В Москве, там, где принимаются решения, к телефону никто не подошел, когда в 1990 году агент позвонил туда, чтобы получить совет. За окном демонстранты, жители ГДР, подошли слишком близко к зданию советской разведки в Дрездене, что вызывало опасения. Владимир Путин испытывал чувство, будто его предали. 'Кто не сожалеет о распаде Советского Союза - у того нет сердца; кто хочет снова вернуть СССР - у того нет ума', - сказал он якобы позднее. Пережитое, связанное с тем, что его страна оказалась униженной и поверженной, глубоко запало в душу. 'Всеми средствами добиваться восстановления сильного государства и порядка' - это станет для государственного служащего его кредо.

Между тем вопрос, насколько сильным и, прежде всего, стабильным является российское государство, остается спорным. Высокая цена на нефть решила многие проблемы руководства. Об этом говорят экономические показатели. В меньшей степени - прогресс в области реформ, а, таким образом, и условия для устойчивого роста диверсифицированной экономики. Как свидетельствует опыт государств с сырьевой экономикой, это нелегкая задача. Но это, возможно, произойдет в будущем, говорят критики. Но нефть как раз и приводит к лености.

Никто лучше, чем Путин и его выдвиженцы, не смог осознать, что высокая цена на нефть открывает также возможности для расширения власти. Путин снискал похвалу также на Западе, когда сразу после прихода к власти поставил над избранными губернаторами в регионах полномочных представителей во вновь образованных федеральных округах. Губернаторы, конечно, добились для себя слишком большой самостоятельности. Что понимал Путин под централизацией, стало очевидным позднее: захват заложников в Беслане явился поводом для того, чтобы натянуть вожжи. С той поры губернаторы избираются не прямым голосованием, а утверждаются по предложению президента парламентами. Повышен барьер, который необходимо преодолеть, чтобы попасть в парламент, не стало независимых кандидатов.

Сопротивление этим замыслам Кремль сломил еще в конце 2003 года, обеспечив своей партии 'Единая Россия', опирающейся исключительно на большую популярность Путина, в парламенте большинство в две трети голосов. С тех пор парламент благословляет законы по подсказке Кремля. Точно так же, как претворяет в жизнь его задания правительство, исполняющее роль мальчика для битья, чтобы держать подальше от Кремля всех тех, кто мог бы нанести ущерб его имиджу.

Сам имидж создают подконтрольные телеканалы. Многое из этого были бы невозможно без поддержки вошедшей снова в силу спецслужбы, послушной юстиции и налоговых органов. То, что действуют они очень слаженно, доказали их главные представители в ходе разрушения нефтяного концерна ЮКОС. Они же, взявшись за концерны, положили в 2003 году начало реальному расширению власти Кремля. Согласно 'Независимой газете', в конце 2004 года ближайшие сподвижники Путина контролировали девять крупных концернов, дающих 40 процентов ВВП. Аппетиты Кремля уже давно не ограничиваются нефтяным и газовым секторами. Появляется интерес к компаниям в сфере телекоммуникаций и оборонной промышленности, в последнее время - также к автомобильным концернам, металлургии, транспорту.

Повсеместная национализация, прежде всего в 'стратегических отраслях', хотя о программе национализации ничего неизвестно, не нашла сколь либо рационального объяснения. Сам Путин оправдывает государственное вмешательство, обращаясь к обычной международной практике, когда никто не обогащается лично.

У наблюдателей иная точка зрения, они говорят о новом поколении, на этот раз о поколении олигархов от бюрократии. Высокопоставленные чиновники живут на роскошных виллах в пригородах Москвы и Санкт-Петербурга, расширяя с помощью взяточничества влияние государства. Согласно московскому институту ИНДЕМ, в 2001 году предприниматель давал в качестве разовой взятки в среднем 10000 долларов США, сегодня - 135000 долларов.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.