Исламское государство все больше укрепляет позиции в ливийском Сирте, куда стекаются боевики и иностранные добровольцы. В то же время переговоры двух ливийских правительство под эгидой ООН (организация направила туда уже второго эмиссара) не могут сдвинуться с мертвой точки.

Как утверждает Кадер Абдеррахим из Центра международных и стратегических исследований, зараза ИГ теперь охватила пятую часть территории страны или примерно 20-23%, а в недавнем отчете ООН говорится, что число боевиков организации составляет от 2 000 до 3 000 человек, 1 500 из которых находятся в Сирте. Ситуация в Ливии, «бесспорно, один из главных вопросов ближайших месяцев», — заявил недавно французский премьер Манюэль Вальс.

Четыре года спустя после смерти Муаммара Каддафи (его линчевали в Сирте в октябре 2011 года) Ливия однозначно погрузилась в хаос. Парламент и правительство были вынуждены бежать в отдаленные города Тобрук и Бейда после того, как отряды исламистов захватили Триполи в 2014 году.

Почти год назад ИГ взяло в свои руки прибрежный Сирт, который расположен в 430 километрах от Триполи. В конце мая 2015 года организация взяла под контроль аэропорт.

С января 2015 года Исламское государство удерживает обширную территорию вокруг Сирта, в том числе и родной поселок Муаммара Каддафи. Как утверждают власти Триполи, ИГ даже заручилось поддержкой сторонников режима Каддафи, чтобы заполучить нефтяные установки в Сирте. В феврале этого года боевики ИГ взяли в плен и обезглавили десятки находившихся в Ливии христиан, в том числе граждан Египта и Эфиопии.

ИГ продвигается, переговоры стоят

Соперничающие группы отвергли по меньшей мере четыре проекта выхода из кризиса. Последний из них предполагал признание сформированного по итогам выборов 14 июня 2014 года парламента единственной законодательной властью и формирование переходного правительства национального единства во главе с премьером и двумя вице-премьерами. Но его отклонили, как и все предыдущие.

Как известно, обосновавшиеся в Тобруке (восток страны) парламент и правительство признаны международным сообществом, однако их называют воплощением старого режима Муаммара Каддафи. Нынешние власти Триполи в свою очередь получают поддержку от исламистов организации «Фаджр Ливия», которая, как утверждают ее противники, является террористической, но ведет борьбу с ИГ.

Региональные державы вмешиваются в племенные и религиозные конфликты

Ситуация становится тем более взрывоопасной, что международные державы уже вмешиваются в племенные и религиозные конфликты. Турция и Катар поддерживают правительство Триполи. Судан подозревают в поставках оружия Исламскому государству и «Братьям-мусульманам». Египет же вооружает силы правительства Тобрука, чтобы обезопасить собственную границу. Кроме того, 16 февраля он даже провел военное вмешательство в ответ на убийство 21 копта.

Обострение ситуации на севере Ливии делает неизбежным внешнее военное вмешательство

Провал ооновских переговоров и обострение ситуации на севере Ливии делают неизбежным внешнее военное вмешательство. Ливийский хаос, безусловно, играет на руку ИГ.

«Нужно отправить спецподразделения на ликвидацию войск ИГ в Ливии безо всякого мандата, — уверен эксперт Пьер Серван. — Об этом говорят уже восемь месяцев. Из-за всех этих колебаний и промедлений страну охватит пламя ИГ. Причем произойдет это всего в 600 километрах от нашей границы, не говоря уже об Алжире. Раз мы не уничтожили войска ИГ в Месопотамии, они появятся у дверей Европы».

В такой перспективе ливийские власти готовы координировать действия с Россией в борьбе с Исламским государством, если Москва начнет операцию в Ливии. Об этом сообщил глава признанного международным сообществом ливийского правительства Абдалла аль-Тани:

«Нам хотелось бы, чтобы Россия начала борьбу с Исламским государством. Наше правительство готово координировать свои действия с ней на самом высоком уровне».

Кроме того, в конце ноября были запланированы разведывательные полеты французской авиации над Сиртом с авианосца «Шарль де Голль». Как отметили в Париже, будут проводиться и другие вылеты.

Руководитель операции «Бархан» за вмешательство в Ливии


Франция отметает вариант вмешательства в Ливии, однако установила временную военную базу в Мадаме на севере Нигера, поблизости от ливийской границы.

Пока что официально «на юге Ливии нет французского военного присутствия», однако данная зона вызывает серьезное беспокойство, и расклад еще вполне может измениться.

«Терроризм расползается повсюду, где с ним не борются, — говорил в феврале 2015 года командующий операцией “Бархан” генерал Палассе. — В борьбе с терроризмом не может быть полумер. Либо мы сражаемся и побеждаем его, либо мы не бьем его везде, где он есть, и он выживает».

Как известно, французская армия может похвастаться значительными успехами в борьбе с террористическими группами, однако два очага дестабилизации, «Боко Харам» и Ливия, все еще представляют угрозу для региона.

В настоящий момент порядка 3 500 французских военных расквартированы на территории пяти стран (Мавритания, Мали, Нигер, Чад и Буркина-Фасо), но Ливия в их число не входит. Операция «Бархан» нацелена на выслеживание исламистов, которые свободно перемещаются по региону из-за дырявых границ.

В таких условиях юг Ливии становится инкубатором терроризма, местом, где «он зарождается и развивается, — отмечает генерал Палассе. — На юге Ливии дозволено все». «Если мы оставим им укрытия, это приведет к ослаблению или даже дестабилизации ряда государств», — уверяет он.

Новый геополитический расклад объясняет нынешние проблемы

Полковнику Каддафи удалось ценой жестокой диктатуры удерживать внутреннюю стабильность мозаичной страны, которой сегодня грозит распад. Раз единой Ливии больше не существует, возникает опасность начала племенных и клановых войн, как в Сомали, с серьезными последствиями для всего региона.

Как пишет эксперт по Африке Бернар Люган, «наблюдатели не поняли, что глубинный смысл региональной политики полковника Каддафи объяснялся его происхождением. Его племя Кадафа с центром в городе Сабха невелико и насчитывает 150 000 человек. Тем не менее оно занимает стратегическое положение на границе Триполитании и Киренаики, а также на вертикали от Средиземноморья к Сахаре, от Сирта к Марзуку. Это племя погонщиков верблюдов традиционно занимается торговлей и поддерживает связи с тубу и туарегами, что объясняет альянсы режима Каддафи и его тягу к югу Сахары и Сахеля».

Известный репортер Рено Жирар в свою очередь подчеркивает, что «хотя война 2011 года была грамотно проведена с тактической точки зрения, в истории она останется как самая страшная стратегическая ошибка во внешней политике V Республики.

Потому что Каддафи не был особенно приятным и рациональным правителем, но не был он и нашим врагом. Он пошел нам на две уступки и оказал две услуги. Он отринул терроризм и выплатил компенсации пострадавшим французам. Он отказался от ядерного оружия и раскрыл опасные планы Абдул Кадыр Зана в Пакистане. Он решительно преследовал исламистов. Он остановил каналы переправки людей из Центральной Африки в Средиземноморье».

Что если решением могут стать племена и сын Каддафи?

Не пора ли уже набраться смелости, чтобы покончить с западной логикой, которая мешает проанализировать ситуацию и найти устойчивое решение? То есть, сделать ставку на племена?

Ко всеобщему удивлению, 14 сентября 2015 года Верховный совет племен Ливии назвал своим законным представителем Сейфа аль-Ислама. Отныне именно ему принадлежит легитимное право говорить от имени истинных ливийских сил.

«Как известно, сформированные полковником Каддафи племенные альянсы развалились на части, — отмечает Бернар Люган. — Именно в этом главное объяснение нынешней хаотической ситуации в стране. Сейчас либо анархия сохранится, и к власти придут исламисты, либо три конфедерации все же восстановят связи. Именно так они и поступили, попытавшись дать понять “международному сообществу”, что решение должно опираться на племена».

Но хватит ли у международного сообщества смелости, чтобы пересмотреть альянсы, когда Турция и Катар всеми силами борются за формирование Исламского государства в Ливии? Решится ли оно отменить ордер на арест Сейфа аль-Ислама? По правде говоря, надежды мало…

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.