Раскрытие для общественности все новых и новых материалов, связанных с массовыми преступлениями, совершенными на территории Украины режимом коммунистов-большевиков, вызывает у многих читателей шок и вопрос - неужели такая, казалось бы, бессмысленная жестокость в действительности имела место? Кое-кто пытается выдать публикацию этих материалов за 'переписывание истории' и всячески старается либо воспрепятствовать таким публикациям, либо посеять к ним недоверие. Вполне вероятно, что некоторые материалы, свидетельствующие о преступлениях ВКП(б) - КПСС, уже уничтожены либо поспешно прячутся подальше, либо уничтожаются. Поэтому важно сейчас, пока еще живы люди, хранящие информацию о преступлениях 'красного молоха', по крупицам собирать все, что касается злодеяний, совершенных в те годы.

В связи с этим хотелось бы сообщить об одном методе ликвидации врагов 'колхозного строя', посредством которого были уничтожены и кое-кто из моих родственников. В середине 60-х годов нашу семью, проживавшую в Казахстане, неожиданно посетил родственник матери, фамилия которого была Рак, а имя - если мне не изменяет память - Виктор. В годы молодости мои родители и семья Раков проживали в Славгородском уезде в Западной Сибири, в местах, где было много переселенцев - украинцев и немцев. В конце 20-х годов, когда начались первые массовые репрессии, мои родители перебрались в Южный Казахстан, чем, вероятно, и спасли свою жизнь, а семья Рака осталась в Сибири, подверглась раскулачиванию, была увезена в Славгород, после чего исчезла. Теперь, после неожиданного визита одного из членов этой многочисленной семьи, мы узнали о ее судьбе. Осенью, вместе с сотнями других раскулаченных, их, одетых по-летнему, с детьми и престарелыми, погрузили на баржи и увезли вниз по Оби, туда, где уже была зима. Там их выгрузили на безлюдный и дикий берег, и баржи ушли назад. Раскулаченные, постояв в растерянности, пошли вдоль берега назад, туда, откуда их привезли. Шли, замерзая в своей летней одежде и опускаясь на заснеженную землю. Первыми умирали дети и старики. Затем от холода и голода стали умирать остальные. Не останавливаясь, они шли дальше, пока хватало сил; а потом, обессилев, падали или опускались на землю. По словам нашего родственника, он один спасся из того каравана барж. После того, как погибла вся его семья и остались лежать на заснеженном берегу большинство раскулаченных, он понял, что идти дальше вдоль берега означало смерть, так как поселений там не было. И он свернул в тайгу. Проблуждав день или два в почти бессознательном состоянии, он, в конце концов, вышел на поселение коренных жителей, которые его выходили и не выдали властям.

Совсем недавно мне удалось узнать, что в Полтаве живет пожилой мужчина родом из Сибири, который со своей семьей подвергся такой же депортации на баржах несколько позже - в 1937 году. С этими 'врагами народа' так называемая советская власть обошлась несколько гуманнее, чем с раскулаченными: им выдали лопаты для рытья землянок, в результате чего около 20% репрессированных смогли выжить.

Но были и другие, не менее страшные, факты, о которых пока неизвестно широкой общественности. В начале 90-х годов в прессе России и Украины стали появляться статьи-откровения людей, либо знавших об этих фактах, либо ставших их невольными свидетелями и даже соучастниками. Позже такие публикации, словно по команде, исчезли из СМИ. 'Бывшие' снова почувствовали себя хозяевами жизни.

Странное чувство охватывало многих, когда в Москве новая элита праздновала юбилей ВЛКСМ. Торжества проходили с размахом, в них принимали участие и олигархи, и представители московской и российской власти. Мэр Москвы Лужков принял в праздничных торжествах личное участие и, вероятно, был среди организаторов. Российские 'демократы' (бывшие комсомольские и партийные работники разных уровней и в самых разных структурах) пели комсомольские песни и искренне радовались юбилею; ведь в ВЛКСМ они получили то главное, что помогло им пробиться наверх в смутные времена обвальной приватизации: близость к власти, лицемерие, цинизм, пробивную силу в отстаивании своих личных интересов, подчинение сильной руке ('Партия сказала 'Надо!' - комсомол ответил 'Есть!')...

Эти 'демократы' вместе с явными коммунистами радикального толка и являются главной силой, ныне препятствующей раскрытию всей правды о безобразиях и преступлениях в СССР.

Вместе с тем следует отметить, что даже те материалы, которые уже известны общественности, вполне позволяют провести суд и вынести справедливое решение для того, чтобы страшные преступления тех лет не остались без наказания - хотя бы морального.

Однако любое осуждение, как и любой суд, должно быть справедливым и служить делу гуманизма, демократии, свободы. Поспешное осуждение чохом может лишь навредить. Сразу же отметим: коммунизм, как идея о совместной (общественной) собственности и равенстве людей, не является преступлением и не может быть осужден в судебном порядке. Как свидетельствует Библия, первые христиане отрицательно относились к богатству и создавали что-то вроде коммунистических сообществ, где имущество было общим. Правда, из этого ничего путного не получилось. Однако вступление в такие коммуны и выход из них были свободными и не вели к насилию над личностью. Никто не может запретить свободным гражданам объединить свою собственность и управлять ею совместно, даже если это управление далеко от идеального.

Точно так же не может быть признана преступлением национализация, проведенная демократически избранным правительством, если она проведена с учетом интересов собственников (например, посредством выплаты компенсации). Национализация в свое время проводилась во Франции, Великобритании, Швеции и других развитых демократических странах.

Что же подлежит осуждению в семидесятилетней истории СССР?

Во-первых, незаконный захват власти вооруженным путем большевиками и разгон демократически избранного Учредительного собрания. Во-вторых, последовавшие после этого репрессии против тех, кто не хотел сотрудничать с новой властью (так называемый красный террор).

Исторические документы свидетельствуют - именно так называемая советская власть начала террор в отношении своих противников посредством расстрелов без открытого суда. Это вызвало ответный террор ее врагов. Красный террор по-разному продолжался до самых последних дней существования СССР (события в Прибалтике, Грузии и других местах). В СССР был создан криминальный режим, при котором действовали бесчеловечные законы. Позже этот режим взял на вооружение другой метод: существовали писаные и неписаные законы, причем вторые были намного важнее первых и исполнялись быстрее.

В осуществлении политики массового террора надежным инструментом правящей группировки в партии были репрессивные органы (ВЧК, ГПУ, НКВД, 'чрезвычайные тройки'...).

Антигуманный и преступный характер имели расправы большевиков после победы в гражданской войне. Это были массовые расстрелы офицеров, а так же представителей различных слоев населения - предпринимателей, граждан дворянского происхождения, священнослужителей. Преступными являлись военные действия, а затем и массовые репрессии против народов, пожелавших стать независимыми (Украина, Закавказье, Кубань, Дон, Средняя Азия). Все признаки массового социального преступления носила коллективизация с ее незаконными изъятиями собственности и злодейским истреблением значительной части крестьянства. Преступлением против человечности было создание системы концлагерей, условия существования в которых были неописуемо ужасны.

Аморальный характер носили ограничения деятельности церквей и религиозных организаций, а также преследования верующих и священнослужителей.

Ужасным злодеянием был искусственный массовый голод 1932-1933 годов, посредством которого были уничтожены миллионы людей на Украине, в Казахстане, на Кубани и в национальных регионах Поволожья.

Репрессии 1934-1939 годов, немедленные расстрелы по приговору 'особых троек' - это отдельное злодеяние сталинского режима, сопоставимое по своим масштабам лишь с деяниями гитлеровского режима, а кое в чем и превосходящее их.

Захват Латвии, Эстонии и Литвы, нападение на Финляндию и Польшу - это начало международных преступлений 'советского' режима.

Нельзя забывать о таком преступлении 'советского' режима, как уничтожение украинской интеллигенции сначала на востоке Украины, а затем и в ее западной части.

Особого исследования требуют преступления сталинского режима во время Второй мировой войны. Это - бесчеловечное отношение к своим же солдатам, 'заваливание' немцев трупами своих бойцов, злоупотребление расстрелами солдат, офицеров и генералов, невиновных в просчетах Сталина и верховного командования и служивших козлами отпущения.

Преступлением режима было негласное разрешение высоким военным чинам (иногда и не только им) нарушать мораль и законы. Принуждение к сожительству женщин, попавших в армию, создание некоторыми 'полководцами' целых гаремов, воровство в армии (в то время появилась поговорка 'Кому война, а кому мать родная'), массовое разворовывание трофейного имущества начальством и прочее, а также жестокости по отношению к невоенному населению Германии (убийства, массовые изнасилования, грабеж) стали нормой поведения для определенных лиц.

К преступлениям 'советского' строя относится и навязывание коммунистической системы странам Восточной Европы, где СССР держал при власти марионеточные режимы и жестоко подавлял акты неповиновения (Венгрия, Чехословакия). Невероятно жестокими преступными методами 'советская' власть вела борьбу и против повстанцев на Западной Украине.

В области национальных отношений преступлениями против человечности являлась принудительная русификация народов СССР, бесчеловечная депортация национальных меньшинств Крыма, Кавказа, Поволжья и даже Дальнего Востока (корейцы), во время которой значительное количество депортируемых погибло. Нарушением прав человека были и ограничения при допуске на некоторые специальности и должности по национальному признаку.

Признаки преступления имела деятельность КПСС по контролю над мировым рабочим движением, а также создание и поддержка антидемократических радикальных режимов по всему миру.

После смерти Сталина режим власти сохранил антидемократический и антигуманный характер до самого развала СССР, но некоторое его размягчение все-таки произошло. Прекратились массовые расстрелы граждан, улучшилось материальное положение колхозников и им были выданы паспорта, что уравняло их в правах с остальным населением. Всемогущее НКВД было преобразовано в МВД с ограничением могущества этой организации. КГБ было 'разбавлено' комсомольскими и партийными работниками. В брежневское время КГБ негласно собирало компромат на крупных партийных боссов, и некоторые сотрудники спецслужб 'на кухне' позволяли себе критиковать советские порядки и все увеличивающуюся коррупцию. В КПСС значительно увеличилось количество тех, кто вступил в партию только потому, что для беспартийных успешная карьера во многих сферах была невозможна. Такие люди достигали иногда важных постов и должностей.

Из всего вышеизложенного можно сделать следующие выводы.

Наиболее жестокий и антигуманный характер 'советский' режим имел в период с 1917 примерно по 1953 год включительно. В этот период его преступления не только не уступают, но по многим показателям превосходят преступления нацистского режима Германии, осужденного международным трибуналом в Нюрнберге. Поэтому существуют все основания для активизации усилий по осуждению преступлений большевистско-сталинского режима. Это осуждение должно состояться как на уровне общественности и правосудия отдельных народов и государств, особенно пострадавших от большевистско-сталинского режима, так и на международном уровне посредством проведения конференций и заседаний, что может привести к созданию международного трибунала.

Уже сейчас ясно, что ВКП(б) - КПСС и их средства осуществления террора (ВЧК, ГПУ и НКВД) должны быть признаны преступными организациями, как и НСДАП, Гестапо, СА и СС в Германии.

Должна быть осуждена и запрещена героизация вышеназванных организаций, применение в агитационно-пропагандистских, но и коммерческих целях их символики и атрибутики.

Идеологическая основа ВКП(б) - КПСС - так называемый марксизм-ленинизм - должна быть осуждена и запрещена для пропаганды, поскольку она содержит антигуманные положения о насильственном захвате власти и диктатуре только одного социального класса, считает нормальным массовый террор по отношению ко всем несогласным, призывает к насильственной экспроприации собственности, допускает унижение и уничтожение людей по признаку социального положения и происхождения, а также допускает дискриминацию по национальному признаку.

Вместе с тем, следует учитывать, что марксизм-ленинизм не является единственной коммунистической идеологией. Возможны ее разновидности, признающие приход к власти только в результате выборов, сохранение действенных демократических институтов и мирный соревновательный характер различных типов собственности. Разумеется, такие партии и их члены не могут подпадать под всеобщее осуждение или суд. Подобную идеологию в свое время исповедовали так называмые еврокоммунисты и некоторые другие левые партии.

Да и анархист Бакунин тоже был коммунистом, но именно он еще задолго до октябрьского переворота писал, что социализм без свободы - это рабство и скотское состояние. Некоторые анархистские и другие радикальные партии запрещены в демократических странах не потому, что они проповедуют всеобщую собственность, а потому, что декларируют насильственный захват власти и индивидуальный и массовый террор.

Таким образом, при осуждении и запрещении речь может идти лишь об одном конкретном проявлении коммунистической идеологии - о так называемом марксизме-ленинизме, а также тех коммунистических учениях, которые исповедуют насильственный захват власти и террор, уничтожение демократических институтов.

Но осуждение большевизма-сталинизма не может вести к денонсации международных договоров, заключенных с участием СССР. Несмотря на то, что эта страна управлялась преступным режимом, она была признана ведущими демократическими государствами как полноправный субъект международного права и участвовала во многих важных международных акциях - например, в создании ООН.

Истории практически неизвестны случаи, чтобы международные договоры денонсировались с течением времени из-за того, что монарх или правительство, их заключавшие, были аморальными. Собственно говоря, многие известные европейские правители-монархи с точки зрения христианской морали и гуманности были откровенными прохвостами или даже негодяями.

Важно также учесть, что осуждение организации не предполагает переложения всей ее вины на всех без исключения ее членов. На примере КПСС мы видим, что членами партии многие становились лишь для того, чтобы иметь возможность заниматься любимой профессией или повысить свой общественный статус, потому что членство в КПСС стало чем-то вроде принадлежности к дворянскому сословию в феодальном обществе. Индивидуальная вина должна устанавливаться по конкретным действиям человека, по его личной роли - как это и было на Нюрнбергском процессе. Кроме этого, дети не должны нести ответственность за вину своих родителей или предков.

Порочная система большевизма-сталинизма не исключала того, что в репрессивные органы попадали и порядочные люди. Среди сотрудников ГПУ - НКВД было немало таких, которые во время репрессий покончили жизнь самоубийством или были репрессированы.

В начале пятидесятых годов мой отец находился непродолжительное время в заключении. Однажды он, прогуливаясь недалеко от проволочного заграждения, услышал оклик военного охранника и подошел с опаской к ограде. 'Друг, хочешь закурить?' - спросил его часовой. 'Но ведь мне нельзя, я заключенный', - ответил отец, опасаясь провокации. 'В этой стране мы все заключенные, - ответил охранник и протянул отцу зажженную папиросу, - не бойся, я покараулю'. Отец выкурил с наслаждением предложенную папиросу. Тот охранник служил в системе НКВД.

Сопротивление осуждению НКВД и КПСС может быть очень сильным, поскольку очень много людей были в той или иной мере связаны с этими организациями либо имели там родственников. Недавно польские и литовские СМИ опубликовали информацию, свидетельствующую о том, что в Литве в подразделении НКВД 'Вильнюс' служил и участвовал в репрессиях против литовского антисоветского сопротивления один из бывших многолетних руководителей авторитетной еврейской организации Яд Вашем. Но сам обвиненный свое участие в репрессиях отрицает.

Необходимо также следовать принципу, что обвинение против ВКП(б) - КПСС и НКВД не является обвинением против определенных этносов и не должно использоваться для таких обвинений. Состав руководства партии большевиков, а затем и руководства СССР в годы самых жестоких репрессий был интернациональным. Жестокости большевизма-сталинизма - это феномен социально-интернациональный.

Приход к власти большевиков и их победа в Гражданской войне стали возможны из-за того, что правящий класс России в отношениях с социально слабыми слоями населения упорно делал ставку на силу и также упорно избегал значительных реформ, которые могли бы улучшить положение населения и демократизировать страну. Социальные оппоненты не хотели слушать друг друга. Об этом писал Николай Бердяев в 'Самопознании' (глава 'Русская революция' мир коммунистический), считавший беды, постигшие Россию в то время, карой русским за неспособность находить компромиссы.

Угнетенное состояние российских национальных меньшинств также вело к углублению общественного кризиса в России и усилению центробежных тенденций, что в конце концов привело к усилению большевиков, умело спекулирующих не только на социальных, но и на национальных проблемах.

Попытка взваливать вину за отдельные преступления на определенные этносы в целом чревата сложностями и опасностью бесконечных взаимных обвинений и обид. Если всю вину за антисемитизм взвалить целиком на немецкий, польский или, скажем, литовский народы, если утверждать, что большинство украинцев были полицаями и помогали нацистам, то в ответ можно услышать, что октябрьский переворот в России осуществили евреи, победившие в Гражданской войне с помощью русских рабочих и крестьян, и что именно они, евреи, в большинстве были сотрудниками НКВД на Украине... Но все это - утверждения, в которых есть лишь доля правды. Среди жестоких палачей были представители многих национальностей. До подлинной правды нужно докапываться путем объективных, тщательных исследований. Среди всех народов есть негодяи и порядочные люди, есть фанатики и безразличные. Но при определенных условиях негодяи, к сожалению, побеждают - хотя и всего лишь на время.

Непросто, например, определить вину немцев в преступлениях нацизма. Демократическая Германия признала вину немцев, и ее руководители попросили прощения у других народов. Однако если виноват весь народ, то значит и те из немцев, кто был в рядах Сопротивления, и даже их дети? Виноваты ли так называемые российские немцы, подвергшиеся преследованиям не только со стороны властей СССР, но и со стороны населения? И сколько поколений несут общенациональную вину (если она существует) - вину своих предков? Может быть, четыре - как утверждает Библия? Но ведь, по логике гуманности, дети не должны отвечать за вину своих родителей. Многим молодым немцам уже надоели разговоры о немецкой вине, и они утверждают, что ничего общего с гитлеровским режимом не имеют, так как родились через много лет после окончания Второй мировой войны и являются убежденными демократами. Немцы все больше говорят о том, что и Советская армия натворила много непотребств в Восточной Пруссии и других восточных регионах Германии.

И действительно - несут ли ответственность нынешние узбеки за злодеяния кровожадного Тимура в средние века или нынешние монголы и татары - за разрушение Киева? Когда народ может с полным правом сказать - мы не несем за прошлое никакой вины, мы - другие?

В общем же нацизм и большевизм-сталинизм (как и другие формы фашизма), которые принесли неисчислимые бедствия многим народам, должны быть не только однозначно осуждены и постоянно осуждаемы в будущем. Причины их возникновения, методы действий и долговременные последствия должны быть тщательно проанализированы - для того, чтобы не допускать появления и усиления новых 'благодетелей' своего народа и всего человечества (всевозможных фюреров, вождей мирового пролетариата, дуче, каудильо и пр.), одержимых идеей построения счастливого общества, даже если для этого придется перестрелять, посадить в концлагеря и надеть намордники на десятки тысяч людей.

Осуждение большевизма-сталинизма общественностью европейских (и не только европейских) демократических стран могло бы, наконец, подвести черту под трагическим периодом в новой истории многих европейских народов. Такое осуждение укрепило бы надежду жителей центрально- и восточноевропейских стран на то, что фашизм (и тоталитаризм вообще) никогда больше не вернется к ним, как и в другие европейские страны - ни в одной из его ранее апробированных разновидностях и ни в каких новых формах и одеждах.

__________________

Сергей Ковалев: От раболепия - до бунта. Без промежутков ("День", Украина)

Россия в поисках себя ("День", Украина)