Когда в октябре премьер-министр России Владимир Путин поставил целью создание Евразийского союза, прозванного некоторыми «СССР в облегченном варианте», наиболее подобострастные из руководителей постсоветских республик наперегонки бросились подключаться к новой инициативе.

Один же государственный деятель, как и следовало ожидать, не проронил ни слова. Президент Узбекистана Ислам Каримов всегда с пренебрежением относился к идее подобного союза, практически с того самого момента, как лидер соседнего Казахстана Нурсултан Назарбаев высказал эту идею еще в 1994 году.

А недавно Каримов, пусть и окольным путем, все же ответил Путину. Он ясно дал понять, что Узбекистан пойдет своей дорогой в гордом одиночестве. Ничего удивительного: существование правящей элиты республики зиждется на жестком контроле над экономикой, позволяющем ей наживаться на природных ресурсах страны, таких как хлопок и газ.

Выступая 7 декабря по государственному телевидению по случаю празднования Дня конституции, Ислам Каримов – находящийся в прохладных отношениях со всеми своими соседями – заявил, что не видит никакой необходимости в «интеграционных процессах». Объединения, способствующие реализации данных процессов, имеют своей целью отобрать у Узбекистана с таким трудом обретенную независимость и вернуть республику под гнет Москвы, дал понять он. Не забыл Каримов упомянуть и о царивших в СССР репрессиях, что прозвучало несколько парадоксально, учитывая холодящий кровь послужной список самого Каримова в области соблюдения прав человека.

Вот выдержка из его выступления:

«Ни для кого не секрет, что в настоящие дни предпринимаются разнообразные и все более активные попытки, направленные на то, чтобы представить в ложном свете трудности, с которыми мы сталкиваемся, упорную работу, проделанную нами на пути достижения независимости, и эти наступившие светлые дни, а также смысл и значение нашей независимости. И, прежде всего, можно наблюдать предпринимаемые на бывшем советском пространстве попытки исказить путем ложных трактовок картину в глазах молодежи, не жившей во времена старого репрессивного режима и не располагающей об этом достаточной информацией. Эти попытки призваны породить в их умах ностальгию по прошлым советским временам».

«Нетрудно заметить, что эти попытки отказываются принять распад бывшего Союза, являвшегося советской империей, как естественный и законный процесс, и понять, что причинами его явилась, прежде всего, несостоятельность политических, экономических и идеологических основ того государства».


Каримов призвал отнестись к интеграции с настороженностью и предостерег, что «такие объединения принимают все более политическую окраску. Совершенно естественно, что такое положение может оказать негативное воздействие на отношения и сотрудничество членов объединений с другими зарубежными странами». Узбекистан, по словам Каримова, «никогда не пойдет на поклон к другой стране».

«Хочу сказать, что историю нельзя повернуть вспять. Наш народ, наше молодое поколение, выросшее за последние двадцать лет, с уверенностью смотрит сейчас в будущее и никогда – я повторяю – никогда не свернет с избранного пути».

Вместо вступления – избави Всевышний – в какой-нибудь союз со своими соседями, Каримов пообещал, что страна и дальше будет идти по собственному пути, поговорил о создании в Узбекистане больших инвестиционных возможностей и даже посулил отменить ограничения на закрытых им границах. Но иностранным инвесторам, у которых только что отобрали компании или которые стараются обходить Узбекистан за версту, нужны не слова, а дела. Им хорошо известно, что Каримов – мастер раздавать обещания.