- Что для нас самое важное? - задал Владимир Путин риторический вопрос в мае, во время своего послания Федеральному Собранию.

- Любовь! - раздался чей-то голос.

- Правильно, - ответил президент, а в объективах телекамер тем временем появился министр обороны Сергей Иванов. - В Министерстве обороны знают, что важнее всего.

Сначала никому не было понятно, Иванов это сказал или кто-то другой. Теперь же сам Иванов признает, что это был он.

- Моя реакция была спонтанной. Любовь важнее всего, - повторил он. Прямо Джон Леннон.

Этот случай моментально вылился в активное обсуждение личности следующего президента России. Сегодня положение Путина у власти настолько прочно, что единственный фактор политической неопределенности в Москве - это имя его преемника, который наверняка победит на выборах в марте 2008 года. То, что делается в Кремле, делается настолько непрозрачно, что наблюдатели занимаются в основном гаданием на гуще публичных выступлений и действий Путина. И, с точки зрения многих из них, в послании парламенту, в котором в основном говорилось о решении социальных вопросов и военной реформе, скрыто подтверждение того, что на пост президента сегодня претендуют два реальных кандидата: Дмитрий Медведев, курирующий социальные вопросы, и Сергей Иванов. Оба в прошлом году стали заместителями премьер-министра; оба постоянно мелькают в телеэфире.

Мало кто из тех, кто изучает Сергея Иванова, может сказать, что первое, что у них с ним ассоциируется - это любовь. В правящей клике Путина немало таких, у кого с президентом общее прошлое - либо они жили в Санкт-Петербурге, либо служили в КГБ, либо, как в случае с Ивановым, и жили, и служили. Иванов, работавший в свое время в Лондоне, свободно говорит по-английски; в нем даже есть некая злодейская привлекательность. Он говорит, что понимает беспокойство, возникающее у многих при мысли о его (и Путина) прошлом в органах госбезопасности, но утверждает, что для беспокойства нет никаких причин.

Что ж, пусть так. Однако что касается его геополитических взглядов, то они внушают не меньшую тревогу за будущее России и все усиливают нервозность в кругах российских либералов, думающих об усилении власти и росте влияния бывших чекистов.

Вот, например, очень неоднозначный вопрос - 'цветные' революции в Грузии в 2003 году и на Украине в 2004-м. По словам Иванова, их финансировали 'страны Запада' - он, впрочем, конкретно не говорит какие. Если бы Украина вошла в состав НАТО, на что надеется ее новое правительство, 'это, конечно, приведет к появлению большого количества проблем в двусторонних отношениях'. В частности, утверждает он, довольно трудно себе вообразить установление безвизового режима со страной, входящей в НАТО. Также он утверждает, что соседям России - бывшим республикам Советского Союза - пора отказаться от поддержки с ее стороны (то есть от дешевого газа) и обратиться за помощью к, как он выражается, 'другой стороне'.

Такие разговоры странным образом не сочетаются с утверждениями Иванова о том, что ''холодная война' закончилась'. Кое-что из того, что, с его слов, беспокоит Россию в действиях Запада, звучит вполне разумно - например, когда он говорит о предполагаемом размещении американских систем противоракетной обороны в Центральной Европе; кое-что вызывает вопросы. Иванов считает, что иностранные лоббистские организации в России представляют серьезную угрозу ее безопасности. Что же касается внешней критики России за то, что в ней проявляются антидемократические тенденции, то такая критика, по его словам, исходит из того, что кое-кому не нравится, что Россия вновь набирает силу: в 90-е годы прошлого века, когда Россия была слабой, 'никто не говорил, что Россия - недемократическая страна'. К тому же, Иванов 'очень скептически' относится 'к концепции распространения демократии' и добавляет, что 'некоторые из демократических государств, которыми вы сегодня так восхищаетесь, на самом деле демократическими не являются'. И Россию он определяет как одну из стран с 'суверенной демократией', то есть стран, способных принимать самостоятельные решения. Таких стран, прибавляет он, в мире очень и очень мало.

Когда же его спрашивают о том, какие сейчас у России проблемы, Иванов сразу скучнеет и начинает тянуть давно знакомую волынку: корень проблем вне страны, эти проблемы затрагивают и другие государства, и вообще это не проблемы, а так, недоразумения. Насилие в Чечне и на всем Северном Кавказе - это проявление общей 'атмосферы нестабильности' и следствие распада Советского Союза (и, конечно же, никак не результат российской политики). Даже если в Чечне и совершаются какие-то нарушения прав человека (чему Иванов не видит достаточных подтверждений), то ситуация в Ираке и Афганистане еще хуже. Что касается ужасающих и фактически узаконенных издевательств над призывниками в российской армии, то, по его словам, их масштабы преувеличиваются, и вообще 'нет армии' без дедовщины.

Многие считают, что противостояние Иванова и Медведева - это такие предварительные выборы по-российски: от того, насколько успешными будут их действия на государственной службе в течение следующего года, зависит, кому из них в нужный момент подаст руку Путин. При этом решение Ивановым своей главной задачи - реформировать вооруженные силы, в частности призвать на службу больше солдат при сокращении срока их службы с двух лет до одного года - еще может обернуться для него потерей популярности. Можно его выбить из конкурса и менее публичными методами: говорят, что Иванов не нравится многим, кто, пользуясь близостью к Кремлю, нажился на перераспределении богатств при Путине, а его собственная 'властная база' весьма невелика.

Пока что Иванов не подтверждает, но и не отрицает наличие у себя президентских амбиций.

- На двух стульях не усидишь, - говорит он.

Путин вряд ли предаст огласке имя преемника - например, это фактически будет сделано, если с его подачи сменится премьер-министр - до будущего года. Любое движение, сделанное раньше, поставит под вопрос уже его собственную способность контролировать схватку между враждующими кремлевскими кланами. В качестве одного из шагов по восстановлению баланса между ними как раз и было воспринято недавнее увольнение главного прокурора страны (впоследствии, как ни удивительно, обменявшегося постами с министром юстиции).

Пока есть еще время и для того, чтобы выдвинуть вперед и менее известную кандидатуру - как когда-то, в 1999 году, выдвинули и самого Путина. Не исключено также, что Путин возьмет назад свое неоднократно данное слово не менять конституцию и все-таки выставит свою кандидатуру на третий срок. В Кремле есть люди, подталкивающие его к этому - либо из своекорыстных интересов, либо из боязни, что его популярность окажется настолько личной, что передать ее никому другому не удастся.

Ясно одно: Путин обязательно создаст преемнику все условия. Его потенциальные противники - например, Михаил Касьянов, первый премьер-министр при президенте Путине, объявивший, что планирует баллотироваться на выборах 2008 года, - подвергаются постоянным преследованиям. У Кремля есть даже собственные молодежные группировки, которых выпустят на улицы, если там появятся какие-нибудь 'цветные революционеры'. А поскольку СМИ, в особенности телевидение, подкуплены, трудно сделать так, чтобы народ услышал голос хотя бы одного конкурента. По словам помощника президента Игоря Шувалова, сказанным, надо признать, с похвальной честностью, президент 'понимает, что народ смотрит телевизор'; по телевидению 'можно говорить все что угодно, но ни одного плохого слова о президенте'.

Путин все равно оставит за собой контроль над эфиром, утверждает Шувалов, 'чтобы в 2008 году в Кремль пришли правильные люди. И так он делает все'.

____________________________________________________________

Спецархив ИноСМИ.Ru

Борьба за право стать преемником Путина обостряется ("The Wall Street Journal", США)

Преемник Путина получает повышение ("The Financial Times", Великобритания)

Путин перетряхивает кабинет, продвигая наверх старых друзей ("The Times", Великобритания)

Путин реорганизует свое правительство и порождает спекуляции о возможном наследнике ("La Vanguardia", Испания)

Перестановки в правительстве Путина ("The Guardian", Великобритания)

Путин выдвигает преданных людей ("Frankfurter Rundschau", Германия)

Путинские кадровые перестановки и вопрос о преемнике ("Reuters", Великобритания)

Имя преемника Путина в 2008 году - Путин ("Handelsblatt", Германия)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.