Российский президент Владимир Путин в последнее время часто бряцает оружием в своих выступлениях против Запада. Он даже пригрозил нацелить на Европу ракеты средней дальности. Являются ли воинственные антизападные тирады Путина просто упражнением в красноречии, рассчитанным на внутреннюю аудиторию? Или он действительно верит, что его воинствующий национализм способствует продвижению интересов России?

Чтобы получить представление о видении Путиным роли России в мире, я рекомендую прочитать книгу 'От первого лица. Разговоры с Владимиром Путиным' (в английском варианте - 'First Person: An Astonishingly Frank Self-Portrait by Russia's President Vladimir Putin', издание Public Affairs, 2000 г.). Книга основана на подробных интервью с только вступившим в должность новым президентом России, которые брали у него три российских журналиста. В этих интервью Путин, который тогда был еще новичком в вопросах пиара, признается, насколько он был опустошен крахом советского государства в результате неудавшегося путча августа 1991 года и последовавшим за ним распадом СССР: 'Это разорвало мою жизнь на части ... в дни путча рухнули все те идеалы, все те цели, которые были у меня, когда я пошел работать в КГБ'.

А каковы же были эти идеалы КГБ, где Путин работал вплоть до 1991 года, и коммунистического режима, которому КГБ служил? Это были идеалы авторитарного, централизованного российского режима, который навязывает свою стальную волю всей империи, куда входят и нерусские этнические группы и народы.

Следовательно, мы не должны удивляться тому, что президент Путин считает территории, где когда-то господствовало советское государство, и которые сегодня являются независимыми странами, частью российской сферы влияния. И что он крайне недоволен их включением в состав европейских образований, таких как НАТО и Евросоюз.

Что касается внутренней составляющей антизападной риторики Путина, то он для получения поддержки общества использует русский национализм, взывает к памяти царской эпохи, когда российские монархи правили огромным количеством нерусских народов, а также подчеркивает роль православной церкви как оплота российской государственности и восстанавливает старый советский гимн.

Используя национализм в качестве силы, дающей законные основания для его режима власти, Путин следует освященной временем традиции. В своей великолепной книге 'Reinventing Russia: Russian Nationalism and the Soviet State, 1953-1991' ('Изобретая Россию вновь. Русский национализм и советское государство') (издано Harvard University Press, в 1999 г.) историк Ицхак Брудный (Yitzhak Brudny) показывает, как советские руководители после Сталина использовали национализм для латания идеологических дыр, оставленных марксизмом-ленинизмом, который уже не мог, как раньше, воодушевлять население.

Брудный показывает, как возникший в эпоху Хрущева неудобный альянс между коммунистами и националистами с приходом Горбачева и Ельцина рухнул. Их реформаторская политика была несовместима с националистическими взглядами на авторитарную, имперскую и антизападную Россию.

Как прекрасно понимает Путин, русский национализм по-прежнему остается потенциально мощной силой, которую он умело использует.

Но может ли популистский образ великой российской нации, объединенной вековыми традициями и своим статусом супердержавы, выжить в реальной повседневной жизни основной массы населения, которая мало что выиграла от нового богатства России, и у которой мало общего с новой российской элитой, проводящей отпуска в модных магазинах Лондона и на горнолыжных курортах Швейцарии?

Если хотите ознакомиться с циничными взглядами на сей счет, вам следует прочитать ироничный роман Гарри Штейнгарта (Gary Shteyngart) 'Absurdistan' ('Абсурдистан', издан Random House, 2006 г.). Это безжалостный сатирический портрет постсоветской России и коррумпированного и алчного класса новых капиталистов, занимающих в ее рельефе господствующие высоты. Представления о русском национализме в стиле Путина после прочтения книги Штейнгарта кажутся весьма абсурдными.

Герой штейгартовской истории - неприкаянный молодой россиянин по имени Миша Вайнберг, сын 1238-го по размерам своего состояния человека в России. После учебы в 'случайном', как его называет автор, колледже на Среднем Западе Миша едет в родной Санкт-Петербург и застревает там, поскольку не может получить визу для возвращения в США. Вот как он описывает культурную столицу России, родину Путина и олицетворение русских национальных традиций:

'К 2001 году наш Санкт-Ленинград приобрел облик фантасмагорического города третьего мира. Его здания в стиле неоклассицизма погружаются в переполненные мусором каналы; странные крестьянские хибары-прилавки, сделанные из гофрированного железа и фанеры, заполонили широкие проспекты, выставляя напоказ и на продажу свою капиталистическую иконографию (реклама сигарет, на которой американский бейсболист перчаткой ловит гамбургер)...'

Кажется, никому нет дела до национального самосознания в штейнгартовской постсоветской России. В ходу не идеология, не патриотизм, а стремление к быстрому обогащению и имитация западных потребительских привычек.

То же самое относится и к вымышленной бывшей советской республике Абсурдистан на берегу Каспийского моря, куда Миша направляется в поисках возможностей для возвращения в США. Абсурдистан наглядно демонстрирует разрушительные последствия десятилетий правления российского империализма. 'Столица Абсурдистана выглядит как Каир в миниатюре после его столкновения со Скалистыми горами'. В ней кишат падкие до нефти предприниматели, проститутки и бывшие агенты КГБ, торчащие в новом отеле 'Хайатт', который стоит поодаль от серых жилых кварталов советской эпохи, населенных многочисленной беднотой.

Присутствие Москвы ощущается повсюду. Когда в Абсурдистане вспыхивает гражданская война из-за нефти, в нее вмешивается президент Путин. Он появляется на одном из контролируемых Кремлем российских телеканалов, 'похожий на слегка недовольную лошадь, жующую овес из корыта', чтобы 'подчеркнуть важность партнерства России с этой республикой' и приверженность 'нормам международного права'.

Родившийся в России Штейгарт попал в США в возрасте 7 лет. Он достаточно оторван от родины, чтобы изображать свою бывшую страну с беспощадной иронией, нацеливаясь на ее фальшивые потуги на национальное единство. Эта концепция в такой стране, как Россия, больше играет на руку правящей элите, нежели тем, кем эта элита правит.

Последняя книга Эми Найт называется 'How the Cold War Began: The Gouzenko Affair and the Hunt for Soviet Spies' ('Как начиналась 'холодная война'. Дело Гузенко и охота на советских шпионов').

___________________________________________________________

Путин-хулиган: ведет ли он Россию к фашизму? ("The Times", Великобритания)

Авторитарен и очень популярен ("The Financial Times", Великобритания)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.