Чукотка находится на краю света. Это один из самых удаленных и бедных регионов России, широкое ледяное пространство, размерами превышающее Техас, с населением, которое полностью могло бы разместиться под куполом небольшой обсерватории.

Как и другие районы Крайнего Севера - этой гигантской полосы тундры и вечной мерзлоты, расположенной за полярным кругом, Чукотка издавна захватывала воображение царей, генеральных секретарей, а теперь и нового поколения российских лидеров. Веками они стремились покорить ее неумолимую удаленность, зачастую прибегая к поражающим воображение проектам.

Последний из ряда таких проектов появился на прошлой неделе. В его рамках предлагается связать Чукотку с Аляской 100-километровым тоннелем, который должен пройти под ледяными водами Берингова пролива и стать рукотворным творением, соединяющим два континента. Разговоры о том, что тоннель этот начнется фактически нигде и уйдет в никуда (на Чукотке мало автомобильных дорог, не говоря уже о железных дорогах), не учитывают того важного места, которое Арктика занимает в русской душе.

Это место для первопроходцев, искателей приключений и людей, умеющих выживать. Это край выносливых людей, имеющих давние традиции и большие амбиции. Идея строительства тоннеля вызвала в памяти воспоминания о великих проектах Советского Союза, которые создавались для того, чтобы одним указом открыть богатые природными ресурсами сибирские кладовые, используя (по крайней мере, вначале) рабский труд узников ГУЛАГа.

Такое наследие, определенно, сохранилось, но сегодня на Чукотке зарождаются иные, менее грандиозные идеи. Всемирный фонд дикой природы создал проект, в рамках которого местные охотники-чукчи защищают белых медведей, сталкивающихся сегодня с угрозой уничтожения в связи с климатическими изменениями и широко распространенным браконьерством.

В крохотном поселке Ванкарем, расположенном на берегу Чукотского моря, охотники в прошлом году создали 'медвежий патруль', чтобы держать на безопасном расстоянии от поселка белых медведей, которые во все больших количествах приходят на берег, мигрируя в поисках своей любимой среды обитания - дрейфующего льда.

'Мы хотим привлечь к патрулированию все деревни, расположенные вдоль маршрута миграции', - говорит руководитель патруля Сергей Каври, мечтающий о возрождении местных культурных традиций, которые почти исчезли в годы советского правления.

Это все более редкий пример политической организации гражданского общества в России, причем происходит это ни где-нибудь, а в далекой Сибири. В окружении Владимира Путина на такую активность смотрят со все большим подозрением. Может быть, из-за того, что Чукотка так удалена от Москвы, находясь от нее на расстоянии девяти часовых поясов, тяжелая рука Кремля кажется здесь чем-то очень далеким.

Не менее амбициозными кажутся и усилия губернатора Чукотки Романа Абрамовича вытащить регион из той нищеты и разорения, в котором он оказался после распада Советского Союза в 90-е годы.

Абрамович - самый богатый человек в России. Это ставший инвестором нефтяной магнат, который владеет лондонским футбольным клубом 'Челси' (да и жить он предпочитает тоже в Лондоне). После избрания губернатором в 2000 году и переназначения на эту должность Путиным в 2005 году, он занимается возрождением региона. При этом он частично использует деньги, поступающие в бюджет региона из его личного подоходного налога, который Абрамович выплачивает на Чукотке, а также из средств двух созданных им благотворительных организаций. Он уже перестроил большинство чукотских домов и больниц.

Следующая на очереди - экономика региона, которая по-прежнему зависит от государственных субсидий на топливо, продовольствие и зарплаты, поскольку суровые зимы и лишь немногим менее суровые летние периоды делают жизнь на Чукотке почти невыносимой.

'Губернатор поставил цель в течение нескольких лет превратить Чукотку в экономически самостоятельный регион, - говорит его пресс-секретарь американец Джон Манн (John A. Mann), - чтобы сделать это, необходимо разрабатывать природные ресурсы и привлекать инвестиции. Добиться этого совсем непросто'.

Конечно, нет. Во времена 'холодной войны' Чукотка была закрытой пограничной зоной с многочисленными военными объектами. Сейчас они заброшены и постепенно превращаются в ржавеющие обломки, напоминающие о советской власти. Чтобы приехать туда, по-прежнему нужно получать разрешение властей. Но Арктика манит к себе и постепенно открывается навстречу новым возможностям новой России.

В середине путешествия по заснеженным ледяным чукотским просторам две гусеничные машины-вездехода, перевозившие исследователей Всемирного фонда дикой природы в Ванкарем, встретили вереницу направлявшихся на север снегоходов. На них ехали предприниматели, занимавшиеся здесь отнюдь не бизнесом, а экстремальным туризмом.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.