Exile - издание для экспатов - приказало долго жить: инвесторы лишили его финансовой поддержки

Издававшаяся в Москве англоязычная газета, известная своими насмешками над российскими и западными чиновниками, закрылась после того, как власти занялись изучением ее скандальных материалов. Кончина газеты

Exile - последнее проявление усиливающегося 'единообразия' российской прессы: гонения властей против инакомыслия для многих изданий обернулись ведением 'самоцензуры'.

Главный редактор Exile - калифорниец Марк Эймс (Mark Ames), рассказывает, что в начале нюня инвесторы лишили газету финансовой поддержки. Этому предшествовал визит в редакцию чиновников из российского ведомства по регулированию прессы [речь идет о Федеральной службе по надзору в сфере массовых коммуникаций, связи и охраны культурного наследия - прим. перев.], которые изъяли экземпляры последних номеров, чтобы изучить их на предмет соответствия российскому закону о СМИ. Хотя российское Федеральное агентство по печати и массовым коммуникациям не предприняло никаких официальных шагов против Exile, инвесторы, по словам г-на Эймса, опасались, что впереди газету - не приносившую в последние годы прибыли - ждут более серьезные риски. 'Если бы это случилось 10 лет назад, люди не побоялись бы начать борьбу, - отмечает Эймс (именно он основал газету в 1997 г.). - Сейчас же существуют опасения, что вся власть находится в руках горстки жутковатых типов, которые могут сделать с вами что-то крайне неприятное'.

Евгений Стрельник, чиновник из регулирующего органа, занимавшегося газетой, утверждает, что речь шла о 'рутинной проверке'. 'Выявились кое-какие нарушения, и мы вынесли им предупреждение', - поясняет он. Стрельник подчеркнул, что власти не закрывали газету: для этого понадобилось бы решение суда.

Exile - газета с тиражом менее 20000 экземпляров, выходившая раз в две недели, и распространявшаяся бесплатно, никогда не представляла для Кремля серьезной угрозы. Многие годы ее редакция находилась над помещением одного из московских стрип-клубов; штат составляла горстка низкооплачиваемых репортеров, работавших здесь по совместительству.

Газета приобрела известность разухабистым описанием бурной и хаотичной московской жизни в нищие постсоветские годы. Ее целевую аудиторию составляли западные бизнесмены, искавшие где бы поразвлечься. В обзорах клубной жизни, публиковавшихся в Exile, читателям объясняли, в каких барах можно легко нарваться на жаждущих почесать кулаки бандитов, а какие - популярны у россиянок, ищущих приключений.

В то же время газета стала предметом оживленных политических дискуссий в кругах западных экспертов по России. Одним из ее авторов с первых лет был Эдуард Лимонов - 'контркультурный' писатель-радикал, чья запрещенная Национал-большевистская партия превратилась в маленького, но решительного оппонента Кремля. Его нудноватые опусы - без редакторской правки, со всеми орфографическими и стилистическими ошибками - появлялись в каждом номере.

В 1990-х Exile решительно атаковал западных ученых и журналистов, обвиняя их в замалчивании невзгод, вызванных рыночными реформами президента Бориса Ельцина. Своими грубоватыми, а порой и злобными насмешками газета нажила немало врагов. Как-то раз Эймс вместе с другим редактором швырнули пирог (при его изготовлении использовалась конская сперма) в физиономию одному иностранному корреспонденту, рисовавшему, по их мнению, чересчур приукрашенную картину перехода России к капитализму. Вскоре статьи Exile были исключены из популярного интернетовского списка публикаций, которым пользуются зарубежные журналисты.

Майкл Макфол (Michael McFaul) - профессор политологии, возглавляющий Центр по проблемам демократии, развития и законности (Center on Democracy, Development and the Rule of Law) в Стэнфордском университете (Stanford University), и не раз подвергавшийся нападкам Exile - говорит: ему 'жаль, что газета перестала существовать', хотя он и не всегда соглашался с ее политической позицией. Макфолу, в частности, часто доставалось от Exile за его прическу в стиле семидесятых.

По словам Эймса, в последнее время у газеты возникали трудности с публикацией некоторых статей, поскольку в России было расширено определение 'экстремистской' литературы: теперь оскорбление в адрес государственного чиновника считается преступлением. В начале этого года Exile попыталась напечатать снимки акции протеста, в ходе которой студенты МГУ занимались сексом в музее возле чучела медведя. Издательство, однако, отказалось их публиковать. Акция была направлена против нынешнего президента Дмитрия Медведва (его фамилия происходит от слова 'медведь'): она пародировала его риторику о необходимости бороться с сокращением численности населения страны.

Кроме того, отмечает Эймс, газете, несмотря на создание интернетовской русскоязычной версии, так и не удалось завоевать популярность у широкого российского читателя - ею интересовались лишь приверженцы 'контркультуры'.

Константин Букарев - один из инвесторов Exile со времен ее создания - отмечает, что прибыльность газеты с конца 1990-х гг. постепенно падает, в основном из-за того, что иностранное деловое сообщество уже не играет столь видной роли, как прежде. 'Раньше многие владельцы клубов в России были иностранцами, и многие посетители - тоже, - поясняет г-н Букарев. - Теперь и те и другие - в основном россияне'. Из-за финансовых проблем газеты Эймс по совместительству начал работать на российском телевидении: кремлевский англоязычный пропагандистский канал Russia Today показал серию сделанных им передач о путешествиях.

Алексей Симонов, возглавляющий Фонд защиты гласности - некоммерческий аналитический центр, отслеживающий ситуацию со свободой печати в России - полагает, что проверка, проведенная властями, возможно не была чревата для газеты серьезными неприятностями. Однако, отмечает он, владельцы периодических изданий в стране в последнее время как огня боятся конфорнтации с государством даже по самым незначительным поводам. Недавно одна московская бульварная газета закрылась после того, как тогдашний президент Путин опроверг напечатанное в ней сообщение о том, что он вскоре разведется с женой и женится на олимпийской чемпионке - гимнастке Алине Кабаевой.

Владелец этого издания - оно называлось 'Московский корреспондент' - отрицал какое-либо давление со стороны властей, утверждая, что решил прекратить ее финансирование из-за 'концептуальных разногласий с редакцией'.

__________________________________________________

Марк Эймс: Жалкая зависть Америки к Путину ("The Exile", Россия)

Марк Эймс: Россию не любят извращенцы и неудачники ("Комсомольская правда", Россия)

Марк Эймс: Я, дурак, не смог заработать на любви к России ("Комсомольская правда", Россия)

Марк Эймс: 'Свобода' - просто еще одно имя фашизма ("The Exile", Россия)