Бишкек - Совсем не просто сидеть на голубой деревянной скамейке в парке. Некоторых досок просто нет, другие сломаны, но, тем не менее, Динара Суймалиева чувствует себя прекрасно. На ней джинсы и тонкий свитер, на траве шелестят опавшие листья, пригревает солнце – тихое осеннее утро в Бишкеке. Утром у Суймалиевой еще есть немного свободного времени, а по вечерам она загружена по полной программе. Она встречается с кандидатами в президенты. Например, с Алмазбеком Атамбаевым, нынешним премьером, которого считают наиболее вероятным победителем на выборах. А также с Кубатбеком Байболовым или с Камчибеком Ташиевым и Адаханом Мадумаровым, представляющими юг раздираемой на части страны.

Эта телеведущая с короткой стрижкой обсуждает разные проблемы на полугосударственном телеканале ОТРК с теми людьми, которые в воскресенье будут пытаться одержать победу на выборах в Киргизии. И таких набралось немало – всего 23 кандидата. Никогда еще на стенах домов и на плакатах, развешанных на улицах Бишкека, не было так много портретов. Киргизия прямо-таки задыхается от плюрализма. В программе Суймалиевой участвуют каждый раз по три человека, которых определяет жребий. На этот раз все должно быть справедливо, прозрачно и демократично. Киргизия хочет, чтобы не было никаких нареканий.

Суймалиева посматривает на часы, на которых видно время, отведенное каждому из политиков. Она задает острые вопросы, загоняет в угол кандидата Мадумарова и спрашивает недоверчиво о его связях с лагерем бывшего правителя Курманбека Баекиева, представители которого разожгли конфликт между киргизами и узбеками на юге и чуть было не ввергли эту центрально-азиатскую страну в гражданскую войну. Суймалиева уже привыкла к критике, но еще помнит то время, когда это было опасно, и страх на протяжении долгого времени висел в воздухе. «В годы правления Бакиева оппозиция была подавлена, а средства массовой информации лишены свободы слова, - отмечает телеведущая. – Никогда еще режим в стране не был таким авторитарным, как при его правлении. Но после его свержения ситуация радикально изменилась. Парламент стал сильнее, а власть президента была ограничена». Суймалиева считает, что у единовластного правителя в Киргизии в долгосрочной перспективе нет никаких шансов. «У нас никогда не было короля или всевластного хана – только большие, влиятельные семьи», - добавляет она.

 

Еще по теме: Только ли судьба демократии решается в Киргизии?

 

Новая сбалансированная конституция, избираемый парламент и относительно свободные выборы еще не являются гарантией стабильности. В прошлом году в этнических конфликтах на юге страны были убиты почти 2000 человек. Но неожиданным образом ситуация после этого стала намного спокойней. Это становится особенно заметным,  если посмотреть на авторитарных соседей, окружающих маленькую Киргизию. В Казахстане, Узбекистане, Таджикистане вот уже на протяжении двух десятков лет жесткой рукой правят одни и те же люди, и сюда еще следует добавить Китай. Вот в таком окружении небольшая горная страна пытается создать демократическую систему.

Президент переходного периода Роза Отумбаева держит свое слово. Она будет находиться в должности немногим больше года и затем в декабре организованно передаст власть победившему на выборах преемнику. У него будет меньше полномочий, чем в окружающих Киргизию авторитарных государствах, зато не будет угнетенного народа, заискивающего перед ним из чувства страха, и он не будет находиться у власти вечно, а будет избран всего на один шестилетний срок. В Киргизии проводится своего рода эксперимент – после двух революций, после протестов и большого количества пролитой крови. И пока еще никто не может сказать, что все получится.

Первой важной вехой был 2005 год, когда многолетний правитель Аскар Акаев был свергнут, и Бакиев стал его преемником. Произошедшие события назвали революцией тюльпанов, и после бархатной революции в Грузии и оранжевой революции на Украине это было еще одним крушением старого режима, сохранившегося с советских времен. Однако Бакиев разочаровал революционных романтиков. Он превратил Киргизию в страну запугивания и подавления. В апреле прошлого года он был отстранен от власти и изгнан народом. Вскоре после этого возникли протесты - лагерь Бакиева не хотел сдаваться, и в южных городах Оше и в Джалал-Абаде, где он сохранял свое влияние, обострился этнический конфликт между киргизами и узбекским меньшинством.

Оттуда он распространился на север, затронув и столицу Бишкек. Поездка на автомобиле по горной местности продолжается десять часов - на высоте около 4000 метров нужно преодолевать перевалы, разделяющие Киргизию на юг, традиционно находящийся по влиянием узбеков, и на север, где существует также довольно многочисленное русское меньшинство. Именно там и проходит линия разлома, по которой страна может расколоться. Никто из кандидатов не хочет этого допустить, включая Атамбаева. В настоящее время он является премьер-министром Киргизии, но он вынужден был оставить свой пост после того, как стал кандидатом в президенты. Атамбаев считается наиболее перспективным кандидатом, и обращает на себя внимание то обстоятельство, что он - единственный из претендентов, кто улыбается на своих плакатах. В предвыборной кампании Атамбаев использует и другой плакат. На нем можно увидеть множество стилизованных небольших фигурок людей, и эта пестрая смесь образует географические контуры страны. А в углу мелким шрифтом написано: «Все вместе мы – Киргизия».

Программа Атамбаева составлена так, что по крайней мере на севере с ней многие могут согласиться. Атамбаев хочет объединить нацию, победить коррупцию, бороться с преступностью, ликвидировать неравенство между  более богатым севером и более бедным югом. Он намерен развивать сотрудничество с Европейским Союзом, с Соединенными Штатами, военные самолеты которых, окрашенные в серый цвет, стоят рядами на бишкекском аэродроме Манас и оттуда вылетают в сторону Афганистана. Киргизия, естественно, должна также тесно сотрудничать с Россией и Китаем. Если хотите, получается сотрудничество, по сути, со всем миром. Но, несмотря на американцев, имеющих свою базу, и китайцев, бригады которых строят в стране современные дороги, Москва остается самым важным союзником Киргизии.

Незадолго до выборов Атамбаев посетил российскую столицу и встретился там с Путиным. Связи с Россией позволяют набирать очки в Киргизии. Стана стремится стать членом Таможенного союза, где доминирующее положение занимает Россия, а Азим Исабеков даже выступает за двойное гражданство, в том числе и российское. У Киргизии практически нет другого выбора. Киргизия лишена нефти и газа, то есть  тех природных ресурсов, которые вселили уверенность и сделали относительно богатыми и независимыми такие бывшие советские республики как Узбекистан, Казахстан, Туркмения и Азербайджан. Улицы даже в центре Бишкека почти не освещаются, а водяные фонтаны на оживленной площади Ала-Тоо рядом с ребристым президентским дворцом запускаются всего на несколько часов в день. Сотни тысяч киргизов вынуждены искать работу в России для того, чтобы содержать свои семьи. Бедность широко распространена, и это питательная среда для экстремистов, которые пытаются расширить свое влияние прежде всего на востоке. И это также питательная среда для создания напряженности в отношениях между киргизами и узбеками, которые, несмотря на свою численность, чувствуют себя изолированными и не представленными в важнейших властных структурах.


Еще по теме: Выборы в Киргизии: между супердержавами и внутренними разногласиями

 

Лучшие шансы привлечь на свою сторону большинство избирателей на юге имеет Адахан Мадумаров. Этого, однако, будет недостаточно для того, чтобы одержать победу на выборах. Один из лидеров националистической партии «Ата-Журт» Ташиев также понимает, что только поддержка на юге не сможет гарантировать ему победу. «Если я буду президентом, - говорит он, - я издам закон, по которому будут сурово наказываться те люди, которые считают возможным разделение народа».

Но многие, тем не менее, считают возможным, что еще до выборов националисты из старого лагеря Бакиева устроят беспорядки, и тогда небольшое количество жалоб по поводу их проведения покажутся малозначимыми и надуманными проблемами. Однако кандидаты в последнее время демонстрируют умеренность, при всей остроте предвыборной борьбы. И коалиция из  социал-демократов, экономических либералов и партии «Ата-Журт» пока сохраняется - вопреки всем негативным прогнозам. Но это зыбкое спокойствие. «Вопрос в том, будут ли правительство и будущий президент достаточно сильными для того, чтобы контролировать страну. Я считаю их слабыми», - подчеркивает Динара Ошурахунова.

Она возглавляет «Коалицию за демократию» - самую крупную гражданскую организацию в Киргизии. При президенте Бакиеве Ошурахунова выступала за расширение гражданских прав, организовывала конспиративные встречи, и это беспокоило ее мать, которая в это время занималась ее детьми. Мать угрожала вернуться назад в деревню для того, чтобы заставить дочь оставаться дома и не подвергать себя опасности, исходившей от пособников режима. «Сегодня я чувствую себя более свободной, - признается Ошурахунова. – Ни страха, ни депрессии больше нет, но демократия не делает человека сытым. Никто из кандидатов на самом деле не знает, как нужно реформировать государство».

Безработица в стране высокая; Киргизия является транзитной страной, а также потребителем наркотиков, поставляемых из Афганистана, коррупция распространена повсюду в этой стране, находящейся под влиянием кланов, не говоря уже о различиях между севером и югом. Те проблемы, которые должен будет решать новый президент, можно сравнить с высокими горами страны. Его полномочия определены новой конституцией. Но будет ли у него достаточно власти для того, чтобы  сделать демократию в Киргизии образцом для всего региона, - это совершенно другой вопрос.

«Страна готова, - смело заявляет студентка юридического факультета Шайгуль. – Но важно, чтобы мы имели свободный парламент и могли, наконец, сказать, что мы считаем президента плохим. Независимо от того, кто им станет». Но существует также немало киргизов, которым этого будет недостаточно.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.