Казахстан ощущает себя в стесненном положении в Таможенном союзе «Россия-Белоруссия-Казахстан» ввиду постоянных попыток Кремля политизировать структуру, которая изначально создавалась для укрепления торговых отношений и обеспечения свободного передвижения граждан, товаров и капитала внутри Таможенного Союза. Недавно глава Российской санитарно-эпидемиологической службы Григорий Онищенко призвал Казахстан запретить импорт вина и безалкогольных напитков из Грузии. Неуклюже обосновывая свое заявление, Онищенко сказал, что грузинские вина не соответствуют стандартам качества, и что запрет необходим для обеспечения надлежащего функционирования Таможенного Союза.

Заявление Онищенко вызвало недовольство, как в Казахстане, так и в Грузии. Министерство экономического развития и торговли Казахстана заявило, что этот вопрос должен быть обсужден исключительно через многосторонние переговоры. Большинство казахстанских экспертов считают, что за всем этим стоит политика.

Грузинские СМИ цитировали слова директора Ассоциации виноторговцев «КазАлко» Амиржана Калиева, который сказал информационному агентству TengriNews, что данный запрет противоречит экономическим интересам Казахстана, а импорт грузинских вин и минеральной воды не является нарушением правил Таможенного Союза. Более того, Казахстан не намерен реэкспортировать грузинские алкогольные напитки третьим странам.

Интересен тот факт, что некоторые российские источники поспешили предположить, что слова Онищенко были, к сожалению, неверно истолкованы казахстанскими СМИ. Однако эти «сожаления и извинения» появились в тот момент, когда сама Россия намерена постепенно снять запрет на ввоз грузинской минеральной воды на российские рынки.

Доходы от торговли вином формируют значительную часть экономики Казахстана. В последние годы страна с умеренными аппетитами к алкогольным напиткам быстро перешла от употребления более сильных алкогольных напитков к менее сильным алкогольным напиткам, импортируемым из Грузии, которая является вторым крупнейшим поставщиком вина в Казахстан после Украины. По данным Налогового комитета Министерства финансов Казахстана, в 2010 году в национальный бюджет поступило 12 миллиардов тенге (82,34 миллионов долларов США) в виде акцизного налога от торговли вином. Уже в первом квартале 2011 года эта цифра составила 3,31 миллиарда тенге (22.71 миллиона долларов США). По сравнению с аналогичным прошлогодним периодом, объем торговли достиг 180,3%.

Имея традиционно слабую винодельческую промышленность, Казахстан приветствует иностранные инвестиции для расширения прибыльного винного бизнеса. С 1997 года транснациональный холдинг Efes Beverages Group и Swedish Baltic Beverages Holding совместно с Carlsberg Breweries A/S и Scottish Newcastle господствовали на рынке пива в Казахстане. Успешные «набеги» западных компаний на винные рынки в Казахстане беспокоят российских производителей вина.

Однако попытка Кремля заставить Казахстан ввести запрет на импорт грузинского вина имеет большой политический подтекст. Россия запретила ввоз алкогольных и безалкогольных напитков из Грузии в 2008 году после августовской войны с Грузией. До военного конфликта между Тбилиси и Москвой Казахстан являлся одним из крупнейших инвесторов в грузинской экономике. Национальная энергетическая компания Казахстана «КазМунайГаз» взяла под свой контроль систему газораспределения в Тбилиси и создала совместное предприятие «Казтрансгаз-Тбилиси» со своими грузинскими партнерами. В феврале 2008 года компания по транспортировке нефти «КазТрансОйл» взяла на себя управление грузинским портом Батуми. Такие крупнейшие банки Казахстана, как банк БТА и «Халык Банк», открыли свои филиалы в Грузии.

Как сообщают грузинские источники, объем двусторонней торговли с Казахстаном в 2010 году составил 139,6 миллионов долларов США - почти в три раза больше, чем в 2009 году. Однако многие из ранее планируемых проектов, особенно строительство казахской стороной зернового терминала на грузинском побережье Черного моря были приостановлены из-за августовской войны. Это и выявило хрупкость двусторонних отношений, которые в значительной степени поколебала политическая прихоть Москвы. Вследствие этого «КазМунайГаз» отказался строить нефтеочистительный завод в Батуми, сославшись на технические проблемы.

Очевидно, что Казахстан, уступая давлению со стороны Кремля, в то же время осознает, к каким экономическим последствиям приведет потеря экономически выгодных и политически важных позиций в Грузии. Эта двойная игра делает позицию Казахстана непредсказуемой и неопределенной для Грузии. В мае 2010 года государственный секретарь и министр иностранных дел Казахстана Канат Саудабаев провел переговоры со своим грузинским коллегой Григолом Вашадзе и заверил его в том, что Астана будет соблюдать предыдущие соглашения по инвестиционным проектам, в том числе соглашение по строительству зернового терминала. Аналитик из московского Института международных отношений Леонид Гусев считает, что Казахстан может извлечь пользу из сотрудничества с Грузией в политическом и экономическом аспекте, в частности, если он решит присоединиться к проекту расширения железнодорожной линии «Баку-Тбилиси-Карс», которая будет соединять Европу и Азию.

Однако воскрешающиеся имперские амбиции России на территории СНГ, скорее всего, станут препятствием для сотрудничества Казахстана с Грузией. Явным сигналом этого стала недавняя сессия интеграционного комитета Евразийского экономического сообщества, на которой обсуждался вопрос о возможном принятии в Таможенный союз Украины и Киргизии. Стремясь войти в Таможенный Союз, каждая из этих стран преследует собственные интересы. Экономически слабая Киргизия видит в Таможенном союзе последний шанс, тогда как Украина надеется заполучить дешевый российский газ. Но обе страны рискуют стать инструментом в руках Кремля, который стремится к региональной изоляции Грузии.

Перевод: Zpress.kg