Исследователи и политики предлагают массу объяснений по поводу того, что стало стимулом для «арабской весны». Тунисский уличный торговец Мохаммед Буазизи, поджегший себя в декабре прошлого года в знак протеста против унижений от коррумпированных властей, стал той искрой, которая разожгла протесты в регионе. Но самоотверженный поступок Буазизи был лишь верхушкой айсберга. Стремление к демократическим переменам глубоко укоренилось в арабском мире, который дольше всех остальных сопротивлялся волнам демократизации, захлестнувшим нашу планету после окончания Второй мировой войны.

Сомнительно, что массы, собравшиеся на улицах Туниса и Каира, имели хотя бы отдаленное представление о бурных событиях в центральноазиатской стране Киргизии в апреле прошлого года. Но Киргизия во многом стала эталоном тех революционных перемен, которые сегодня будоражат Ближний Восток. Самовластный и коррумпированный руководитель Киргизии Курманбек Бакиев был вынужден уйти в отставку из-за мощных уличных протестов (которые, в отличие от  Туниса и Египта, вылились в насилие). Место прежнего режима быстро заняло переходное правительство, которое спустя три месяца провело референдум по конституции, а в ноябре 2010 года успешно организовало парламентские выборы. Переходный период в стране был далеко не гладким (о чем свидетельствуют страшные межэтнические столкновения, сотрясшие в июне 2010 года города Ош и Джалал-Абад), но Киргизия довольно уверенно превращается в первую в Центральной Азии парламентскую демократию. А ведь этот регион по неприятию демократии уступает только Ближнему Востоку.

Если Киргизия может послужить образцом для арабских стран, переживающих невиданные перемены, то американская политика в отношении этого государства преподносит нам важные уроки на будущее. Самый важный урок заключается в  том, что Соединенные Штаты должны относиться к другим странам не как к средству для достижения собственных политических целей, а как к объектам политики, которые ценны сами по себе. По мнению американских политических руководителей, Киргизия важна по той причине, что там размещается военная база, имеющая большое значение для американских военных действий в Афганистане. Транзитный центр Манас, расположенный в аэропорту киргизской столицы Бишкека, давно уже является важной перевалочной базой для войск и предметов снабжения, направляемых на афганский театр войны. Но вместо того, чтобы  гордиться тем, что Манас стал уникальным вкладом страны в стабилизацию обстановки в Афганистане, большинство киргизов смотрят на него с подозрением. Транзитный центр Манас это самый важный фактор формирования антиамериканских настроений в стране.

По этой причине Соединенные Штаты  разрешали беспринципным киргизским лидерам манипулировать собой. А эти лидеры пользовались базой как рычагом влияния в своих отношениях с мировой сверхдержавой. В начале 2009 год Бакиев объявил, что выгонит американцев из Манаса. На таком резком изменении киргизской политики отпечатки пальцев Москвы видны были повсюду, поскольку свое заявление Бакиев сделал спустя буквально несколько дней после получения многомиллиардного комплексного займа от русских. В итоге Соединенные Штаты  утроили арендную плату киргизскому правительству, по сути дела, за взятку вернув благорасположение Бишкека. (До сих пор неизвестно, какая часть из этих денег попала в государственную казну, а какая – на банковские счета Бакиева.) Поведение Бакиева и его столь же продажного предшественника Аскара Акаева (который также грозил закрытием Манаса, чтобы извлекать выгоды из США) не очень-то отличалось от вымогательской риторики египетского президента Хосни Мубарака и тунисского лидера Бен Али в адрес Запада. Ведь оба они в своей якобы антиисламской добропорядочности исходили из принципа «после меня хоть потоп».

Поэтому американских политических деятелей не должно удивлять то обстоятельство, что свергнув Бакиева исключительно собственными силами, новые лидеры Киргизии не очень благожелательно смотрят на мольбы Вашингтона. «Вы пришли, чтобы помочь нам строить демократию, - заявила в прошлом году Washington Post бывший лидер оппозиции Роза Отунбаева, которая сегодня является  киргизским президентом. – И вдруг в один прекрасный день вы замолчали, лишь бы сохранить свою базу». Появившиеся после Бакиева государственные руководители в своих публичных заявлениях по-разному оценивают ту роль, которую Америка должна играть в их стране (отношение в целом разнится от неопределенного до откровенно враждебного). Но население на местах почти единодушно в своем подозрительном отношении к намерениям американцев. И кто сможет осудить киргизов за то, что они так думают?

Если бы американские политики смотрели на Киргизию как на самоцель, а не как на средство достижения каких-то иных политических целей, как на страну с пятимиллионным населением, а не просто с правящей кликой, то мы бы не оказались в том затруднительном положении, в котором находимся сегодня. Слава богу, война в Афганистане постепенно сворачивается, и Манас будет играть менее существенную роль в американо-киргизских отношениях, а память о соучастии Америки в злоупотреблениях бакиевской эпохи, как мы надеемся, постепенно сойдет на нет. Но поскольку «арабская весна» укрепляется и достигает зрелости, Соединенным Штатам надо готовиться к тому, что египтяне и тунисцы не проявят к ним особой благодарности.

Джеймс Керчик работает в Праге внештатным автором «Радио Свободная Европа / Радио Свобода», а также пишет для New Republic.