Нота МИД Узбекистана  о том, что страна приостанавливает членство в Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), стала своеобразной сенсацией. Хотя эксперты не были слишком удивлены. В декабре прошлого года перед  московским саммитом ОДКБ Александр  Лукашенко предложил генеральному секретарю Организации Николаю  Бордюже рассмотреть вопрос о дальнейшем пребывании в ней Узбекистана. Тогда белорусский лидер призвал «разобраться с рядом внутренних проблем, прежде всего связанных с позицией Узбекистана по некоторым вопросам - от этого уже никуда не денешься, об этом все знают».

В ОДКБ входят Армения, Белоруссия, Казахстан, Киргизия, Россия, Таджикистан  и Узбекистан. Договор, инициатором  которого был именно Узбекистан, подписали  в Ташкенте в 1992 году, а ратифицировали в 1994-м. В то время президент страны Ислам Каримов всерьез опасался гражданской войны, разгоревшейся  по соседству, в Таджикистане, и таким  образом искал возможность коллективного  противодействия распространяемому  в регионе исламистскому движению.

Первые публичные разногласия  начались в 1999-м, когда Ташкент отказался  продлевать договор и таким образом  вышел из ОДКБ. Более того, Узбекистан присоединился к организации, которую  в Москве считали антироссийской, - ГУАМ (Грузия, Украина, Азербайджан, Молдавия) и членом которой оставался до 2005-го. Однако все круто изменилось после кровавых событий в Андижане весной-летом того года. Запад резко  критиковал Ташкент за силовое с  многочисленными жертвами подавление выступлений. Как следствие - Узбекистан вернулся в ОДКБ и в 2006-м снова  стал ее полноправным членом.

Впрочем, очень скоро Ташкент  вновь занял особую позицию. Он не раз выступал против принятия ряда основополагающих решений, не ратифицировал  более 15 соглашений и протоколов, в  частности Протокол о порядке  формирования и функционирования сил  и средств системы коллективной безопасности (КСОР).

Вполне возможно, что узбекский  демарш по приостановке членства пытался  предотвратить президент РФ Владимир Путин во время своего недавнего  визита в Ташкент. Его встреча  с Исламом Каримовым 5 июня продолжалась всего несколько часов. Ее официальным  итогом стало подписание меморандума  о присоединении Узбекистана  к Договору о зоне свободной торговли. Однако российские наблюдатели указывали, что фактически страна последовательно  и целенаправленно саботирует все  инициативы Москвы по развитию ОДКБ и  Шанхайской организации сотрудничества (ШОС).

Сначала после узбекской  ноты в столицах государств-участников просто не знали, как реагировать. Затем, когда в высших эшелонах российской власти что-то прояснилось, официальные лица и приближенные к Кремлю эксперты стали давать громкие комментарии.

Прежде всего, было определено, что все это из-за попытки Ташкента отойти от России и приблизиться к  США.

Так считает заместитель  директора Института стран СНГ  Владимир Жарихин. Он напомнил в газете «Взгляд», что Ташкент в последнее время весьма активно пытался сблизиться с американцами, но ему это не очень удавалось. «Мы понимаем, что геополитика - такая вещь, где романтические эмоции неуместны. И поэтому формальное сближение будет, но без особой любви и уважения».

С ним соглашается первый вице-президент Академии геополитических  проблем Константин Сивков: «Выход Узбекистана из ОДКБ означает только одно: местная власть взяла курс на сближение с США и НАТО». После сближения, отметил политолог, правящая верхушка в стране будет  изменена на более лояльную. «Вот и все. Они встали на курс, направленный на возникновение в стране «цветной революции». Последняя ориентировочно состоится через полтора года. Два - максимум».

В свое время Великая французская  революция так напугала абсолютистско-феодальную Европу, что ее призрак почти 100 лет  вызывал страх у жителей высоких  министерских кабинетов. Так, революция  роз в Грузии и оранжевая в  Украине до сих пор бросают  в дрожь кремлевских чиновников. Но это эмоциональная сторона. Есть и чисто практическая.

По словам Сивкова, приостановление членства Узбекистана в ОДКБ очень серьезно повлияет на его связи с РФ. «На первом этапе это, возможно, не очень будет заметно, но позже Узбекистан будет вести антироссийскую политику в регионе, и в таких условиях отношения между государствами станут ухудшаться». А если с Белокаменной ухудшаются, то с кем улучшаются? Понятно, что с Вашингтоном. Вот в чем трагедия для Кремля. Исполняется кошмарный сон московских политиков и генералов: в мягкое и стратегически важное подбрюшье проникает американский враг.  О ужас! В Узбекистане может появиться военная база США. Если послушать некоторых российских военных, то это почти то же самое, как если она будет расположена где-то под Москвой. Не больше и не меньше.

Если взглянуть на проблему не через пещерный антиамериканизм  российского правящего класса, а  исходя из складывающейся ситуации в  Центральной Азии, то надо прямо  сказать, что ОДКБ - организация бесед  и деклараций, но не дела. Эксперт  Московского центра Карнеги Алексей  Малашенко заметил СМИ, что »... за два десятилетия своего существования  ОДКБ, по сути, ни разу не испытала себя в настоящем большом деле, связанном  с поддержкой безопасности в СНГ. Очевидным примером ее беспомощности  является события второй Революции  тюльпанов в Киргизии весной-летом  прошлого года. В стране, являющейся членом Организации, лилась кровь, однако последняя так и не смогла отреагировать  на ситуацию и урегулировать конфликт, фактически расписавшись в своем  бессилии. Хотя, возможно, если бы она  вмешалась, было бы еще хуже - только представьте себе, что, допустим, порядок  в Киргизии наводят узбекские  подразделения!».

Ташкент имеет серьезные  проблемы практически со всеми своими соседями. С Бишкеком и Душанбе  очень напряженные отношения  в связи с их планами построить  каскад ГЭС. Таким образом, они уменьшат сброс воды и усилят ее дефицит  в Узбекистане, который страдает от ее нехватки. Надежды на то, что  Москва поможет последнему решить эту  проблему, не оправдались. Более того, российские организации принимают  участие в строительстве самых конфликтных: Рогунской ГЭС на реке Вахш в Таджикистане и Камбаратинской на реке Нарын в Киргизии. Если в мире конфликты возникают из-за нефти и газа, то в Центральной Азии они вполне возможны из-за воды.

Следующая проблема ОДКБ - региональное лидерство. Его Ташкент отвоевывает, прежде всего, у Астаны. Вообще гегемонистские стремления Узбекистана в региональном масштабе подвергаются активному противодействию  соседей. Поэтому в Бишкеке и  Душанбе, а последнее время и  в Ашхабаде именно в Астане видят  естественный противовес. Соответственно это подбрасывает дров в региональное соперничество. Тем более что  в него вмешиваются третьи силы в  лице Китая, США и, конечно, России. Очевидно, в Ташкенте устали от всего этого  и решили искать счастья в дружбе с другими. Кстати, совсем необязательно  это будет Вашингтон. Пекин тоже не прочь потеснить Москву.

В Москве и Минске делают вид, будто никакого вреда ОДКБ не будет нанесено. Глава Генштаба России Николай Макаров подчеркнул, что  серьезно на Организации это не отразится. На самом деле все не так. Как считает  казахстанский политолог, директор Группы оценки рисков Досым Сатпаев, гарантировать безопасность в Центральной Азии без Ташкента будет крайне сложно. По его словам, «Узбекистан является одной из ключевых стран в Центральной Азии. Если речь идет о региональной безопасности без его участия, то ее очень трудно достичь. Но Узбекистан является суверенным государством и имеет право сам принимать решение об участии или неучастии в тех или иных организациях и структурах».

Очевидно, что решение  Ташкента об ОДКБ приведет к дальнейшей поляризации в Центральной Азии, и вполне может быть так, что регион продолжит дугу нестабильности, протянувшейся  от Ближнего Востока до Афганистана.

Перевод: Антон Ефремов

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.