«Полное собрание рассказов» Толстого состоит из трех томов. Эти произведения в очередной раз свидетельствуют о гении писателя, который критиками своего времени ставился выше Достоевского.

«Толстой — величайший русский прозаик». Автором этой похвалы является Владимир Набоков (1899-1977), еще один великий русский прозаик. В своих лекциях по русской литературе, которые Набоков читал в американских университетах, большое внимание уделялось литературным трудам Льва Николаевича Толстого, таинственного графа усадьбы Ясная Поляна. Набоков, дворянин, бежавший от большевиков-революционеров, обрел в произведениях графа образ утраченной родины. Толстой предлагает нам побродить по аристократическим салонам и окунуться в мир природы вместе с русскими крестьянами, мужиками. Во время этой прогулки, направляемый рукой мастера, читатель даже не осознает, когда именно ему начали приходить мысли о величии и хрупкости жизни. Теперь страницы этого мира открыты и бразильскому читателю. Издание «Полного собрания рассказов» (COSAC Naify, 2080 страниц, 139 реалов) объединяет в трех томах произведения автора, созданные в период с 1850-х годов до начала ХХ века.

Насыщенный язык и подробные описания Толстого доставляли Набокову удовольствие, какого он не мог найти в трудах другого русского писателя, очень популярного сегодня: Федора Достоевского (1821-1881). Набоков сравнивает литературные приемы, к которым прибегает Достоевский, с «ударами дубинкой», тогда как у Толстого это «легкие касания перстами художника». Толстой и Достоевский никогда не встречались. Голос графа сливался с хором критиков, считавших Достоевского автором наспех законченных романов и обладателем грубого стиля.

В произведениях Толстого, в таких романах, как «Анна Каренина» и «Война и мир», нам являются личности цельные, мощные, противостоящие собственной судьбе. У Достоевского в «Преступлении и наказании» и «Братьях Карамазовых» перед нами проходит парад проституток, мечтателей и убийц, терзаемых чувством вины. Что тут говорить — у самого автора были проблемы с азартными играми и выпивкой. В молодости он примкнул к социалистам и провел несколько лет в тюрьме. 20 век стал для него искуплением. Достоевский был объявлен пророком, предупреждавшим об опасностях влияния на русскую душу материалистической философии. «Он предвидел трагедии ХХ века, среди них — возникновение терроризма, являющегося темой его «Бесов», — говорит Елена Васина, преподаватель кафедры восточных языков в университете Сан-Паулу. Достоевский, в отличие от Толстого, писал в страшной спешке, срочно нуждаясь в деньгах за публикации, чтобы погасить долги. У него найдется не много описаний героев и пейзажей. Набоков объяснял своим студентам, что персонажи Достоевского остаются теми же самыми до конца. «Мы получаем их целиком в начале повествования», — утверждал Набоков. Граф Толстой, у которого времени было предостаточно, посвящает добрую часть повествования эволюции своих героев. Именно он усовершенствовал технику, которую русские формалисты назвали «приемом отстранения»: заставить читателя почувствовать, будто он наблюдает что-то впервые.

В коротких рассказах мы также находим разительные контрасты между двумя гигантами. Достоевский использовал выведенные в небольших рассказах характеры, чтобы представить темы, которые впоследствии будут разработаны в его романах. Толстой в рассказах и романах преследовал разные цели. «Рассказ являлся для Толстого инструментом, который всегда был под рукой для постановки новых задач и эстетических экспериментов», — считает переводчик Рубенс Фигейредо (Rubens Figueiredo).

Рассказ восходит к древним устным повествованиям крестьян, жившим в соответствии с теми ценностями, которые так превозносил Толстой. Превращая их в героев своих рассказов, автор поставил бы под сомнение предполагаемое превосходство социальной модели, позаимствованной Россией у Европы. «Во всех произведениях Толстого мы наблюдаем три ключевые оппозиции: рабство и свобода, война и мир, природа и цивилизация, — говорит Соня Бранку (Sonia Branco), преподаватель русской литературы в Федеральном университете Рио-де-Жанейро. — Он погружается в душу простого человека, чтобы понять душу человеческую». Достоевский тоже погружался в самые глубины, но через конфликты городского человека со спорными идеями, в то время тревожившими российские умы.

Наше счастье, что мы можем проникнуть в эти тайники человеческой души двумя путями — столь различными и столь богатыми. В итоге Толстой пришел к выводу, что эти погружения изолируют его от человечества. «Наше ремесло ужасно. Писательство развращает душу», — утверждал он. Уже пожилым человеком, Толстой решает отойти от литературы. К счастью для нас, время от времени он уступал искушению, погружался в творческое уединение и создавал шедевры.