From The Economist print edition

Запад должен быть твердым в отношении президента Дмитрия Медведева

В Москве выдалась напряженная неделя. Сначала Дмитрий Медведев принял президентскую присягу. На следующий день его предшественник Владимир Путин стал новым премьер-министром. Затем, 9 мая Москва планирует провести в рамках ежегодного празднования Дня Победы первый после окончания 'холодной войны' парад на Красной площади с участием танков и ядерных ракет. Как ко всему этому относиться Западу?

Похоже, одно из этих событий является более обнадеживающим, чем остальные два. Медведев - первый после царей российский лидер, который пришел ни из спецслужб, ни из старой коммунистической партии. А, судя по тому, что он говорит, включая его инаугурационную речь, ему не чужды либеральные инстинкты и понимание того, почему верховенство закона имеет значение. Однако он приходит к власти обремененным двумя проблемами, и это вызывает тревогу.

Первая из них - Путин. Рассуждения о том, кто будет действительно править страной, идут в Москве с тех пор, как Путин выбрал себе в преемники этого юриста и своего давнего протеже. На настоящий момент существует два ответа: или этого не знает никто, или это будет Путин. Даже на прошедшей на этой неделе церемонии Путин производил впечатление доминирующей фигуры. Это ни в коей мере не была реальная передача власти.

Второе бремя Медведева - это то, что он унаследовал. Путин стал действующим президентом в последний день 1999 г., в благоприятное для России время. Экономика бурно развивалась после девальвации 1998 г., цены на нефть росли, а рядовые россияне (и внешний мир), казалось, испытывали облегчение из-за того, что стабильность и порядок приходят на место хаоса, которым были отмечены последние годы правления Бориса Ельцина. По контрасту с ним, Медведев приходит к власти на фоне более мрачных экономических перспектив и растущей инфляции. Похоже, цена на нефть вряд ли продолжит расти, и есть зловещие признаки того, что у России серьезные проблемы с поддержанием уровня добычи (см. статью). Более того, отношения России с Западом достигли новой низшей точки - что может объяснить помпезность парада на Красной площади.

При встрече с медведем...

Несмотря на это, многим на Западе так и неймется протянуть новому президенту оливковую ветвь. Власть Кремля громадна, поэтому, даже если Медведев будет поначалу тенью Путина, со временем он может вырасти из этой роли. Всегда соблазнительно испытать мягкий подход на новом президенте России, как это было с Путиным. Но на этот раз западным лидерам нужно проявить гораздо большую осторожность. Нет никаких признаков того, что Россия движется в более либеральном и демократическом направлении во внутренней политике, или что она будет больше прислушиваться к Западу во внешней. Кажется гораздо более вероятным, что она продолжит игру 'разделяй и властвуй', начатую Путиным, который умело воспользовался противоречиями, в частности, между лидерами Европейского Союза.

Лучший подход к Медведеву: следить за тем, что он делает, а не тем, что он говорит. Например, если бы он досрочно освободил из тюрьмы Михаила Ходорковского, осужденного даже без намека на справедливое правосудие, отказался от воинственной политики в отношении Грузии, начал допускать на государственное телевидение альтернативные голоса и предпринял усилия по борьбе с коррупцией, то отвечать по-дружески было бы правильно. Но прежде, чем делать такой шаг, нужны убедительные доказательства. Прежде всего, западные лидеры должны объединиться. Medved по-русски означает 'медведь', а при встрече с медведем ни в коем случае нельзя проявлять явную слабость или разбегаться в разных направлениях.

__________________________

Россия: колосс на глиняных ногах ("Newsweek", США)

Неприятность в трубе ("The Economist", Великобритания)

Правление Медведева ("The Washington Post", США)

Россия: От перемены мест слагаемых... ("The Guardian", Великобритания)

Новый лидер и длинная тень Путина ("The Independent", Великобритания)