Я уже несколько раз писал о главных, по моему мнению, инвестиционных темах на ближайшие годы. Нефть, другие сырьевые товары, инфраструктура - все это там присутствовало.

Естественно, самый очевидный способ вложиться одним махом во все это - купить паи какого-нибудь глобального инвестфонда, работающего на развивающихся рынках - и, наверное, большинство инвесторов так и делает. У меня, впрочем, индивидуальный пенсионный счет (SIPP, self-invested personal pension) открыт в учреждении, работающем более конкретно. Это фонд Neptune Russia & Greater Russia под управлением Робина Геффена (Robin Geffen).

Любопытно, что каждый раз, когда я упоминаю об инвестициях в Россию, я вижу, что многие вокруг болезненно морщатся. Скорее всего, подобная реакция возникает у людей, у которых сохранись старые представления о России - очереди за хлебом и 'холодная война', а также, в последнее время, англо-российские трения как в политике, так и в экономике.

Мне кажется, что судить о России исключительно по тому, что о ней пишут в западной прессе, было бы ошибкой. Мне вообще представляется, что, чем постоянно обмениваться шпильками, разным странам гораздо лучше и продуктивнее было бы сотрудничать друг с другом и стремиться к тому, чтобы лучше понимать друг друга. И если абстрагироваться от политики, то на сегодняшний день Россия представляется мне очень перспективным местом для инвестиций - настолько перспективным, что я уже третий год подряд выбираю Россию своим 'рынком года'. На российском рынке - что и демонстрирует Neptune - есть возможность напрямую выйти на многие ключевые точки роста: энергетику, инфраструктурные проекты и расширение внутреннего потребительского спроса. Многие считают, что вложения в Россию - это не более чем игра на нефти и газе. Действительно, на эти отрасли приходится около 50 процентов рынка - и все же было бы совершенно неправильно считать, что кроме них, в России нет ничего.

Робин Геффен - управляющий фондом Neptune Russia & Greater Russia - немало расскажет вам о том, как стабильно растет в России значение внутреннего спроса в экономике. Он еще полтора года назад начал перебрасывать средства фонда с чисто энергетических активов в активы внутренних отраслей.

Понятно, что на верхних этажах потребительского сектора виднее всего будут крупные международные бренды - однако самый серьезный потенциал роста заложен именно в предпочтениях российского среднего класса, то есть в брендах российского происхождения. Яркий тому пример - компания 'Вимм-Билль-Данн', крупнейший в России производитель пищевых продуктов и напитков, более всего известный детским питанием и фруктовыми соками. Причем 'Вимм-Билль-Данн' настолько прочно держит рынок в своих руках, что главный конкурент, концерн Danone, решил не конкурировать с ним напрямую, а купить 19 процентов его акций.

Еще один хороший пример - авиаперевозчик 'Аэрофлот'. На Западе у него сложилась ужасающая репутация - такая же, какая в свое время была у 'Шкоды', - но сегодня это уже совсем другая компания: 'Аэрофлот' быстро превращается в очень современного перевозчика, график закупки 'Аэробусов' и 'Боингов' у него расписан до 2014 года. Хотя 51 процент акций по-прежнему принадлежит государству, все остальное уже торгуется на фондовом рынке. И у 'Аэрофлота' масса конкурентных преимуществ: приоритетное распределение времени взлета-посадки в аэропортах, более низкие цены на топливо - и, конечно, изменения предпочтений нового поколения путешественников, которые хотят летать, а не ездить по железной дороге.

Описанные нами примеры - это, конечно, не вполне очевидные инвестиционные возможности. Однако Геффен не уходит окончательно и из отраслей, связанных с энергетикой и полезными ископаемыми. Под его управлением находится пакет акций 'Газпрома' и компании под названием 'Полюс Золото', по запасам втрое превосходящей гораздо более известную Peter Hambro Mining. В ближайшем будущем 'Полюс' начнет крупный проект по разработке второго по величине месторождения золота в России, причем пока что это практически никак не отражается на курсе его акций.

В общем, возможностей в России хоть отбавляй. Естественно, как на любом развивающемся рынке, риски тоже значительные. Основной риск - инфляция, сейчас она составляет около 12 процентов, и не очень понятно, как с этой проблемой собираются бороться. Вероятность отмены правительством каких-то инфраструктурных проектов ради борьбы с инфляцией, по-моему, невелика, тем более что подобные проекты в любом случае должны принести экономике значительные выгоды. Еще одно узкое место - электроэнергетика, где, кстати, России нужны иностранные инвестиции. Многие из этих рисков сегодня дисконтируются рынком: российский рынок среди всех развивающихся один из самых дешевых, и предсказуемость доходов во многих случаях лучше, чем на Западе.

Не надо, конечно, думать, что Россия - это корзина, в которую надо срочно складывать все имеющиеся яйца. Однако я твердо уверен в том, что в качестве одного из элементов диверсифицированного портфеля, в котором представлены в том числе и развивающиеся рынки, она выглядит очень хорошо. И, что касается фонда Neptune Russia & Greater Russia, то это, по моему мнению - отличный канал доступа (причем пока задешево) к самым главным темам мировой экономики.

Марк Дампьер - глава исследовательского отдела инвестиционно-консалтинговой компании Hargreaves Lansdown.

_____________________________________________

Почтовая открытка с видами Сочи ("Time", США)

Из 'московского дневника': оборотная сторона экономического бума ("Newsweek", США)

Россия: девять 'инструментов', которые позволят догнать Запад ("Le Monde", Франция)