. Кормили скромно.

Но вскоре немецкие коллеги стали приглашать занятых на принудительных работах, поесть к себе домой. В скором времени Беликову разрешили в свободное время покидать территорию фирмы. Он знакомится с русскими эмигрантами, по воскресеньям ходит на богослужения в одну из русских православных церквей.

У Петра Астахова тоже не было счастья, да несчастье помогло. После лагерей военнопленных на Украине и в Польше он оказывается в лагере Цитенхорст, расположенном под Берлином. В лагере, находившемся в ведении 'Министерства по вопросам оккупированных территорий', молодые русские, украинцы и кавказцы должны были изучить основы национал-социализма, а затем работать на немцев на оккупированных территориях. Астахов получает паспорт человека, не имеющего подданства, пользуется относительной свободой передвижения. Однако на Востоке немцам вскоре пришлось отступать. Астахов ремонтирует крыши домов в Берлине, которые все чаще приводят в негодность бомбардировки английской и американской авиации. В начале 1945 года его откомандировали на работы на остров Райхенау на Боденском озере. В феврале 1945 года он бежит оттуда на лодке в Швейцарию. В апреле 1945 года, когда война стала приближаться к Берлину, и был виден уже ее конец, а бараки фирмы Otto L. Schmidt уже давно не охранялись, бежали также Виталий Беликов и его товарищи - на Восток, навстречу наступавшей Советской Армии.

'Нас сразу же одели в форму - и мы снова пошли в направлении Берлина, - вспоминает Беликов, сегодня - 81-летний бодрый, седовласый господин. - Из 445 человек из моего полка в живых после боев за Берлин остались 34'. После немецкой капитуляции Беликов служил в оккупационных войсках, в 1947 году вернулся в Россию. Дорога в Харьков для него была закрыта. После войны его отец Анатолий, будто бы коллаборационист, помогавший немцам, был приговорен к пяти годам исправительных лагерей.

Виталий Беликов едет в Москву, берет свой аттестат зрелости и записывается на учебу в учебное заведение, готовившее инженеров-транспортников. Его счастье продолжалось два года. Затем он рассказывает сокурсникам, расспрашивавшим его о жизни в Берлине, что немцы в материальном отношении жили намного лучше, чем советские граждане. Шпион КГБ донес на него. За антисоветскую пропаганду спецслужба приговорила его к десяти годам исправительных лагерей.

Петру Астахову казалось, что после окончания войны в Швейцарии он попал в рай. Но он тосковал по родине. Вскоре он пришел в советскую военную миссию, которая должна была агитировать советских граждан возвращаться домой. Астахов поверил заверениям офицеров, что, мол, военное время забыто, и с теми, кто возвратится домой, ничего, дескать, не будет. Но когда осенью 1945 года Астахов прибывает в Москву, его арестовывают и после года пребывания в пользующихся дурной славой застенках Лубянки и Лефортово приговаривают к пяти годам лагерей.

Жестокость - обычное дело. Диктатор Сталин считал военнопленных трусами и потенциальными предателями. По оценкам советских историков, пятая часть из 5,45 миллионов человек, вернувшихся на родину, были принудительно отправлены на службу в Красную Армию или в трудовые и штрафные батальоны, в исправительные лагеря или же расстреляны. 'Сколько лет ты получил?' - спросили Виталия Беликова, когда после вынесения приговора он вошел в свою камеру. 'Десять'. - 'Счастливчик. Я получил двадцать, другие 25 лет лагерей', - сказал один из сокамерников.

Петру Астахову разрешили в 1958 году, после одиннадцати лет заключения и изгнания, возвратиться в Баку, на родину своей семьи. Карьера была закрыта и для него. Так что любитель-художник рисовал плакаты для нефтяной промышленности. Ходатайство о реабилитации он направляет, только потому, что на этом настояла его жена. 'Наши дети не должны жить всю свою жизнь с клеймом, быть детьми арестанта'. После того, как он вышел на пенсию, в 1982 году, его реабилитировали. Каждый год Астахов получает открытку с поздравлениями президента - ко 'Дню Победы', годовщине окончания войны.

'9 мая наш национальный праздник, священный день, в том числе и для меня', - говорит старый человек. Астахов сохранил все поздравления, по крайней мере, с десяток из прошлых лет. 'Вы с честью выстояли в самой страшной в истории человечества войне и спасли мир от нацизма', - такие слова были в последнем поздравлении президента Путина. В мае одно московское издательство опубликует его воспоминания о годах войны и о ГУЛАГе - запоздалая сатисфакция.

Написал о пережитом и Виталий Беликов. Во время перестройки отельные выдержки опубликовала местная газета. Потом стали протестовать некоторые военные ветераны, мол, это вредно для патриотического воспитания молодежи. '9 мая - это не тот день, который мне близок, - говорит Беликов. Меня нервируют разговоры о том, будто Россия в одиночку спасла цивилизацию. Это была победа всего мира, союзников, которые помогли России и открыли второй фронт. Но у нас об этом говорят неохотно'.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.