Потепление в отношениях Парижа и Москвы отразилось на продажах военной техники. Вопрос «Мистраля» может быть решен уже во время саммита «большой восьмерки».

Францию и Россию некогда связывал военный союз, направленный на противодействие растущей немецкой угрозе, тогда как сегодня Париж и Москва пытаются растопить последние участки льда со времен холодной войны. Одним из толчков для этого стала «перезагрука» Барака Обамы, перезапуск российско-американских отношений. Эта стратегия получила неожиданный отклик во Франции Николя Саркози, в особенности после прихода в Кремль «друга» Дмитрия Медведева, который сумел убедить Елисейский дворец в том, что Россия является «надежным» и «неизбежным» партнером. Во всяком случае, в достаточной степени для того, чтобы вывести российско-французское взаимодействие на совершенно новый этап. Некогда у компании Sagem, которая специализируется на высоких технологиях, не было права вести диалог с Москвой. Сегодня ситуация изменилась. Елисейский дворец подталкивает Управление судостроения (DCNS), Главное управление по вооружению (DGA) и прочие крупные государственные и частные предприятия к тому, чтобы продавать свое военное оборудование России.     

Прежде всего, это касается вертолетоносца «Мистраль», жемчужины и второго по величине корабля французского флота. России нужно четыре судна такого класса. Это соглашение, единого мнения по которому нет и во Франции, стало объектом резкой критики бывших стран советского блока во главе с Грузией и балтийскими государствами, уверенными в существовании угрозы со стороны Москвы. Тем не менее, оно стало, как сказал один офицер, «символом стремления Франции к открытости по отношению к России». Кроме того, раз корабль такого класса никогда не отправляется в плавание в одиночку, за договором следуют и другие контракты. Так, с 2009 года министерство внутренних дел России ведет переговоры о приобретении от 500 до 1000 единиц легкой бронетехники производства компании Panhard. 

Эти очень легкая в управлении и транспортировке бронетехника, которая к тому же оборудована самыми современными средствами разведки, может быть принята на вооружение элитными подразделениями МВД: ОМОНом и спецназом. Министерство внутренних дел планирует использовать их в антитеррористических операциях в условиях местности со сложным рельфом.

Военно-морская база во Владивостоке

Кроме того, российская армия намеревается приобрести около 20 единиц снаряжения по программе Felin: речь идет о сверхсовременном комплекте экипировки пехотинца, который оборудован средствами навигации, радиосвязи и миникомпьютерами, что превращает его, таким образом, в настоящего солдата XXI века. Французские военные начали получать такое оборудование лишь совсем недавно. Наконец, по информации из источников Figaro, командующий ВМФ России адмирал Владимир Высоцкий упомянул во время обеда во Владивостоке в июне 2010 года о возможности того, что французы построят для флота военно-морскую базу в этом тихоокеанском порту на Дальнем Востоке. В этой просьбе, которая была адресована одному из французских участников переговоров по «Мистралю», не уточнялось, собирается ли Москва просто построить своего рода «гараж» для вертолетоносцев или же хочет задействовать Париж в создании настоящей базы.    

В одном можно быть уверенным: продажа «Мистраля» - «это всего лишь начало истории», как выразился один осведомленный источник. За ней вполне могут последовать новые контракты аналогичной символической или военной значимости. Некоторые говорят о перспективах поставок в Россию наступательного и противовоздушного вооружения. Другие же мечтают о том, что в один прекрасный день Париж может получить заказ на строительство авианосца для российского флота…

Как с одной, так и с другой стороны бывшего железного занавеса старые табу времен холодной войны рассыпаются в прах. Французская сторона полагает, что недавние геостратегические изменения и мировой кризис изменили соотношение сил в мире, в связи с чем у «российской карты» вновь появилось немало преимуществ. «Советский период был ошибкой истории. Россия находится на том же континенте, что и мы. Нужно привести ее в Европу. Если мы не ответим на предложение открытости со стороны россиян, они повернутся к другим», - объясняет французский офицер. Новый российский курс Парижа, который избавился от старых комплексов, основывается на реальной политике и финансово-энергетических интересах. Вопрос прав человека добровольно откладывается в сторону и выходит за ставшие уже традиционными рамки. «Если мы хотим, чтобы Россия вела себя как партнер, нам самим нужно относиться к ней как партнеру, в том числе в сфере безопасности и обороны», - уверен Николя Саркози.   

Пример Китая

В Москве главным стимулом для возобновления этого партнерства служит реформа армии. Одержавшая победу в битве за Сталинград бывшая Красная армия сегодня старается «десоветизироваться» и приспособиться к условиям современных войн. «Речь идет о столь же масштабном преобразовании, как и реформа Троцкого в 1921 году», - считает эксперт Арно Дюбьен (Arnaud Dubien). Министр обороны страны Анатолий Сердюков провел чистку в высших эшелонах армейского руководства, отправив в отставку около 300 генералов. Свой взор за границу в итоге обратили даже известные своим неизбывным консерватизмом адмиралы: на них лежит задача по защите четырех побережий и восстановлении былой мощи океанского флота. 8 мая по случаю очередной годовщины победы над нацистской Германией, президент Медведев пообещал экипировать российские войска самым современным оружием. В то время как остальные европейские страны как могут урезают военные бюджеты, влиятельный премьер-министр Владимир Путин пообещал выделить 718 миллиардов долларов на модернизацию российского вооружения в течение десяти будущих лет…

К тому же, Франция – не единственный возможный поставщик российской армии. Москва намеревается модернизировать вооруженные силы с помощью передаваемых в рамках контрактов западных технологий и ведет переговоры с Германией и Израилем. Тем не менее, соглашение с Францией стало первым случаем, когда государство-член НАТО готово продать России многоцелевой боевой корабль. С помощью «Мистраля» Россия не просто повышает уровень своего флота. Она приобретает также и мощный политический символ. По мнению Владимира Путина, распад СССР стал «крупнейшей геополитической катастрофой ХХ века». Купив военные суда, которые воспринимаются во Франции как символ мощи и независимости (отправка в Ливию десантного корабля «Гром» с вертолетами на борту является наглядным тому подтверждением), российская власть, рассматривающая доминирование на постсоветском пространстве в числе стратегических приоритетов, тем самым отправляет четкий сигнал соседям.  
 
«Озападнивание» российской армии

Тем не менее, шаг Франции связан с определенными рисками. На политическом уровне, государства бывшего советского блока, которые Николя Саркози удалось расположить к себе по приходу в Елисейский дворец, вновь вернулись к своему изначальному недоверию к Франции. Они напоминают о том, что новая военная доктрина России по-прежнему рассматривает НАТО как основную угрозу для безопасности страны. Более серьезную чем терроризм и распространение ядерного оружия… Подчеркивают они и то, что в доктрине открыто упоминается возможность превентивных войн в ближнем зарубежье России. В военной сфере, риски минимальны, но все же существуют. «Если мы продаем оружие, оно всегда может быть обращено против нас», - комментирует знакомый с подробностями дела источник. В технологическом плане пример Китая, который производит собственные дешевые аналоги Airbus после импорта нескольких самолетов, указывает на связанные с экспортом риски. «Разумеется, в России хотят научиться выпускать «Мистрали», чтобы затем самим перепродавать их другим. Но дело всегда обстоит так: когда мы продаем, мы распространяем прогресс», - объясняют в Париже.  

Вопрос передачи технологий объясняет тот факт, что, несмотря на заключение соответствующего соглашения, окончательный договор по «Мистралям» до сих пор так и не подписан. Москва хочет получить все задействованные в корабле технологии. В то же время некоторые из них (например, модули связи 11 и 16 системы обработки тактической информации Senit 9, программное обеспечение которой является модификацией используемого на авианосцах) применяются силами НАТО и не могут быть переданы без его согласия. По информации источников Figaro, Париж попросил Североатлантический альянс закрыть глаза на это дело…

Тормозят процесс и финансовые вопросы. В Москве полагают, что передача технологий не только «гарантирована» в договоре, который подписали 25 января российский вице-премьер Игорь Сечин и тогдашний министр обороны Франции Ален Жюппе (Alain Juppé), но и входит в ранее оговоренную стоимость. По мнению же французских промышленников и государства, «деградация» наиболее «чувствительных» технологий – неизбежная часть такой передачи ноу-хау, так как она позволяет сократить связанные с ней риски. И у нее есть цена.   

Противники этой сделки в Париже считают продажу России соответствующих западным нормам боевых и командных систем опасной затеей. Они задаются вопросом, действительно ли это наилучший способ добиться потепления отношений с Москвой. И напоминают о словах адмирала Владимира Высоцкого, которые тот произнес в 2009 году по поводу покупки «Мистраля»: «Все, что мы сделали тогда за 26 часов, этот корабль делает за 40 минут». Тем не менее, политические и военные власти Франции придерживаются иного мнения. «Конечно, российскую культуру еще во многом определяет сила. Но тут существует всего два решения: переступить через это и привести Россию на нашу сторону, поспособствовав «озападниванию» ее армии, или же создать новый конфликт еще на 30 лет», - считает осведомленный источник. Он полагает, что Запад неправильно подошел к отношениям с Россией после окончания холодной войны (в частности это касается расширения НАТО на восток), в связи с чем недоверчивое отношение Москвы вполне объяснимо.   

Те же специалисты уверены, что ключевой вопрос касается скорее противоракетной обороны. «Продажа «Мистраля» и другого французского оружия России не способна изменить стратегический баланс в Европе. В отличие от системы ПРО», - говорит чиновник военного ведомства. Тем не менее, каких-либо конкретный решений по этому проекту обороны европейской территории до сих пор не существует. Президент Дмитрий Медведев уже предупредил об опасности возникновения новой холодной войны, если США не задействуют Россию в этом проекте, который он в настоящий момент считает «реальной угрозой».