Сначала была 'Лимонка' - провокационная газета эксцентричного национал-большевистского поэта Эдуарда Лимонова. Сегодня этой газеты уже нет, а Лимонов пишет свои стихи под грохот железных дверей внутри и снаружи тюрьмы-матушки.

Сначала были выборы, разыгранные на футбольном поле с разными воротами, где ельцинские ворота были несколько уже ворот конкурентов. Сегодня, пользуясь метафорой либерала Явлинского, выборы играются без поля, без команд и без мяча.

Россия Бориса Ельцина и Владимира Путина - большой организм, который то наполняется, то опустошается. Люди и ценности приходят и уходят со сцены, сменяя последовательно образы стабильности и благополучия, заполняя пустоты, оставленные демократией. Ельцин войдет в историю, как человек, спустивший в декабре 1991 года флаг СССР и поднявший российский триколор. Он будет знаменит тем, что попытался ввести элементы демократии в мир, который никогда ее не знал. И все же его политическое наследие хрупко, как дни финансовых кризисов, трагично, как кровь, пролитая в бесконечной борьбе, и темно, как пиратская приватизация, проведенная на скорую руку.

Владимиру Путину достались все прямые и неизбежные последствия такого правления, и если благожелательно взглянуть на сегодняшнюю Россию, то она кажется порядком после хаоса, затишьем после бури. Политическая свобода имеет свою цену, и русские, которые сегодня хоронят Ельцина, похоже, не хотят ее платить. Сегодняшняя Россия, без действительно свободных газет, без действительно независимых голосов, без оппозиции, которая способна оппонировать, значительно больше верит в себя, чем Россия Ельцина, в случае если подавляющее большинство российских граждан, действительно, готово проголосовать за третий теоретический (и не конституциональный) мандат Путина. Благополучие стоит того, особенно тогда, когда еще живы воспоминания о перенесенных страданиях.

Не только запах денег характеризует другую Россию. Сегодня все от Москвы до Владивостока отмечают вновь обретенное величие, вновь обретенную позицию на международной арене, утерянные в мучительно тяжелые дни конца 1990-х годов. И это считают заслугой Путина, который стал победителем даже в глазах личностей такого морального уровня, как Александр Солженицын. Высоко ценится его способность успокоить тревоги нации, которые всегда преследуют русских. Путин, который повышает голос по вопросу о ракетах - нравится. Путин, который диктует свои условия по газу - нравится. Путин, который бросает вызов атлантическим правилам мирового равновесия - нравится. И не все отдают себе отчет в том, что основы этого национального возрождения заложил Ельцин, сначала разрывом 1991 года, а потом определив своего наследника. И поэтому тоже Путин - прямой и, возможно, неизбежный продолжатель дела Ельцина.

А что потом? Вернется ли, как повторение истории, желание другого - право иметь права. Вернутся, возможно, и 'Лимонка' и поле с более справедливыми правилами в игре столкновений мнений при выборах. Сегодня из тюремных подземелий, не всегда метафорических, не принятые во внимание Лимонов, Каспаров и Касьянов поднимают голос, возвещая о конце демократии. И их слова звучат похоронной молитвой, сопровождающей Ельцина в последний путь.

________________________________

Ельцин стал синонимом унижения всей нации ("Le Temps", Швейцария)

Могильщик Советского Союза ("La Vanguardia", Испания)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.