Последнее время Уго Чавес очень занят. Совершая очередное мировое турне, венесуэльский лидер собирает бесплатные воздушные мили, делая остановки у своих антиамериканских друзей по всему земному шару. Последней остановкой в его 10-дневном турне по Европе и Ближнему Востоку стал Иран, где его тепло встретил Махмуд Ахмадинжад, поприветствовавший своего «прогрессивного и братского» союзника против «агрессивных держав». Два лидера с энтузиазмом собрались обсудить вопросы энергетического сотрудничества, и это логично: и Венесуэла, и Иран являются экспортерами нефти. Но теперь у них есть и новая тема для обсуждений: Венесуэла присоединилась к Ирану в стремлении получить ядерный потенциал для «мирных» целей. И у них есть мощная поддержка: Россия пообещала построить в Венесуэле ядерный реактор.

Россия протянула эту руку Чавесу, прекрасно понимая, что Соединенные Штаты отнесутся к подобному развитию событий с беспокойством. «Только что подписано соглашение по сотрудничеству в атомной сфере. Я уж не знаю, кто от этого вздрогнет, [Чавес] сказал, что будут государства, у которых это вызовет разные эмоции», - заявил журналистам российский президент Дмитрий Медведев. Он также подчеркнул, что это проект будет невоенным и полностью мирным, и никоим образом не должен беспокоить соседей Венесуэлы в Западном полушарии. Конечно, это те же оправдания, что позволили Ирану энергично продолжать свою ядерную программу, одновременно угрожая уничтожением Израилю. Чавес явно внимательно изучил советы Ахмадинежада, и прекрасно знает, что никто не помешает ему построить ядерную отрасль, если он так решит.

Это объявление не стало полнейшим сюрпризом. Венесуэла и Россия впервые объявили о своем намерении сотрудничать в военной сфере в 2008 году, вскоре после успешной российской войны против союзника Вашингтона Грузии. Россия была разъярена решительной дипломатической поддержкой, оказанной Западом Грузии, и ответила на это рядом шагов, призванных спровоцировать Вашингтон. Она отправила военные корабли в Карибское море, а те сделали остановку в Венесуэле, где устроили совместные военно-морские учения с венесуэльским флотом. Затем Москва объявила о своем намерении помочь Венесуэле с ее ядерными амбициями. Это последнее объявление является конечным результатом достигнутого ранее соглашения.

Сложно дать оценку военным последствиям этого объявления. Очевидно, что оба правительства не стали сообщать каких-либо подробностей о предполагаемой электростанции, а так как она еще не построена, никакое западное разведывательное управление не может прощупать ее секреты. Известно лишь, что план предполагает строительство одной электростанции с тремя отдельными реакторами внутри. Два реактора будут использоваться для производства электричества, а третий будет небольшим исследовательским реактором.

Самый маленький реактор нас особо не беспокоит – он будет использоваться для генерирования частиц и изотопов для научных исследований. Подобные реакторы также могут быть использованы для производства сравнительно радиоактивных частиц, необходимых для многих медицинских диагнозов и лечения рака, на которые в мире существует большой спрос. (Недавнее закрытие схожего реактора в Канаде, где проводилось важное техобслуживание, привело к перебоям с медицинскими сканограммами и курсами лечения рака по всему миру, вот насколько тонко уравновешены спрос и предложение на подобные продукты.) Если Россия хочет построить такой реактор на другом конце земного шара, пусть себе строят. Это будет полезно.

Однако, природа и предназначение двух других реакторов остаются под вопросом. По информации газеты New York Times, это будут реакторы, охлаждаемые водой под давлением, и каждый из них будет генерировать 1200 мегаватт электричество – чего примерно достаточно для обеспечения электроэнергией двух миллионов домов. Реакторы, охлаждаемые водой под давлением, бывают многих видов, но не делаются намеренно с целью производства топлива для ядерного оружия. Они могут производить необходимое топливо, но гораздо менее эффективно, чем большие комплексы, специально предназначенные для превращения ядерного топлива в плутоний.

Ядерное оружие также может быть создано из обогащенного урана, но это требует совсем другой инфраструктуры, построенной вокруг тысяч и тысяч промышленных центрифуг. Не существует никаких доказательств или даже намеков на то, что Венесуэла стремится обогатить уран; Иран, с другой стороны, именно это и делает. Обогащенный уран несколько проще в производстве, чем плутоний, который требует целой дополнительной стадии производственного процесса, но плутоний лучше подходит для производства оружия, так как имеет большую силу взрыва на меньший объем материала. Соотношение цена-качество является решающим соображением в производстве ядерного оружия, которое достаточно мало, чтобы перевозить их на ракетах или самолетах.

Таким образом, основываясь на имеющейся на данный момент информации, маловероятно, что Венесуэла стремится разработать свой собственный ядерный арсенал, используя свою ядерную программу. Остается ответить на вопрос – зачем стране с обильными запасами нефти и газа ядерная энергетика? Какие преимущества видит в этом сотрудничестве Россия, помимо простых экономических выгод для своей собственной атомной промышленности? Вероятно, что наиболее важно для обеих стран, так это то, что оно позволяет им проверить Соединенные Штаты, сделать шаги, которые, как они знают, придутся не по нраву Вашингтону и сделать это открыто и на виду у всего мира, демонстрируя, таким образом, другим антизападным режимам, что Америка не может навести порядок даже на своем собственном заднем дворе.

Нет сомнений, что Чавес также видит внутренние политические выгоды строительства в стране большой атомной электростанции. Она станет витриной технологического прогресса Венесуэлы, предоставит высокотехнологичные рабочие места для граждан страны и, производя электричество без использования ископаемого топлива, позволит Венесуэле выгодно экспортировать больше нефти на мировые рынки. В качестве престижного проекта АЭС станет мощным символом для режима Чавеса, и от него, несомненно, можно ожидать, что он превратит ее в инструмент пропаганды против Америки, указывая на электростанцию как на символ его тесных связей с растущей российской державой и признак неспособности Америки вмешиваться в дела Венесуэлы. Тот факт, что экономика Венесуэлы лежит в руинах, а общественные структуры страны испортились, - это лишь небольшое неудобство, которое Чавес с удовольствием игнорирует. Его будущие ядерные реакторы и современные вооружения, которые тоже поставит Россия, более сильны в роли символов, чем в роли реальных инструментов.

Ядерные реакторы Венесуэлы вряд ли приведут к мировой катастрофе (хотя и нужно тщательно следить, чтобы гарантировать, что они не попытаются помочь другим государствам с ядерными амбициями, особенно учитывая явно тесные отношения с Ираном). Но в качестве символа желания Чавеса проводить большие символические проекты в то время, как его граждане страдают, эти реакторы почти наверняка окажутся катастрофой для венесуэльского народа. Венесуэльцам нужны рабочие места, экономическая свобода и демократия. Вместо этого они получат пропаганду, русское оружие и атомную энергетику для страны, богатой природным газом и нефтью. А Америка, как всегда, получит обвинения.

Мэтт Герни – редактор национальной канадской газеты National Post. Он пишет и выступает на военные и геополитические темы.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.