Если бы в России отмечали День благодарения, граждане этой страны, которым дорога свобода, вряд ли смогли бы с благодарностью вспомнить прошедший год.

В 2004 г., впервые со времен распада СССР, правозащитная организация 'Freedom House', оценивающая ситуацию в странах мира с точки зрения политических и индивидуальных свобод, которыми пользуются их граждане, внесла Россию в самую низшую из трех своих рейтинговых категорий - 'несвободных стран'. (Для сравнения, в 1990 г. Советский Союз в этом рейтинге оценивался как 'частично свободная' страна). За прошедший год ситуация только ухудшилась.

На прошлой неделе нижняя палата российского парламента подавляющим большинством голосов одобрила поддерживаемый Кремлем законопроект, призванный усилить государственный контроль над частными некоммерческими организациями. В случае принятия законопроекта российские некоммерческие организации, которых сегодня насчитывается около 450000, попадут под более жесткий надзор властей: одна из главных целей этой меры - гарантировать их неучастие в политической деятельности.

Кроме того, расширятся возможности для их ликвидации в судебном порядке. Не исключено, что им к тому же будет запрещено получать финансовую помощь из зарубежных источников. Одновременно, согласно этому закону в его нынешнем варианте, иностранные благотворительные и просветительские организации смогут действовать в стране только после перерегистрации в качестве российских юридических лиц - вот только неясно, удастся ли им хотя бы успешно пройти эту процедуру.

Российский президент Владимир Путин заявил, что 'институты гражданского общества . . . не должны пострадать', и он рассмотрит вопрос о соответствующих поправках к закону. Однако по мнению большинства правозащитников все это - не более чем пустые слова: они считают, что принятием нового закона путинский режим стремится поставить под контроль единственный сектор российского общества, сохранивший независимость даже сегодня - в эпоху угодливых политиков и СМИ с кляпом во рту. Неправительственные организации сыграли важнейшую роль в свержении ориентированных на Москву авторитарных режимов на Украине и в Грузии; Путин явно не желает рисковать повторением подобного сценария у себя в стране.

Впрочем, это далеко не все тревожные новости, приходившие в последние месяцы из России. В мае нефтяной магнат и известный филантроп Михаил Ходорковский был осужден по целому ряду обвинений, связанных с уклонением от налогов и мошенничеством. Политические мотивы этого приговора очевидны: Ходорковский стал единственным российским олигархом, не поддавшимся шантажу со стороны властей - он продолжал финансировать оппозиционные группировки и не скрывал собственных политических амбиций. В октябре Ходорковского неожиданно перевели из московской тюрьмы в исправительно-трудовой лагерь в Сибири, расположенный в районе с суровым климатом и высоким уровнем радиоактивного загрязнения; сделано это было в нарушение российского законодательства, которое требует, чтобы заключенные отбывали срок в том же регионе, где они проживают. Ходорковского перевели через несколько дней после публикации в одной из московских газет его иронического поздравительного послания по случаю дня рождения Путина: возможно, это был просто акт мести.

В статье, опубликованной в 'New Republic' 28 ноября, писатель Пол Берман (Paul Berman) говорит о странной политической атмосфере, воцарившейся сегодня в Америке, многие мыслящие люди искренне считают Буша фашистом и уверены, что в стране вот-вот установится тирания, но при этом они могут быть твердо уверены, что в 2008 г. нынешний президент покинет Белый дом, а главой государства, возможно, станет, 'его ярый оппонент'. У россиян подобной уверенности, увы, нет.

Российская конституция, как и наша, запрещает президенту баллотироваться после двух сроков пребывания в должности. Однако на симпозиуме по проблемам, связанным с будущим России, состоявшемся недавно в вашингтонском American Enterprise Institute, российский социолог Юрий Левада выразил твердую уверенность, что Путин под каким-нибудь предлогом останется у власти на третий срок. Другой докладчик - американский эксперт по политическим вопросам Николай Злобин - не согласился с этой точкой зрения, однако подчеркнул, что преемником Путина в любом случае станет человек, подобранный Кремлем. Левада горько заметил, что 'главной отличительной чертой политической жизни России в настоящее время является отсутствие оппозиции', и никто из участников симпозиума не оспорил этот мрачный вывод.

Некоторые американские политики, в особенности сенатор Джон Маккейн (John McCain) продолжают оказывать на Россию давление по вопросу о правах человека. Однако администрация Буша старается не доставлять беспокойства Кремлю, ограничиваясь вежливой и беззубой критикой - и это в тот момент, когда новорожденную российскую демократию душат в колыбели. Какие преимущества это нам дает, совершенно непонятно. Вроде бы Россия - наш партнер в войне с террором, однако власти Узбекистана, близкого союзника России, только что 'выставили' со своей территории американскую авиабазу, игравшую важнейшую роль в обеспечении военных операций США в Афганистане.

В годы Холодной войны Соединенные Штаты ради борьбы с СССР не раз заключали сомнительные с нравственной точки зрения альянсы с авторитарными режимами стран Третьего мира. Сегодня мы наблюдаем гротескное 'зеркальное отражение' этой ситуации: администрация Буша рассматривает путинскую Россию, где все больше укрепляется авторитаризм, как нашего союзника в войне против террора. Но подобный режим не только компрометирует нас в моральном плане, но и вполне может оказаться ненадежным 'другом'.

Кэти Янг - член редколлегии журнала 'Reason' и обозреватель 'Boston Globe'

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.