'Я не расист', - пытался оправдываться интеллигентной наружности пожилой господин, прежде чем дать выход своему недовольству на одном из предвыборных мероприятий в конце прошлой недели. Они враждебно настроены, плюют везде на улицах, они совершенно другие со своими черными волосами и темной кожей. Им здесь не место. 'И они отнимают у нашей молодежи работу', - согласилась с ним какая-то сердитая дама. При этом она допустила, что никакой русский не будет убирать мусор за 6000 рублей в месяц, как это делают бедняки из кавказских и среднеазиатских стран.

Русские в столице России, где официально проживают свыше десяти миллионов человек на площади меньшей, чем Берлин, испытывают неприятные чувства. Их доля среди населения сократилась за немногие годы с 90 до 85 процентов. Однако 'ощутимый' приток мигрантов из стран СНГ, которые еще 15 лет назад были гражданами единого государства, кажется для них значительно выше. Действительно, никто точно не знает, сколько незаконных мигрантов из Азербайджана, Молдавии или Таджикистана проживают в российской столице. Называют цифру три миллиона человек. Эта неуверенность вызывает враждебность и расизм, пользующиеся сегодня конъюнктурой.

В этой ситуации Россия внимательно смотрит на горящую Францию. Кое-кто, в зависимости от характера и убеждений, обеспокоен. Может ли такое произойти у нас, спрашивают они с тревогой.

Другие реагируют с чувством определенного удовлетворения. Для российской элиты наступил долгожданный момент взять реванш, считает Андрей Рябов из московского Института Карнеги (Carnegie). Долгое время ей приходилось выслушивать западную критику по поводу чеченской политики России, нарушений прав человека и ограничения свободы средств массовой информации. Теперь они чувствуют, что пришло время лишить критиков российской 'суверенной' демократии морального и политического права 'поучать нас, как нам надо жить'.

События во Франции служат для большинства россиян доказательством того, что демократическую систему Запада ни в коей мере нельзя считать лучшей. Они видят в российском варианте, направленном на усиление централизации, демонтаж демократических свобод и ренационализацию экономики, гарантию стабильности, которая должна предохранить от взрывов, подобным тем, что происходят во французских городах.

Бунт во Франции кажется им результатом слишком большого либерализма. В настоящее время политика жесткой руки, вытеснение всего чуждого находит в России большое одобрение. В дискуссиях по этому вопросу тон задают сторонники 'сильного государства'.

Так, Дмитрий Рогозин из партии 'Родина' потребовал депортации всех нелегалов, закрытия границ и отмены безвизового режима для поездок граждан соседних стран. Одновременно Рогозин подогрел атмосферу в городе с помощью расистского предвыборного видеоклипа, оскорбляющего кавказцев, называя их 'мусором'. Только незначительная часть москвичей отдает себе отчет в том, что расизм, в конечном счете, может стать причиной таких же волнений, как и во Франции.

Сегодня больше половины его соотечественников, по крайней мере, идейно готовы поддержать лозунг 'Россия для русских', с которым в эти дни тысячи молодых неофашистов бесчинствовали на улицах Москвы, считает Эмиль Паин, руководитель Центра по изучению ксенофобии и проблем экстремизма. С особым беспокойством он воспринимает тот факт, что враждебностью в особой мере инфицированы блюстители порядка Министерства внутренних дел. Согласно проведенным опросам, 73 процента граждан относятся крайне негативно к инородцам, к представителям народностей, проживающим в России.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.