Новый президент России Дмитрий Медведев говорит о себе, что он - юрист 'до мозга костей'. Все два часа, что шло наше с ним интервью в Кремле, сорокадвухлетний преемник Владимира Путина взвешивал каждый вопрос и отвечал точно и развернуто. Но на один вопрос - прав ли был Путин, когда не так давно заявил, что Западу с новым президентом будет ничуть не легче, чем с ним самим - он все-таки ответил кратко.

- Конечно, прав, - сказал он со слегка натянутой улыбкой, переведя взгляд на зеленую стену приемной одного из кремлевских залов, на которой висят гравюры, живописующие отступление французов из Москвы в 1812 году.

Что это было? Может быть, признак рабской верности своему наставнику, лично выбравшему Медведева в качестве третьего по счету президента России после распада Советского Союза. Но возможно и другое - что человек, проработавший бок о бок с Путиным семнадцать лет, сегодня хочет выйти из тени своего господина, и, несмотря на то, что в российской элите он считается относительно либеральной фигурой, не желает, чтобы кто-то полагался на его политическую податливость.

Вступление Медведева в должность 7 мая станет уникальным моментом в истории России. Впервые лидер этой страны - а у нее были и цари, и генсеки Коммунистической партии, и ранние президенты - покидает свой пост добровольно, в указанный законом срок и на пике популярности. С другой стороны, этот момент обозначит начало весьма рискованного эксперимента. С президентского поста Путин уйдет, но станет премьер-министром, и многим кажется, что тем самым он лишь создает видимость передачи власти. Кое-кто даже предостерегает, что в России может начаться двоевластие, которое в долгой и неспокойной истории России всегда означало смуту.

Новый президент уверен, впрочем, что такая система сработает как надо. По его словам, у него с Путиным сложится 'тандем', каждый из участников которого понимает разделение труда, прописанное в конституции. Медведев на правах президента будет задавать приоритеты во внутренней и внешней политике. Он станет Верховным Главнокомандующим Вооруженных Сил, он будет принимать ключевые решения по структуре исполнительной власти, он будет гарантом прав и свобод граждан в стране. Правительство же, возглавляемое Путиным, будет проводить эту политику в жизнь - в особенности в экономической сфере.

Звучит довольно стандартно - но есть нюанс. Медведев не служил, как Путин, в КГБ, не имеет собственной политической базы и всем, что у него есть - не исключено, что в том числе и 70 процентам голосов, полученных на выборах, - обязан Путину. Кроме того, в Кремле есть влиятельная группировка консерваторов, которые предпочли бы, чтобы Путин остался на третий срок. Поэтому Медведеву придется многое доказывать - не только собственным военным и спецслужбистам, прозванным в России 'силовиками', но и окружающему миру, который до сих пор практически ничего о нем не знает. Еще года два назад Медведев, занимавший должность главы кремлевской администрации, был в основном кабинетным чиновником. Его два раза выбирали в председатели совета директоров государственного газового гиганта 'Газпрома' - и он до сих пор остается в этой должности, - но в этом качестве он наверняка увидел лишь бледную тень того, каково будет править страной, где политическая среда безжалостна, как сибирская зима.

Так как же Медведев намеревается утверждаться во власти? В первом интервью после своего избрания 2 марта новый президент России изложил свои приоритеты, основы своей политической философии, планы по сохранению общего курса, заданного Путиным, с приданием российской политике собственного стиля. Он говорил через переводчика - нередко поправляя его английский; говорил клинически четко и бесстрастно, без едких острот и уличных выражений, которыми не пренебрегал его наставник, и время от времени что-то записывал или черкал в кремлевском блокноте.

Сначала разговор зашел о его юридическом образовании - он юрист, и, по его собственным словам, "может быть, даже в большей степени, чем это нужно". Он действительно тщательно и точно выбирает формулировки и практически на любой вопрос смотрит с точки зрения правоведа. Однако тщательно выбираемые слова - это еще не все. Медведев говорит, что у него в планах сделать то, чего не смог сделать в России еще ни один правитель - установить в российском обществе диктатуру закона.

Это монументальная задача, - соглашается он, в какой-то момент переходя на английский. - Россия - страна, где не очень любят соблюдать законы. Как принято говорить, страна значительного правового нигилизма.

Преодоление 'правового нигилизма' стало главной частью в остальном весьма тихой предвыборной кампании Медведева. В чем-то этот лозунг напоминает обещание Путина восьмилетней давности построить в России 'диктатуру закона' - его противники, кстати, утверждают, что как раз с диктатурой у Путина оказалось все в порядке, только с законом - не совсем. Даже сегодня в России часто цитируют сатирика 19-го века Михаила Салтыкова-Щедрина, писавшего, что 'суровость российских законов смягчается необязательностью их исполнения'. В результате общество пронизано коррупцией сверху донизу, государство использует законы избирательно как против организаций, так и против отдельных лиц, компании в конфликтах друг с другом придерживаются закона только когда им это выгодно, а суд никогда не знал реальной независимости.

По словам Медведева, построить в России верховенство закона можно, и в его плане три основных направления действий. Во-первых, утверждает он, необходимо показать, что закон превыше воли исполнительной власти и чьей-то личной воли. Второе, что необходимо сделать - 'создать новое отношение к закону'.

- Сегодня необходимо, чтобы каждый гражданин понимал не только необходимость, желательность соблюдения закона, но и понимал, что без такого отношения к закону, к праву, нормального развития у нашего государства и общества не будет.

Третьей своей задачей он видит создание эффективной судебной системы, прежде всего обеспечивая независимость судебной власти. Медведев считает, что судьям нужно больше платить и вообще повышать престиж их профессии, чтобы для любого российского правоведа должность судьи, как и в любой другой стране, была бы 'верхом юридической карьеры'. Столь же фундаментальное значение он придает и борьбе с другой вековой проблемой России - взяточничеством. Новый президент говорит, что будет одинаково суров и к водителю, предлагающему полицейскому взятку взамен штрафа за превышение скорости, и к чиновнику, берущему мзду за способствование какой-нибудь сделке.

- Когда гражданин дает взятку сотруднику ГАИ, ему, наверное, и в голову не приходит, что он тем самым совершает преступление. : А об этом надо бы думать, - говорит он.

Кроме того, он как минимум намекает, что те, кто сегодня встал во главе построенной Путиным 'вертикали власти', должны сами являть пример законопослушания.

- Единственная ситуация, при которой Россия действительно может рассчитывать на то, что у нее будет верховенство закона, это ситуация, при которой власть будет уважать независимость судов и судей, - утверждает Медведев (в оригинале указанное высказывание является вопросом журналиста FT. Д. Медведев отвечает на этот вопрос утвердительно - прим. перев.).

В ответ на наши дальнейшие расспросы новый президент дал понять, что может дистанцироваться от политики прошлых лет, и заявил, что если спецслужбы или правоохранительные органы будут заниматься чем-то незаконным, то будут тотчас же наказаны. Не исключено, что он готовится всерьез бороться с кланом силовиков, которых он в кресле президента не устраивает больше всего. Еще в прошлом году бывший генерал КГБ и глава российского антинаркотического ведомства Виктор Черкесов открыто заявил, что российские спецслужбы конкурируют между собой за богатство и влияние.

- Если я получу информацию о том, что представители любой правоохранительной структуры занимаются конкуренцией или борьбой за материальные блага, такие люди будут немедленно уволены и привлечены к уголовной ответственности, - сказал он.

Однако на основе этого же тезиса о независимости судов Медведев ушел от вопроса, стоит ли что-либо за слухами о возможном помиловании Михаила Ходорковского, который некогда был самым богатым человеком России, а сегодня, обвиняемый в мошенничестве, томится в сибирской тюрьме. Многие считают дело Ходорковского самым ярким примером избирательного использования закона при Путине, поскольку Ходорковский финансировал оппозиционные партии и сам проявлял политические амбиции. Медведев же говорит, что будущее бывшего главы компании 'ЮКОС' может определить только суд:

- В деятельность суда не должен вмешиваться никто - ни сельский староста, ни Президент страны.

Интересно, что, хотя Медведев совершенно не против, чтобы его считали проводником верховенства закона, он не стал, когда мы его об этом спросили, говорить о себе как о 'демократе'. Судя по всему, он намеренно не использовал это слово: во времена хаоса 90-х годов, когда рухнул коммунизм, а режим во главе с Ельциным рванулся в рыночную экономику, в России слово 'демократ' стало ругательным.

- Я являюсь сторонником демократических ценностей как той формы, которую человечество выработало за последнее столетие. Мое определение демократии как власти народа ничем не отличается от классических определений, существующих во всех странах.

Тем не менее, он не удержался от шпильки в адрес американской 'доктрины свободы'. По его словам, развитие демократии в любой стране при ее 'внеисторическом и внетерриториальном понимании' - это 'опасная крайность'.

- Наша демократия совсем молода, потому что ей буквально два десятилетия. Так произошло, что до этого в России просто не было демократии - ни в царский период, ни, естественно, в советский период.

Следующие его слова наверняка будут тепло встречены в западных столицах: Медведев совершенно не согласен с теми, кто считает Россию органически не приспособленной к демократии.

- Россия - европейская страна и Россия абсолютно способна развиваться вместе с другими государствами, которые выбрали для себя демократический путь развития.

Медведев с готовностью повторяет уже не раз использованную им мантру о том, что 'свобода лучше, чем несвобода'. Однако когда речь заходит о свободе прессы, он не выражается столь конкретно. Будущий президент России не признает то, что признают многие граждане его страны - что телевизионные новости в России, даже при наличии некоторых альтернативных источников информации - превратились в инструмент квазисоветской пропаганды. Его ответ на вопрос о том, будут ли при нем сокращены ограничения на свободу прессы, был бессвязен и агрессивен. По его словам, о здоровье информационного сектора экономики свидетельствует бурный рост рыночной стоимости изданий за время правления Путина, а сам он начинает день с просмотра интернет-сайтов, как положительно, так и отрицательно настроенных по отношению к власти. То же самое, утверждает он, могут делать и сорок миллионов россиян. Правда, при этом он не говорит, что для большинства основным источником информации остается все же государственное телевидение.

Главная мысль Медведева заключается в том, то по мере роста российской экономики, если удастся создать среду, в которой можно будет победить коррупцию, российская демократия будет сама по себе вызревать и подбираться к лучшим международным образцам. Своим главным приоритетом он называет перевод доходов, полученных от нефтяного экономического возрождения России, в социальные программы, способные изменить жизнь граждан.

Однако на пути к этому ему предстоит преодолеть немало препятствий. Глобальный кредитный кризис отрицательно влияет на экономический рост, и это может ударить по ценам на нефть, недавно перевалившим за 100 долларов за баррель и до сих пор остающихся главным фактором возрождения российской экономики. Инфляция, при Путине стабильно снижавшаяся, в прошлом году под давлением предвыборных государственных трат и роста мировых цен на продукты питания выскочила за 12 процентов - и это главная претензия российского народа к власти. Центральному банку, который стремится сдержать рост курса рубля, чтобы не повредить конкурентоспособности российских компаний, и одновременно обеспечить в банковской системе запас ликвидности, придется нелегко. Короче говоря, времена потрясающего экономического везения, пришедшиеся на годы власти Путина, похоже, заканчиваются - и теперь его молодому протеже придется работать в условиях кризиса, с которым так и не пришлось столкнуться его наставнику. Медведев признал, что экономикой нужно будет управлять очень аккуратно, но все равно решил лишний раз подчеркнуть ее силу. Финансовый и фондовый рынки России он навал 'островком стабильности в океане финансовых страстей'.

- Уверенность нам придает то, что в последние годы - за последние восемь лет - мы смогли создать стабильную макроэкономическую систему, - утверждает он. - Наши финансовые и золотовалютные резервы как никогда высоки и отражают общее положение дел в российской экономике.

Новый президент не сказал, что сократит число государственных компаний, которых множество расплодилось при Путине, что его противники и многие экономисты назвали свидетельством неэффективности и зажима конкуренции. Тем не менее, он сказал, что такие компании должны работать только в определенных секторах - в частности, в тех, работа которых имеет прямое отношение к экономической безопасности страны.

- Количество государственных компаний. . . должно быть ровно таким, чтобы обеспечить интересы всей страны, но не более того.

Также Медведев повторил то, что говорил перед выборами - что число министров и кремлевских чиновников в советах директоров таких компаний будет сокращаться, а вместо них туда придут независимые директора.

Поскольку у Медведева нет опыта внешнеполитической деятельности, самой серьезной проверкой для него наверняка станут переговоры по огромному числу разногласий между Россией и ее западными партнерами. Подтвердив утверждение своего предшественника о том, что на его податливость рассчитывать не стоит, он обошел стороной вопрос о том, насколько прав был Путин, когда сказал, что Медведев - 'не менее националист, в хорошем смысле этого слова', нежели он сам. Как и отвечая на вопрос о том, 'демократ' ли он, Медведев сказал, что не любит ярлыков.

- Любой эффективный руководитель страны обязан заботиться о защите интересов своего государства. На внешнеполитическом и внешнеэкономическом треке нельзя быть ни либералом, ни консерватором, ни демократом.

О самом трудном внешнеполитическом фронте - отношениях между Россией и Великобританией - он высказался в том смысле, что для России желательно было бы улучшение отношений. Он добавил, что премьер-министр Великобритании Гордон Браун (Gordon Brown) был одним из первых иностранных лидеров, поздравивших его с победой на выборах. По его словам, экономические связи между нашими странами 'просто блестящие' - британские инвестиции в Россию составили 26 миллиардов долларов. Двусторонние политические контакты, контакты между спецслужбами и так далее, сказал он, сегодня 'в значительной мере свернуты', хотя 'трагедии нет'. Тем не менее, он повторил недавние обвинения в адрес Британского совета, британского культурного ведомства, отделения которого вне Москвы были недавно закрыты в связи с обвинениями в шпионаже.

- Доклады, которые я получаю как один из руководителей государства, свидетельствуют о том, что с этим есть проблемы.

Он отрицает, что задержание на прошлой неделе сотрудника совместной англо-российской нефтяной компании 'ТНК-BP' - признак того, что спецслужбы саботируют улучшение британо-российских отношений. По его словам, в данном случае он также получил информацию, свидетельствующую о фактах промышленного шпионажа.

Подход нового президента России к США, где отношения также в последнее время существенно ухудшились, также не будет, скорее всего, отличаться в более мягкую сторону. Тем не менее, Медведев говорит, что, когда президент США Джордж Буш звонил ему с поздравлением после выборов, он сказал, что, если бы не личные контакты президента Америки с Путиным. отношения могли бы быть еще хуже. Он надеется, что перед тем, как Путин официально передаст ему полномочия, им удастся каким-то образом разрешить нынешние разногласия относительно планов США разместить элементы системы противоракетной обороны в странах Восточной Европы, а также относительно замены договора СНВ об ограничении стратегических ядерных вооружений, новым соглашением, поскольку срок действия СНВ истекает в следующем году. Он, тем не менее, предупредил, что, если НАТО на саммите, который состоится на следующей неделе, предложит Украине и Грузии перспективу вступления, то это может отрицательно повлиять на восстановление трансатлантических связей.

- Ситуация вокруг Грузии и Украины нас не радует. Мы считаем ее крайне неприятной для существующей конструкции европейской безопасности. Любое государство не может получать удовольствия оттого, что к твоим рубежам приближаются представители военного блока, в котором ты не принимаешь участия.

Медведев много раз говорил о том, что внешнеполитическими вопросами будет заниматься сам. Однако в то же время он, судя по всему, придает особую важность отношениям со своим предшественником. О Путине он говорит с уважением, словно о старшем брате.

- Когда мы первый раз встретились, я был еще совсем молодым человеком - мне было 24 года, а он был младше, чем я сейчас. Но он был уже гораздо более опытный человек, прошедший школу работы и в России, в Советском Союзе, и за границей. И еще немаловажный момент: нас связывают товарищеские, доверительные отношения, - прибавляет он, подчеркивая, что самое важное, чему он научился у Путина - это тщательная аналитичность в принятии решений.

На вопрос, вызвавший у самого Медведева и его помощников смех - будет ли в его команде меньше выходцев из Санкт-Петербурга, второго по величине города России и родного города Путина, он ответил, что для любого лидера естественно искать опору в товарищах и единомышленниках. Однако 'никаких предпочтений, конечно, по территориальному признаку я не собираюсь вырабатывать', сказал он.

У нового президента России нет никаких иллюзий относительно задачи, которую ему предстоит выполнить.

- Что же касается моих ощущений, - сказал он в ответ на вопрос, что он испытывал, когда узнал, что будет президентом, - то их, конечно, много, не буду лукавить. Совершенно очевидно, что на Президенте лежит максимальная ответственность за состояние дел в стране. Это такая функция или, если хотите, миссия, которую невозможно выключить рубильником, заснуть и перестать быть Президентом.

_______________________________________

Д. Медведев: "К сожалению, Россия - страна, где не очень любят соблюдать законы" ("The Financial Times", Великобритания)

Медведев, наверное, понимает, какие издержки несет в себе плохое поведение Кремля ("The Wall Street Journal", США)

Дмитрий Медведев: Добиться такой стабильности, чтобы никто не испытывал страха перед будущим ("Stern", Германия)