Возможность реформ при новом президенте не следует сбрасывать со счетов

В конце февраля столбик термометра в Москве колеблется у нулевой отметки; то же самое можно сказать и об интересе людей к президентским выборам. До голосования остается пять дней; предвыборными плакатами обклеен весь город - их видишь на станциях метро, автобусных остановках, они реют над улицами на транспарантах. Дизайн подчеркнуто строг: на фоне российского триколора двуглавый орел и простая надпись - 2 марта состоятся выборы.

Однако реальность, увы, состоит в том, что в воскресенье на избирательные участки россиян приведет чувство долга, а не заинтересованность. Только в декабре они проголосовали на парламентских выборах, и особого энтузиазма повторение процедуры не вызывает. Кроме того, им заранее известно, кто станет следующим президентом, поскольку его кандидатуру уже одобрил и поддержал крайне популярный действующий глава государства - Владимир Путин.

Большинство людей считает, что после избрания Дмитрия Медведева - сейчас он занимает пост первого вице-премьера - страна попадет в хорошие руки. А чтобы успокоить тех, у кого есть сомнения на этот счет, Путин неоднократно заявлял, что будет рад занять должность премьер-министра, если - он непременно добавляет это 'если' - в воскресенье победит Медведев. В общем, ничто не оставлено на волю случая.

Жаль, однако, что ни россияне, ни люди в других странах не уделяют этим выборам больше внимания. Ведь сейчас, впервые в российской истории, передача власти состоится путем всенародного голосования. Кроме того, опять же впервые, глава российского государства добровольно покинет свой пост, подчиняюсь соответствующему положению конституции. Оба эти события нельзя не расценить как позитивные, и даже эпохальные.

Несомненно, предстоящие выборы дают повод для критики. Их нельзя назвать соревновательными в том смысле, как мы это понимаем, поскольку любому кандидату, поддержанному Путиным, гарантировано подавляющее большинство голосов. Имеет право на существование и такая точка зрения: если Путин возглавит правительство, о передаче реальной власти говорить не приходится. Две недели назад, во время своей итоговой пресс-конференции, он уклонился от ответа на вопрос, будет ли в его премьерском кабинете висеть портрет президента - а такие символы имеют немалое значение.

Однако делать вывод о том, что все происходящее - не более чем фарс, было бы неправильно. Все же речь идет о выборах, и на путинский пост будет избран другой человек. Путин не стал - хотя легко мог это сделать - менять конституцию, чтобы баллотироваться еще на один срок. Он предпочел соблюсти букву постсоветской конституции России, которая ограничивает пребывание одного человека на президентском посту двумя четырехлетними сроками подряд. И он принял это решение, чтобы показать - никто, даже глава государства, не может стоять выше закона.

Третье новшество, связанное с нынешними выборами, заключается в том, что 'престолонаследник' - как и трое других кандидатов - был выдвинут уже существующей политической партией, а не структурой, специально созданной 'под него'. Мне могут возразить: 'Единая Россия' - всего лишь 'партия власти', или путинская партия. Эту линию аргументации можно продолжить - реальной состязательности при выдвижении кандидата внутри самой партии не было. Предполагаемый главный соперник Медведева - другой первый вице-премьер Сергей Иванов - разумно предпочел отказаться от борьбы после того, как Путин поддержал Медведева. Тем не менее, на предстоящих выборах будут состязаться - хотя бы формально - четыре кандидата, представляющих четыре партии.

А форма, по крайней мере на этих выборах - тоже имеет значение. Ведь Путин оставляет стране в наследство конституционную систему и структуры, способные функционировать и после него, чья устойчивость не зависит от популярности одного человека. Этого ни один предыдущий российский лидер не захотел - или не смог - сделать. Нынешние события создают прецедент, и отныне будущим российским лидерам будет сложнее манипулировать конституцией, или нарушать ее ради собственной выгоды.

Нельзя сходу сбрасывать со счетов и возможность позитивных, демократических реформ при новом президенте. Лейтмотивом восьмилетнего пребывания Путина в Кремле стало восстановление стабильности в стране после двух десятилетий бурных перемен. Во всех действиях и заявлениях Путина за последние месяцы нетрудно разглядеть заботу о том, чтобы в этот завершающий, чреватый фракционными раздорами период его президентства государственный корабль не приобрел опасного крена. Дело в том, что, несмотря на все жалобы кандидатов, не допущенных к выборам или исключенных из гонки, реальным соперником Медведева мог стать только другой выходец из Кремля, и борьба за власть способна была поставить под угрозу стабильность, благодаря которой у россиян впервые за два десятка лет появилась уверенность в завтрашнем дне.

Однако перспектива реформ после плавной передачи власти сохраняется. Формулировки, которые употребляет Медведев, говоря, например, о свободе, среднем классе и частной собственности, уже сегодня звучат свежее и современнее, чем путинские. Однако ему следует проявлять осмотрительность. Другие страны, возможно, и связывают с новым президентом надежды на перемены, но большинство измученных россиян накануне выборов хочет услышать нечто прямо противоположное.

Вчера вечером в Москве, выходя из метро, я услышала пропагандистский лозунг, беспрестанно несущийся из громкоговорителя - но речь шла не о ком-то из кандидатов, а о магазине красок и стройматериалов на другой стороне улицы: 'Насладитесь свежестью весны с нашими новыми расцветками!'. И накануне голосования многие россияне, сами того не сознавая, возможно, приветствуют свежесть обновления не только на стенах собственной квартиры.

_____________________________

Ходорковский: "Все против Медведева" ("The Financial Times", Великобритания)

Оуэн Мэттьюс: Мышонок, ставший супергероем ("Newsweek", США)

Как Медведев стал популярнее своего босса Путина ("Newsweek", США)

Почему Путин выбрал Медведева ("The Weekly Standard", США)

Карманный президент Путина ("New York Post", США)