Поселок Черский - Сергей Зимов с трудом идет по снегу, высота которого достигает колена, к замерзшему озеру, где из тающей вечной мерзлоты выходит столько метана, что он вырывается из-подо льда маленькими гейзерами.

Уже опустились холодные сумерки, и русский ученый зажег спичку, чтобы можно было увидеть прорывающийся парниковый газ. Неожиданная вспышка пламени отбрасывает его назад. Зимов встает, отряхивает снег со своей длинной куртки и улыбается.

"Иногда газ даже взрывается, так как его выходит очень много, - говорит он. - Здесь, на севере Сибири, очень много таких озер".

В стране, многие ученые которой смеются над разговорами о глобальном потеплении, Зимов ведет кампанию, в ходе которой он хочет предупредить мир о российской тающей вечной мерзлоте и взаимосвязи этого явления с изменением климата. Его лабораторией являются тундра и лиственничные леса, занимающие огромные пространства у берегов Восточно-Сибирского моря. За 28 лет Зимов изучил этот покрытый льдом уголок мира практически вдоль и поперек.

Этот 53-летний крепко сложенный россиян с большой копной седеющих волос и пронзительными голубыми глазами совсем не похож на типичного ученого, свой уголок Сибири он изучает не при помощи пипетки и мензурки. Он выглядит как казак и обладает энциклопедическими знаниями об окружающем его мире.

Кухонные разговоры с приезжающими учеными о геологии данного региона постоянно прерываются на то, чтобы выпить очередную рюмку водки. Он не прикасается к компьютеру и никогда не носит часов. Если он читает научную литературу, то это та, которую "присылают друзья, или которую я привез с какого-нибудь форума".

"Как я проверяю электронную почту? Я сижу в кресле, а моя жена читает мне письма", - говорит Зимов.

Хотя российское научное сообщество практически игнорирует его исследования, для Запада они представляют интерес.

Американские научные журналы публиковали полученные им данные, большая часть его работы финансируется за счет грантов, полученных от Национального научного фонда (National Science Foundation) и Института открытого общества (Open Society Institute).

Некоторые выявленные Зимовым факты: выделение парниковых газов - особенно метана, обладающего в 20 раз более сильным парниковым эффектом, чем углекислый газ - из тающей под сибирскими озерами вечной мерзлоты может ускорить глобальное потепление и представляет собой вызывающую особое беспокойство проблему в борьбе с изменением климата.

"Он, несомненно, знает, что он делает, - сказал профессор Вашингтонского университета Томас Гренфелл (Thomas Grenfell), проводивший недавно вместе со своим коллегой Стивеном Уорреном (Stephen Warren) климатические исследования на станции Зимова. - Глобальное потепление вызывает всеобщее беспокойство, и в этих местах связанные с ним явления заметны лучше всего".

Неопровержимые доказательства

Немногие места в мире могут предоставить более убедительные доказательства глобального потепления, чем торфяные болота, озера и леса, протянувшиеся через восемь часовых поясов вдоль северного морского побережья России.

В результате таяния вечной мерзлоты просыпаются спавшие до этого микробы, которые поглощают тысячи тонн органических углеродов, выделяя, в условиях отсутствия кислорода, метан. Подземные слои льда тоже тают, из-за чего на поверхности земли появляются ямы и неровности, а дороги покрываются выбоинами и кочками.

Черский является одним из самых отдаленных и суровых мест на земле, представляющим из себя кучку разваливающихся многоквартирных жилых домов советской постройки, окруженных заваленных металлоломом пустырями. Находится он в 150 километрах к югу от Северного Ледовитого океана. Во время местных зим на три месяца наступает темнота, а температура опускается до 50 градусов ниже нуля. Летом налетают полчища комаров. Все необходимое для жизни - от картошки до снегоходов - доставляется по воздуху.

Зимов говорит, что он даже не думает о переезде.

"Неважно, где я сплю - я все равно сплю в кровати. Где эта кровать находится - не имеет значения, - сказал он. - Если очень холодно, я работаю над бумагами. Если тепло - я работаю на природе. Если у вас есть хороший автомобиль и хорошая одежда - то у вас все будет нормально".

В 1980 году в возрасте 25 лет молодого ученого Зимова направили изучать вечную мерзлоту в Черский, где он начал строить свою исследовательскую станцию. Тогда поселок был оживленным советским морским портом, расположенным у устья реки Колымы. Наука увлекла его, но не менее привлекательной показалась и свобода, предоставляемая удаленностью от Москвы. Он перевез сюда свою семью и никогда не думал о возвращении.

Абсолютно свободная жизнь

"Мы жили без электричества, то есть без телевидения и без коммунистической пропаганды, - говорит Зимов. - Это было прекрасно. Это была абсолютно свободная жизнь".

Как и все остальные россияне, Зимов и его жена Галина с трудом сводили концы с концами после распада Советского Союза в 1991 году, когда зарплата не выплачивалась месяцами, и когда приходилось полагаться на охоту, рыбалку и на выращивание овощей в теплицах. Сегодня миллионы долларов, поступающие в виде грантов с Запада и от Российского гуманитарного научного фонда, превратили станцию Зимова в научный центр.

Деньги позволили Зимову создать обширную инфраструктуру для тщательного изучения всех аспектов вечной мерзлоты: поставить вышки, на которых размещается аппаратура сбора данных, производящая измерение объема выходящих из почвы углекислого газа и метана, пробурить скважины для определения изменений температуры вечной мерзлоты. У него даже есть гидросамолет, который можно использовать для сбора метеорологических данных.

Условия работы очень сложные. Из-за сурового климата Зимову приходится постоянно держать одного из своих пяти работников около вышек сбора информации, чтобы тот поддерживал их в рабочем состоянии и еженедельно снимал накопленную информацию. Для 28-летнего Марата Ильясова это означает проживание в крошечном вагончике, состоящем из одной комнаты и расположенном в двух часах ходьбы от города.

Еду ему доставляют на снегоходах, у него есть рация на случай чрезвычайных ситуаций и запасы книг, позволяющие занять себя.

"Я не нуждаюсь в частом общении с людьми, - говорит со вздохом Ильясов, - поэтому для меня это хорошая работа".

В Сибири под вечной мерзлотой погребены миллиарды тонн органический материи, оставшейся со времен ледникового периода, когда северные степи нынешней России изобиловали мамонтами, покрытыми шерстью носорогами, бизонами и другими представителями дикой природы. Мерзлота, остававшаяся нетронутой на протяжении тысяч лет, теперь тает из-за глобального потепления, и микробы начинают свою жизнедеятельность, приводящую к образованию парниковых газов.

Процесс подстегивает сам себя. По мере потепления климата участки вечной мерзлоты, находящиеся по берегам сибирских озер, падают в воду, вследствие чего бактерии получают доступ к новым органическим материалам и выбрасывают в воздух еще больше метана.

Таяние вечной мерзлоты нельзя остановить, говорит Зимов, но его можно замедлить.

Недалеко от его исследовательской станции находится участок земли площадью 40000 акров, который когда-нибудь, как полагает Зимов, сможет побороться с таянием мерзлоты. Он называет этот участок Парком Плейстоцена - по названию наступившей после ледникового периода эпохи, во время которой по Сибири бродили мамонты.

Зимов высаживает здесь траву и разводит животных, которые господствовали в этих степях 10000 лет назад, также он планирует выкорчевать некоторые участки лиственничного леса и заросли кустарников. Вместо них тут будут расти лисохвост и пушица, снабжая пищей якутских лошадей, северных оленей, быков и бизонов, которых Зимов планирует расселить на этих землях.

В степях таяние вечной мерзлоты замедляется, так как они сохраняют меньше тепла, чем леса и озера, и потому что поедающие траву животные утаптывают снег, после чего он в меньшей степени сохраняет накапливаемое почвой тепло.

Этот процесс можно назвать созданием новой экосистемы, масштабной задачей, нацеленной на построение преграды на пути глобального потепления. Пройдут годы, прежде чем стада населяющих парк животных станут достаточно большими, чтобы были заметны последствия их жизнедеятельности. Однако Зимов надеется, что этот парк станет примером для создания других подобных парков на тающей вечной мерзлоте Сибири.

"Главное - показать прогресс, и показать быстро, - говорит Зимов. - Это очень хорошая и очень серьезная идея. Это ведь не пересчитывание количества ножек у какого-нибудь жука".

___________________________________________________________

Забытые города востока России ("Chicago Tribune", США)

Борьба за 'вершину планеты' ("Time", США)