В сентябре прошлого года президент Путин заявлял, что не хочет, чтобы его преемник был марионеткой. Он сказал, что в обозримом будущем России нужен сильный президент, поскольку партийная демократия в стране только зарождается. Но насколько серьезно он это говорил? Теперь, когда он уже больше не президент - позволит ли он своему преемнику, лично отобранному и выпестованному, иметь пространство для маневра?

Двойственность ответа на этот вопрос была ясна уже тогда - за месяц до того момента, когда он объявил, что 'готов' стать премьер-министром. Также он заявил, что намеревается по-прежнему играть одну из ключевых ролей в российской власти, и любому, кто после него сядет в президентское кресло, придется с ним 'считаться'. Что это - стремление управлять политикой с заднего сиденья? Уже сегодня множество аналитиков прогнозируют, что кремлевский 'ЗиЛ' при новом водителе будет ездить зигзагами и обязательно куда-нибудь врежется. Пострадает при этом, заметим, прежде всего президент Медведев.

У Дмитрия Медведева нет собственной политической базы. Он - юрист, представитель среднего класса, сын научных работников. Всем, что у него есть, он обязан своему наставнику Путину - человеку с совершенно иным темпераментом, опытом и идеологией. Он достаточно компетентный управленец - все-таки он превратил государственный 'Газпром' из едва живого гиганта в одну из самых влиятельных энергетических компаний мира. Однако, в отличие от Путина, у него нет собственной свиты из бывших офицеров КГБ или амбициозных политиков. Кремлевские силовики примут его только потому, что он - человек Путина.

И Путин, и Медведев это понимают. Однако оба также понимают, что новый президент не должен быть клоном старого - это не будет принято ни внутри страны, ни за границей. Путин в свое время оседлал волну национализма, ностальгии и агрессивной обиды. Его популярность большей частью основана на желании России снова стать сильной, дисциплинированной страной, которую боялись бы за границей.

Мягкий и интеллигентный Медведев в эти одежды влезть уже не сможет. В его силах придать российской власти другое лицо - лицо либерала (хотя в России это понятие весьма относительное), выступающего от имени среднего класса, примирителя власти с новым поколением бизнесменов, открытых для окружающего мира.

Это завоюет ему популярность в среде интеллигенции - единственного социального класса, который сегодня не охвачен путиноманией. Отношения Москвы с остальным миром после прошлого весьма неоднозначного в этом смысле года тоже станут помягче. И, кроме того, это будет полезно для Путина, который в должности премьер-министра будет отвечать за внутреннюю политику, где его авторитаризм находит резонанс в самых широких кругах.

Иными словами, эти двое могут работать в паре - 'добрый и злой следователь'. Задавать темп будет, понятное дело, злой - но делаться это будет так же, как злой делал всегда: все больше из-за кулис. А если у Медведева появятся мысли о том, что это положение пора бы подправить, то у Путина всегда останется немало единомышленников, готовых, если что, напомнить новому президенту, кто в доме хозяин.

Тем не менее, столкновение все же может произойти, в первую очередь потому, что за постом президента закреплены такие полномочия, которые не может игнорировать даже самый всемогущий премьер-министр. Путин должен будет время от времени - особенно в отношениях с иностранными государствами - сам показывать, что первое лицо в государстве уже не он.

Ни Путину, ни российскому народу не нужен президент, которого они не уважают. Медведев должен поставить себя как минимум так, чтобы считаться самостоятельной политической фигурой. Однако вопрос, не решит ли пассажир, если водитель начнет сворачивать на незнакомый маршрут, сам выхватить руль из его рук или даже выкинуть его из машины, пока остается открытым.

__________________________________________

Пиар-технологии на службе 'нанопрезидента' ("The Guardian", Великобритания)

Смена караула в Кремле: все под контролем ("Le Figaro", Франция)

Осторожно: Дмитрий Медвед... ев ("The Times", Великобритания)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.