Я имел привилегию беседовать в прошлый четверг 15-го числа в течение трех часов с президентом Боливарианской Республики Венесуэла Уго Чавесом, который любезно посетил нашу страну еще раз, на этот раз проездом из Никарагуа.

Редко, а может быть и никогда в жизни, я встречал человека, кто был способен более 10 лет возглавлять подлинную и глубокую Революцию, не имея ни дня отдыха, на территории менее чем в один миллион квадратных километров, в этом регионе мира, колонизированном странами Иберийского полуострова, которые на протяжении 300 лет владели землей, в 20 раз превышающей их площадь и имеющей огромные богатства, где они навязали свои верования, свой язык и свою культуру. Сегодня нельзя было бы писать историю рода человеческого на планете, игнорируя то, что произошло в этом полушарии.

Боливар, со своей стороны, боролся не только за Венесуэлу. Воды и земли были тогда чище; виды - разнообразны и многочисленны; энергия, содержащаяся в ее газе и нефти, была неизвестна. Двести лет назад, когда началась борьба за независимость Венесуэлы, он вел ее не только за независимость этой страны, но и за независимость всех еще колонизированных народов континента.
Боливар мечтал создать самую большую Республику, какая когда-либо существовала и столица которой находилась бы на Панамском перешейке.

В своем непревзойденном величии Освободитель с подлинной революционной гениальностью был способен предсказать, что Соединенные Штаты – первоначально ограниченные территорией 13 английских колоний, – казалось, предназначены для того, чтобы нести Америке беды во имя свободы.
Фактором, способствовавшим борьбе Латинской Америки за независимость, было вторжение в Испанию Наполеона, он со своими непомерными амбициями содействовал созданию условий, благоприятных для начала сражений за независимость нашего континента. История человечества извилиста и полна противоречий и становится все более сложной и трудной.

Наша страна говорит с моральным правом маленькой нации, которая на протяжении более полувека сопротивлялась жестоким репрессиям со стороны этой империи, предвиденной Боливаром, самой могущественной из всех когда-либо существовавших. Безмерное лицемерие ее политики и ее презрение к остальным народам привели к созданию очень серьезных и опасных ситуаций. В числе других дел она ежедневно доказывает свою трусость и цинизм, превращенные в обычную практику международной политики, поскольку огромное большинство честных людей на земле не имеет какой бы то ни было возможности ни выражать свои мнения, ни получать достоверную информацию.

Принципиальная и честная политика, с какой Кубинская революция всегда сообщала о своих успехах и ошибках – и в особенности определенные нормы поведения, никогда не нарушавшиеся на протяжении более 50 лет, такие как никогда не подвергать пыткам ни единого гражданина, – не знает исключений. Равным образом, она никогда не поддавалась и не поддастся шантажу и медийному террору. Это более чем доказанные исторические факты. Речь идет о вопросе, который можно было бы широко аргументировать; сегодня мы просто указываем на это, чтобы объяснить причину нашей дружбы и нашего восхищения боливарианским президентом Уго Чавесом – на эту тему я мог бы много чего сказать. В этом случае достаточно назвать несколько элементов, чтобы объяснить, почему я утверждал, что беседовать с ним несколько часов – это привилегия.

Когда 26 июля 1953 года произошел штурм казармы «Монкада», он еще не родился. Ему было меньше пяти лет, когда Первого января 1959 года победила Революция. Я познакомился с ним через 35 лет, в 1994 году, когда ему уже исполнилось 40 лет. С тех пор я мог наблюдать за его революционным развитием в течение почти 16 лет. Он наделен исключительным талантом, это ненасытный читатель, и я могу засвидетельствовать его способность развивать и углублять революционные идеи. Как для всякого человека, решающую роль в продвижении его идей сыграли случай и обстоятельства.

Примечательна его способность помнить любое понятие и повторять его с невероятной точностью много времени спустя. Это настоящий мастер развития и распространения революционных идей. Он владеет ими и искусством передавать их с удивительным красноречием. Он абсолютно честен и восприимчив в отношении людей, исключительно великодушен по природе. Он не нуждается в похвалах и, напротив, привык щедро их расточать. Когда я не согласен с какой-либо из его точек зрения или каким-то его решением, я просто говорю ему это искренне, в подходящий момент и с должным уважением к нашей дружбе. Делая это, я прежде всего учитываю, что сегодня это человек, более всего беспокоящий империю в силу его способности влиять на массы и вследствие огромных природных богатств страны, которую безжалостно грабили, и человек, на которого старательно обрушивают удары и пытаются подорвать его авторитет. Как империя, так и наемники на ее службе, отравленные ложью и консьюмеризмом, снова рискуют недооценить его и его героический народ, но у меня нет ни малейших сомнений, что они опять получат незабываемый урок. Более полувека борьбы указывают мне на это со всей ясностью.

Чавес несет диалектику в самом себе. Никогда, ни в одну эпоху, ни одно правительство не сделало столько для своего народа за такое короткое время. Мне особенно приятно передать его народу теплые поздравления в момент празднования 200-й годовщины начала борьбы за независимость Венесуэлы и Латинской Америки. По воле случая 19 апреля отмечается также победа Революции над империализмом на Плая-Хирон ровно 49 лет назад. Мы хотим разделить эту победу с родиной Боливара.

Мне также приятно приветствовать всех братьев по АЛБА.