Монреаль – Азербайджан и Туркмения, эти два относительно небольших по меркам геополитики государства, демонстрируют дальновидность и политическое умение, которое поможет им (а не жадным до топлива Соединенным Штатам, Европейскому Союзу и Китаю) занять место на капитанском мостике на следующем этапе развития геополитической экономики центральной Евразии в сфере энергетики.

Что самое важное, Азербайджан должен будет в ближайшие месяцы сделать свой выбор (а не принять навязанное ему решение) между поддержанным ЕС проектом Nabucco и российским трубопроводным проектом “Южный поток», которые предусматривают крупные экспортные поставки газа в Европу.

В конце прошлого года я писал, что после исчезновения Советского Союза в сфере евразийского энергетического развития можно выделить три этапа. 1993-1998 годы ушли главным образом на появление и продвижение новых предложений о разведке и разработке энергосырьевых месторождений. 1999-2004 годы были периодом умирания одних идей и утверждения других. В 2005-2010 годах те идеи, что не умерли (или впали в длительную спячку), возродились и начали действовать. (См. A delicate dance of power, Asia Times Online, 24 декабря 2009 г.) (В переводе ИноСМИ - «Сложные эволюции в раскладе сил», http://www.inosmi.ru/middle_asia/20091228/157263456.html - прим. перев.)

Чтобы дать этим этапам описание на простом языке, я назвал их этапами «закипания», «успокоения» и «глубокого течения». Я также указал, что эти три этапа являются составляющими более крупной метафазы «закипания» в развитии геоэкономики Евразии в сфере энергетики, которое продлится до 2040-х годов.

За метафазой «закипания» последуют новые метафазы «успокоения» и «глубокого течения», которые продлятся предположительно по 18 лет. Каждая из этих метафаз будет, в свою очередь, состоять из трех этапов в той же последовательности. Если это так, то сегодня мы находимся на этапе перехода от метафазы «закипания» к метафазе «успокоения», или, если говорить точнее, от «этапа глубокого течения метафазы закипания» к «этапу закипания метафазы успокоения». Что все это значит конкретно?

Как я отмечал в прошлом году, базисный треугольник геоэкономики в центральной Евразии состоит из двусторонних отношений Россия-Казахстан, Россия-Туркмения и Казахстан- Туркмения. На всем протяжении закончившейся метафазы «закипания» США, ЕС и Китай расширяли свое влияние в зоне энергетических провинций Центральной Европы, а если говорить конкретно, то в бассейне Каспийского моря.

В научной теории комплексных систем, откуда взята данная схема, вторая фаза представляет собой постановку самостоятельных целей и задач государственными участниками этого процесса, которые начали играть центральную роль в совокупности геоэкономических отношений в области энергетики на просторах центральной Евразии.

В первую очередь такими участниками являются Азербайджан и Туркмения. Если ранее они были субъектами энергетической геоэкономики, то теперь становятся ее объектами. Это значит, что они обретают способность ставить свои собственные цели вместо того, чтобы эти цели ставили за них другие; и что у них появляются средства и способы для достижения этих целей (для этого процесса существует свой термин – «аутопоэз»).

Для двух этих стран главное заключается в том, чтобы взять под свой контроль средства освоения собственных природных ресурсов и использовать власть и силу, полученную за счет таких ресурсов, для укрепления самостоятельности в принятии решений о маршрутах экспорта и конечных потребителях. Эти тенденции сегодня еще больше вышли на передний план по сравнению с  концом 2009 года, когда я впервые выделил их. Мы можем ожидать их дальнейшего усиления в 2011 году и далее.

Азербайджан осуществил диверсификацию своих потенциальных импортеров, продолжая продавать энергоресурсы России и Турции, и одновременно изучая новые возможности по поставкам природного газа в Болгарию и Румынию. Он также продолжает торговать в небольших объемах с Ираном.

Решение в пользу Nabucco или “Южного потока» Баку примет окончательно в первой половине 2011 года, возможно, к концу первого квартала. В настоящее время  мозаика складывается удачнее в проекте Nabucco, нежели в «Южном потоке».

В то же время, Туркмения предприняла решительные шаги по освобождению от российской удавки, при помощи  которой Москва до последнего времени душила газовый экспорт этой страны. Для Туркмении это был год важных решений, и у нее накопился солидный перечень достижений на пути к этой цели: это строительство экспортного трубопровода, по которому уже сейчас поставляется 10 миллиардов кубометров газа в год в Китай с перспективой выхода на отметку в 30 миллиардов; это небольшое увеличение экспорта в Иран; отказ от Прикаспийского газопровода, предназначенного для экспорта топлива в Россию, а также вполне реальная и рассчитанная на долгий срок возможность экспорта энергоресурсов  в Европу через Азербайджан по дну либо через Каспийское море. Кульминацией стало подписание в декабре четырехстороннего рамочного соглашения о строительстве трубопровода Туркмения- Афганистан- Пакистан- Индия (ТАПИ), который давно уже существует в чертежах.

Может показаться странным, что такие довольно небольшие государства, как Азербайджан и Туркмения, берут под свой контроль очередную фазу развития энергетической геоэкономики в центральной Евразии.

Однако это вполне соответствует природе комплексных систем. Их поведение и закономерности нельзя описать и спрогнозировать, изучив лишь составляющие таких систем. (Канонический пример некомплексной системы это автомобильный завод: глядя на то, что туда поступает, и что происходит внутри, можно предсказать, что выйдет оттуда. Но с комплексными системами все иначе. Примером может служить биологическая клетка, человек или региональная геоэкономическая система.)

В будущем году и в первой половине приходящего десятилетия мы станем свидетелями новых событий такого рода. Нельзя исключать, что даже Узбекистан обретет определенную геоэкономическую значимость в области энергетики за пределами своего региона. Это одна из крупнейших в этом регионе газодобывающих стран; но значительная часть добываемого в Узбекистане газа там же и потребляется. Остальной газ уходит на юг Казахстана и в Киргизию, но за пределы Центральной Азии Ташкент не экспортирует почти ничего.

Туркмения это одна из вершин упомянутого выше базисного треугольника. Остальные две вершины также будут играть важную роль в определении направлений будущих потоков в пределах энергетической системы геоэкономики центральной Евразии. Но они действуют в иных масштабах и имеют иную значимость, а именно масштаб обладает здесь определяющим значением. Вот почему, если сосредоточить внимание на более крупных державах, таких как США, ЕС или Китай, важное и самостоятельное значение такой небольшой страны как Азербайджан может легко исчезнуть из виду.

Доктор наук Роберт Катлер - выпускник Массачусетского технологического института и университета штата Мичиган. Он вел научно-исследовательскую работу и преподавал в университетах США, Канады, Франции, Швейцарии и России. В настоящее время он является старшим научным сотрудником Института европейских, российских и евразийских исследований (Institute of European, Russian and Eurasian Studies) Карлтонского университета в Канаде, а в частном порядке ведет консультативную работу по целому ряду направлений.