Российская матрица

Лилия Шевцова принадлежит к числу наиболее известных независимых аналитиков ситуации в России и самых проницательных критиков нынешних российских властей. В ее диагнозах преобладает пессимизм. Шевцова уже не первый год предостерегает Запад: в путинской России возникает система виртуальной политики, в которой всем заправляет Кремль. Власть уже полностью господствует над СМИ, поэтому может формировать любой образ действительности. Из парламента она сделала декорацию, не имеющую никакой ценности. Она сама создает себе союзников и... противников. Организует оппозицию и 'независимые' неправительственные организации. В российской 'матрице' ничто не является тем, чем кажется. Последние решения Владимира Путина об участии в парламентских выборах, по мнению Шевцовой, вписываются в эту логику виртуального политического пространства. Путин желает сохранить абсолютный контроль над ситуацией. По сути, не имеет значения то, кто станет премьером - он или назначенный им человек. Впрочем, возможно, он будет стремиться стать президентом на очередной срок после короткого перерыва, во время которого будет править его протеже. Путину важнее всего то, чтобы власть осталась в руках возглавляемой им группы. Во всех своих шагах, говорит Шевцова, он в любом случае может рассчитывать на поддержку со стороны российских элит. Ведь их интересует, прежде всего, сохранение статус-кво. Нынешняя российская система продержится до тех пор, пока будут высокими цены на энергоносители. Лишь после их возможного падения может наступить кризис, который позволить осуществить реальные изменения. Однако будут ли эти изменения к лучшему? Шевцова признает, что нынешняя слабость либеральных и демократических сил в России не позволит им взять власть в свои руки даже в ситуации полного краха путинского режима.

- Владимир Путин решил принять участие в парламентских выборах. Он также не исключает того, что может возглавить правительство. В чем здесь дело?

- В России идет процесс самовоспроизведения власти. Это самый мучительный и тревожный период в развитии данной системы. Так эту ситуацию воспринимает российский политический класс, перед которым стоит трудная и ответственная задача. А мечтает он только об одном - о сохранении статус-кво. И гарантирует это ему российский президент. В свою очередь, перед ним стоит гораздо более сложный комплекс задач и надежд. Он пытается доказать, что не хромает и остается в великолепной форме. Но доказывать это накануне окончания его конституционного срока невероятно трудно. Вместе с тем, он желает организовать вышеупомянутый процесс воспроизведения власти, призванный служить и правящей ныне элите и его личным интересам. Что касается последних политических событий, то есть, кадровых перестановок (впрочем, они неизбежны и можно ожидать новых) и заявления президента о том, что в будущем он мог бы занять пост премьер-министра, то все это служит одной цели. Прежде всего, таким образом Путин говорит политическому классу, стране и миру: 'Ситуация у меня под контролем', 'Можете лишать меня верховной власти - я и так все контролирую'. Но этот факт вовсе не означает, что президент готов или желает стать премьером. Это еще не конец российской драмы. Анализируя действия, совершенные Путиным на настоящий момент, можно заключить, что он всегда выжидает прежде, чем сделать шаг. Он никогда не делает то, чего можно ожидать. Он действует врасплох.

- Однако сохранение контроля равнозначно сохранению власти. К этому ли стремится президент?

- Нет, контроль не идентичен власти. Пока все говорит о том, что президенту важно сохранить контроль над самим процессом. И, как видно, он хочет влиять на то, кто будет руководить Россией в будущем. Но с этим не связано желание построить режим "Putin forever". Возможно, в определенный момент нынешний президент неожиданно сойдет с политической сцены и найдет себе какую-нибудь другую роль. Но даже в этом случае он будет сохранять контроль над тем, что будет происходить позже. Так же, как ельцинская команда, сохранявшая существенное влияние на политическую жизнь вплоть до 2003 года, то есть, до тех пор, пока Александр Волошин не ушел с поста главы президентской администрации.

- До недавних пор велись спекуляции о том, что Путин мог бы инициировать внесение в конституцию таких поправок, которые позволили бы ему выдвигать свою кандидатуру на президентских выборах третий раз подряд. Однако сегодня становится актуален вопрос о том, произойдет ли в результате конституционных изменений перенос главного центра принятия решений от президента к парламенту и правительству.

- Действительно, такой вариант рассматривается среди политического истеблишмента. Но серьезно принимается во внимание и второй сценарий: Путин, даже не становясь премьером, участвует в следующих президентских выборах, побеждает на них и принимает власть из рук 'технического' переходного лидера, которым может быть просто какой-то слабый человек. Кроме того, в настоящий момент раздается множество призывов продлить президентский срок до семи лет, а также ликвидировать все ограничения, касающиеся числа сроков. Так что речь идет о том, чтобы дать президенту возможность переизбираться бесконечное число раз, как в Азербайджане или Казахстане. Путин действительно может осуществить такие конституционные изменения, политический класс согласился бы на них. Однако в прошлом году сделать это было бы гораздо проще, чем сегодня. Без шума, без возражений Запада, еще до начала избирательного процесса. Однако два вышеупомянутых варианта - не единственные, реализация которых возможна. Ведь президент может подготовить передачу власти одному из своих доверенных лиц: Сергею Иванову, Виктору Зубкову или кому-нибудь еще. Но сомнительно, что ему удастся найти преемника среди каких-то неизвестных лиц. Путин, уделяющий большое внимание отдыху в Сочи, своей физической форме, не будет стремиться любой ценой - особенно, ценой собственного здоровья - быть президентом такой сложной и полной противоречий страны, как Россия. Думаю, что помимо упомянутых сценариев в его голове есть и другие, известные только ему одному.

- Во всем этом вообще не видно оппозиции. Политического соперничества в России почти нет.

- Российская политика движется в направлении 'конца истории' по Фукуяме. У оппозиции, судьба которой и так очень тяжела, нет каналов, при помощи которых она могла бы выражать свое мнение. А ситуация ухудшается. Вместе с тем, я не считаю, что президент, возглавив список 'Единой России', придал ей какую-то динамику. Есть кое-что еще - он не согласился формально в нее вступить. Он относится к этому образованию инструментально. Здесь можно обнаружить определенную закономерность. Путин не связывает себя со своим политическим тылом. Так что 'Единая Россия' не может опираться на него постоянно.

- Однако известный журналист Михаил Леонтьев утверждает, что, благодаря появлению Путина в Думе, эпоха деидеологизации подойдет к концу. По его мнению, нынешний президент, став депутатом, перестанет играть роль надпартийного главы государства и будет обречен на конфронтацию с депутатами других партий, что только оживит российскую политику.

- Не помню, чтобы хоть один прогноз Леонтьева сбылся. Если президент желает оживить парламент, то он должен создать условия для честных и справедливых выборов с участием оппозиции. Но тогда оппозиция должна была бы получить доступ к СМИ. Однако, поскольку этого не происходит, трудно ожидать, что парламент без оппозиции будет более живым. Широко распространено мнение о том, что, если президент станет депутатом, то тем самым он очевидным образом повысит статус парламента. На какое-то время Дума окажется в центре внимания. Ее заседания будут чаще, чем сегодня, показывать по телевидению. Но это еще не повысит реальный статус парламента, поскольку по конституции он не играет никакой существенной роли. Присутствие Путина может превратить Думу в цирк иного рода, то есть в цирк одного актера. Потому что пока это цирк нескольких бесцветных актеров.

- Если лагерь нынешнего президента полностью монополизировал политическую сцену, то, может быть, реальные разделительные линии возникнут в результате различных конфликтов внутри лагеря власти?

- По мнению Роберта Даля, создателя теории полиархии, в некоторых случаях демократия рождается как плюрализм элит в результате их внутреннего конфликта. В России такой конфликт в 90-е годы привел к чему-то прямо противоположному - не к плюралистической демократии, а, скорее, к авторитарному режиму. Так что бывает, что в результате победы один из кланов усиливает свою монополию, строя авторитарный режим. Но могут возникнуть и другие обстоятельства. Борьба различных групп в ситуации всеобщей политической активизации граждан может привести к тому, что страна станет менее герметичной. Это означает, что окна автоматически откроются. Думаю, что в ближайшее время этого не произойдет. Сегодня российское общество спит. Оно устало от напряженности, нестабильной ситуации 90-х годов. И даже винить его в этом нельзя. После таких мучительных потрясений любое общество хотело бы просто передохнуть. Российское общество хочет, чтобы его оставили в покое. Тем более, что оно живет не хуже, чем раньше, а совсем наоборот. Есть благоприятная экономическая конъюнктура, связанная с экспортом сырья. Однако, когда цены на нефть упадут, начнутся проблемы. Между тем, судя по текущим опросам, о трудностях говорит 30-40 процентов населения.

- Когда может наступить этот кризис?

- Ни один эксперт не в состоянии этого предсказать. В ближайшее время нас, скорее, ожидает рост цен на сырье, в результате чего Россия получит больше нефтедолларов. Это будет фактором, поддерживающим нынешнюю стабилизацию, которая является вместе с тем стагнацией. Предсказать какие-либо перемены нелегко. Но раньше или позже цены начнут падать, потому что нынешняя ситуация не будет продолжаться до бесконечности. И это может толкнуть российскую экономику вперед. Когда это произойдет, многое будет зависеть от того, появится ли в обществе либеральная альтернатива. Если кризис наступит в ближайшие четыре года, то я сомневаюсь, что такая альтернатива появится. Зато может произойти ужесточение курса и активизация сил, для которых основными ценностями являются нация и государство. Так что, если бы кризис разразился в ближайшее время, то будущее российской демократии и российского либерализма рисовалось бы, скорее, в черных тонах.

- Еще не настало время демократизации?

- После разочарования в либералах и при нынешней деградации либерально-демократического крыла сомнительно, что кризис может привести к активизации этих кругов. Скорее, возможно углубление авторитарных тенденций. Но я не исключаю, что прежде, чем наступит общественное оживление, России придется справляться с иллюзиями, связанными с мягким авторитаризмом, режимом путинского типа. Ведь многие по сей день питают иллюзорную надежду на то, что такой режим может модернизировать страну. Так что, возможно, что перед улучшением ситуации должно произойти ее ухудшение для того, чтобы эти иллюзии исчезли.

- А может ли в случае нынешней кремлевской команды после парламентских выборов произойти какое-то изменение государственной доктрины?

- Начиная с 1991 г. российский политический класс испытывает голод разных идей. Ельцин потратил множество средств на поиски национальной идеи, которая консолидировала бы новую Россию. Таких идей было немало, в том числе идея модернизации России, предложенная самим Путиным, когда он шел к власти в 2000 г. Но, как я уже говорила, этот режим оказался неспособен модернизировать страну. Поэтому каждая новая концепция модернизации - например, предусматривающая в качестве одного из ее фундаментов необходимость внедрения новых технологий - не имеет смысла, поскольку предполагает сохранение нынешнего режима. Хотя элита, разумеется, и дальше будет играть идеями. В настоящее время наиболее продуктивна идея поисков врага. Ее разработка приносит непосредственные результаты. Даже молодое поколение россиян начинает сегодня замечать врагов повсюду. Они дозрели до этого благодаря таким, как Леонтьев. Но не исключено, что они будут искать новые предложения. Однако можно предположить, что новые идеи закончат свое существование там же, где их предшественницы - на политическом кладбище. Ведь еcли идея лишена механизма реализации, то есть, не помогает народу жить лучше и достойнее, то она похоронена изначально.

- Каково будущее 'политтехнологов'. Наймет ли режим новых спецов по пропаганде?

- Нынешняя власть безыдейна. Путин создал условия для поиска разнообразных идей Владиславу Суркову и другим людям, но сам не участвует активно в этом процессе. Не исключаю, что новый президент будет более идеологизированным. А в Кремль придут новые политтехнологи. В обществе имеется масса человеческого материала, имеющего конформистский характер, есть множество конформистских групп. Можно ведрами черпать из резервуара таких организаций, как 'Россия молодая', 'Молодая гвардия', 'Наши' и т.д. Молодым людям некуда деваться, им нужно каким-то образом реализовать свою жажду деятельности. Многие из них вступают на путь конформизма. И это совершенно понятно. Они просто ищут пути карьеры в закрытой системе. поэтому могут пойти в гору по образцу разных групп молодых людей, приближавшихся к Сталину. А надо сказать, что круги своих сторонников он менял как перчатки. Так же и новый российский режим может отодвигать надоевшие ему старые лица: всех этих Павловских, Марковых и других. Ему понадобятся новые гончие псы, готовые защищать его более решительно. Это логика таких систем. Но в любой момент эти псы могут сменить мундиры и начать служить другому режиму. Лидеры нынешнего режима не осознают, насколько непрочна их база. Они не понимают, что эти молодые преторианцы могут предать его в любой момент.

- Еще раз вернемся к положению оппозиции. В ее лоне возникают довольно экзотические альянсы, особенно ярким примером чего является присутствие в Объединенном гражданском фронте либерала Гарри Каспарова и радикального националиста Эдуарда Лимонова. Это отдает гротеском.

- В этом нет ничего из ряда вон выходящего. В российском обществе имеются разные группы недовольных и разные степени оппозиционности. В данном случае у нас есть попытка создания чего-то наподобие народного фронта против авторитарной власти. В Польше, Чехии, Венгрии в борьбе с коммунистической системой объединились сторонники разных идей. А после падения коммунизма, скажем, в 'Солидарности' произошла дифференциация. Что касается Каспарова и Лимонова, то пока их деятельность не приносит результатов.

- Почему?

- Обществу не хватает энергии, горения. Недостаточен уровень протестных настроений. Но эти два политика выполняют полезный труд. Они показывают, что еще не все в России застыло. А Лимонов - это человек, полный противоречий. Эта фигура характерна для европейских интеллектуальных кругов 60-х годов. Он эпатирует своими воззрениями, взглядами, образом бытия. Но его оценки режима трезвы и точны, с ними трудно не согласиться. Консервативно настроенные люди опасаются его из-за скандального поведения, но оно уже в прошлом.

- А как вы оцениваете тот факт, что Владимир Буковский выдвинул свою кандидатуру на пост президента России?

- Те, кто выставил его кандидатуру, наверняка увидели в этом какой-то политический смысл. Но я считаю, что выдвижение кандидатов, которые не находят отклика и не могут стать фигурами, консолидирующими оппозицию, скорее, вредит, чем помогает демократическому движению. Впрочем, я не имею ничего против самого Буковского, заслуженного человека, который немало претерпел в борьбе с коммунизмом.

- То есть вредит выдвижение многих кандидатов вместо одного?

- Да. Только оппозицию могут консолидировать не одни лишь люди, а, скорее, идеи, конкретные планы.

- Но в этой ситуации альтернативой может оказаться полное отсутствие кандидатов, и тогда останется только один - выдвинутый Кремлем.

- А зачем принимать участие в выборах, зная, что не будет даже возможности представить свои взгляды на телевидении и радио? Зачем придавать легитимность этим выборам?

- То есть, бойкот?

- Я бы выступила за то, чтобы демократическая оппозиция бойкотировала выборы. Но также звучит мнение о том, что выдвигать кандидатов следует с надеждой на получение доступа к СМИ и только для того, чтобы в этих СМИ появиться. Однако я не считаю, что это может удаться.

- Пора, наконец, задать дежурный вопрос. Кто будет хозяином Кремля после выборов 2008 года?

- Не хочу даже гадать. Президент Путин может вытянуть из своего кармана кого угодно. Наиболее вероятно, что это будет кто-то из тех, о ком все говорят или кого все знают. Но Владимир Владимирович - мастер импровизации. Так что проблема не в том, кто будет его преемником, а в том, получит ли этот преемник поддержку элит. И что он начнет делать ближе к концу будущего года, увидев, что в России все реформы стоят, а страна парализована.

Режим Путина не способен на модернизацию страны.

Немалая часть российского общества - утверждает Шевцова - все еще питает надежду на то, что нынешний 'мягкий авторитаризм' может толкнуть Россию на путь современного развития. Но это только иллюзии. Пока существует нынешняя система правления, ни одна политическая или экономическая концепция не будет оказывать никакого влияния на ситуацию в России. 'Этот режим оказался не способен на модернизацию страны. Поэтому каждая новая концепция модернизации - например, предусматривающая в качестве одного из ее фундаментов необходимость внедрения новых технологий - не имеет смысла, поскольку предполагает сохранение нынешнего режима. Хотя элита, разумеется, и дальше будет играть идеями. В настоящее время наиболее продуктивна идея поисков врага. Ее разработка приносит непосредственные результаты. Даже молодое поколение россиян начинает сегодня замечать врагов повсюду.

Лилия Шевцова - политолог, доктор исторических наук, вице-президент Программы московского Центра Карнеги 'Российская внутренняя политика и политические институты'. Сотрудник российских, британских и американских исследовательских центров. Автор таких книг, как: 'Посткоммунистическая Россия: логика развития и перспективы' (1995), 'Политические зигзаги посткоммунистической России' (1997), Yeltsin's Russia: Challenges and Constraints" (1997), "Yeltsin's Russia: Challenges and Constraints" (1997), "Putin's Russia" (2003, дополненное издание 2005). Неоднократно была гостем приложения Europa - в номере 144 от 6 января с.г. она участвовала в анкете 'Принесет ли перелом 2007 г.?'

____________________________________

Как Путин может потерпеть крах ("The Guardian", Великобритания)

Как быть с Путиным? ("The International Herald Tribune", США)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.