Париж — В последние месяцы из Франции, которая выступила основателем нормандского формата и является одним из активных участников минского процесса, поступают противоречивые новости. Сначала нижняя палата парламента неожиданно принимает декларативную резолюцию относительно санкций против РФ вразрез с позицией правительства. Впоследствии некоторые СМИ по-разному толкуют заявление министра внутренних дел страны относительно безвизового режима с Украиной. Наконец, накануне Елисейский дворец обнародовал официальное коммюнике относительно содержания телефонных переговоров лидеров «нормандской четверки», в котором никоим образом не упоминает об украинской инициативе — введении полицейской миссии на востоке Украины.

Заполнить информационные пробелы по просьбе Укринформа согласился министр иностранных дел Украины Павел Климкин, который с однодневным рабочим визитом прилетал во вторник в Париж. Что может сделать один человек в течении рабочего дня, где именно будет решаться судьба полицейской миссии на Украине, чего хочет французский парламент, имеет ли Павел Климкин билеты на Евро-2016 и как скоро украинцы смогут пользоваться национальными водительскими правами во Франции — об этом говорится в эксклюзивном интервью министра.

Во Франции заверили, что «безвиз» будут рассматривать по критериям, а не политическими предпосылками

Укрiрформ: Павел Анатольевич, в ночь на понедельник лидеры «нормандской четверки» провели очередные переговоры относительно минского процесса, а утром во вторник вы уже встречались со своим французским визави на Кэ д'Орсэ (МИД Франции — ред.). О чем вы говорили с Жаном-Марком Эро?

Павел Климкин: Действительно, день начался со встречи с министром иностранных дел и международного развития Франции Жаном-Марком Эро. Вспоминали результаты переговоров лидеров четверки, остановились на необходимости обеспечить безопасность как условие любого развития дальнейшей ситуации. Обсудили, каким образом мы дальше будем продвигаться в направлении согласования основных параметров (Специальной мониторинговой — прим. ред.) миссии ОБСЕ, каким может быть распределение полномочий и ответственности между ней и будущей полицейской миссией. Затронули вопрос избирательных модальностей. В общем определились, как работать дальше на венской площади по отношению миссии. Планирую в ближайшие дни говорить с (немецким коллегой Франком-Валтером) Штайнмайером относительно того, каким образом продвигаться дальше.

Кроме того, мы коснулись повестки дня отношений и сотрудничества с Европейским Союзом. В частности, и вопроса безвизового режима, проговорили повестку дня двусторонних отношений. Таким образом состоялась плодотворная двусторонняя встреча.

— С кем еще вы встречались в Париже?

— Сегодня у меня было также много встреч во французском парламенте. При чем, как в национальном собрании, так и в Сенате. Речь шла о том, что мы (Украина) делаем, и соответственно Россия не делает для выполнения минских договоренностей. Во время встречи присутствовали депутаты, которые традиционно занимают пророссийскую позицию.

— Вас сопровождали лишь украинские дипломаты?

— Во французском парламенте я был с народным депутатом Украины, который является сопредседателем группы дружбы Украина-Франция, Алексеем Гончаренко. В обеих палатах (парламента — ред.) у нас была достаточно эмоциональная дискуссия с некоторыми парламентариями. Но в целом позиция французского парламента очень четкая. Она связана с необходимостью выполнения минских договоренностей, с признанием аннексии Крыма, с тем, что санкции могут быть отменены только после полного выполнения минских договоренностей. Ну конечно, как всегда провел встречу с французскими журналистами и экспертами.

Кроме того, у меня была отдельная встреча с министром внутренних дел Франции Бернаром Казньовим, с которым мы обсуждали проблематику безвизового режима и видение, как продвигаться дальше, на основе того, что последним на днях был утвержден специальный механизм.

— Что вы имеете в виду?

— Речь идет о механизме, который определяет, каким образом Европейская комиссия может выносить решение о приостановке безвизового режима, если есть злоупотребления. Это в контексте роста в последнее время миграционных потоков. Мы обсудили общее видение.

— Но в ЕС многие страны видят угрозу в росте миграционных потоков…

— В ближайшее время я буду встречаться и с другими министрами внутренних дел Евросоюза, поскольку нам нужно понимать, как будет продвигаться утвержденный механизм, и нам важно, чтобы не было никаких попыток чисто на политическом уровне толковать критерии, которые, на первый взгляд являются очевидными, для того, чтобы лишать безвизового режима. Ну и, конечно, моим тезисом было то, чтобы нас рассматривали как страну, которая выполнила все необходимые предпосылки для введения безвизового режима. Напомню, что сейчас Европейский Союз рассматривает возможность либерализации визового режима для четырех стран. И конечно, каждая страна должна быть рассмотрена на основе четких критериев, того, как она их выполнила, осуществила реформы, а не на основе каких-то политических предпосылок. Я четко услышал и от Жана-Марка Эро, и от Бернара Казньова заверения, что каждая страна будет рассматриваться на основе того, что конкретно она сделала в плане реформ. Это основные результаты моего визита в Париж.

На Востоке Украины нужна отдельная от мониторинговой, вооруженная миссия ОБСЕ

— Господин министр, сегодня заявления лидеров нормандской четверки относительно возможного развертывания полицейской миссии на востоке Украины Киев и Москва трактуют по-разному. В частности, в Кремле поспешили заявить, что речь шла о специальной мониторинговой миссии, а не отдельной полицейской миссии ОБСЕ. Внесите ясность, пожалуйста.

— Ну, во-первых, Специальная мониторинговая миссия ОБСЕ не имеет мандата на обеспечение выборов на востоке Украины. Мы можем говорить про разные варианты, но сегодня мы исходим из того, что нам нужна отдельная миссия. Это должна быть отдельная, вооруженная миссия ОБСЕ, которая должна обеспечить безопасность перед выборами, во время выборов и после их проведения. Эта миссия должна быть достаточно мощной, чтобы прежде всего обеспечить общую безопасность во время предвыборного процесса. Если мы не сможем обеспечить по крайней мере базовые условия безопасности избирательной кампании, мы не можем говорить о честных и свободных выборах, выборах вообще. Во-вторых, мы должны прекрасно понимать, что такая миссия должна присутствовать. В каком виде, это предмет дальнейшей дискуссии до того момента, как на Донбасс вернется нормальная жизнь, поскольку до этого никто не будет чувствовать себя в безопасности. Именно это мы имеем в виду.

Мы также договорились, и сегодня я это обсуждал как с министром иностранных дел Жан-Марком Эро, так и во время встречи с дипломатическим советником президента Франции Жаком Одибером, что начнем обсуждать эти вопросы на венской площади. Это для нас очень важно. Чтобы все функции, которые необходимо осуществить для обеспечения безопасности, Специальная мониторинговая миссия ОБСЕ выполняла в полном объеме. То, чего нет сейчас, это всеобъемлющего доступа ко всем районам оккупированного Донбасса. Отсутствует эффективная мониторинговая граница. При этом и то и другое должно происходить круглосуточно. Поскольку, если миссия присутствует днем, а ночью передвигаются через границу вооруженые регулярные войска, наемники и боеприпасы, то любая логика эффективного мониторинга контроля теряет всякий смысл. Конечно, нам нужно понять, кто будет следить за выводом российских вооружений и войск.

— Да, но ведь Россия с самого начала конфликта отрицала свое участие в войне и присутствие своего оружия на востоке Украины…

— Если Россия будет категорически отрицать, что это ее вооружения — хотя уже давно всему миру понятно, что оно российское — тогда нужно будет собирать это вооружения и утилизировать под полным контролем международного сообщества, под контролем ОБСЕ. Нам совместно нужно решить, какая миссия это будет осуществлять, или они будут делать это во взаимодействии. Все эти вопросы являются предметом для дальнейшего обсуждения. Но пока мы не будем понимать, кто за это будет отвечать на всех этапах, за все аспекты безопасности, каким образом это будет происходить, мы не можем говорить о какой-либо ситуации по обеспечению безопасности перед и во время проведения выборов. Вот это как раз и было одним из важных предметов обсуждения с французскими партнерами, в частности, Жаном-Марком Эро.

Украина и Франция углубят сотрудничество в борьбе с терроризмом

— Вернемся к вашей встрече с министром Бернаром Казньовим. Приближается чемпионат Европы по футболу, который принимает Франция. Скажите не приглашал ли он вас посетить один из матчей Евро-2016 во Франции? Или вообще вы обсуждали вопросы обеспечения безопасности национальной сборной Украины и украинских болельщиков?

— Относительно чемпионата Европы по футболу 2016 мы коснулись этой темы лишь вскользь. Бернар (посмехкажется) не делал приглашение лично. Да и в принципе я этого и не ожидал. Но мы оба согласились и подтвердили, что Украина и Франция должны углубить сотрудничество во многих сферах, в том числе и в сфере борьбы с терроризмом. Это вопрос, который должен организовываться соответствующими структурами со стороны Украины. И, конечно, не только вопросы безвизового режима, но и любое взаимодействие основано на доверии. Оно появляется на основе преданности тому, что ты обещаешь, и на основе того, как выполняешь обязательства. Я считаю: то, что сделала Украина в рамках реформ по либерализации визового режима, и что, кстати, очень положительно оценивается нашими европейскими друзьями и партнерами, на самом деле, много говорит о том,кто есть кто. Накануне я был на встрече министров иностранных дел стран ЕС относительно восточного партнерства, абсолютное большинство министров подчеркивало, что это действительно очень важно. Поэтому, я считаю, наша встреча в Париже была очень плодотворной, поскольку в рамках нашей евроинтеграции, в рамках реализации соглашения по ассоциации с ЕС нам нужно фокусироваться на всех ключевых сферах и эта сфера (безопасности) в будущем сотрудничестве будет играть особую роль. Безусловно.

— В контексте двусторонних отношений между Украиной и Францией обсуждали ли вы с министром внутренних дел возможность обоюдного признания прав водителя в наших странах?

— Во-первых, мы долгое время этот вопрос обсуждаем с французской стороной. Украина в этом контексте имеет положительный опыт с Испанией, сейчас используем его с Италией. Я знаю, что такая проблема существует, она менее острая здесь, во Франции. Однако сегодня в МВД мы этого вопроса не касались. Я хорошо помню, что этот вопрос обсуждался на последних межведомственных консультациях наших стран. И, конечно, мы дальше будем продвигаться в этом направлении. По моему мнению, это вопрос национальной компетенции мы должны решать на основе двусторонних соглашений, но оно касается глобального контекста. Нам сейчас требуется взаимное признание многих вещей, поскольку они касаются сферы «отмены границ». И это очень важно.

Резолюция об отмене санкций против России претерпела изменения, которые сделают ее полезной

— Господин министр, каковы ваши ощущения от посещения французского парламента? Появилась ли там «критическая масса» относительно принятия Сенатом декларативной резолюции об отмене санкции против РФ?

— По состоянию на сегодня проект резолюции подготовлен комитетом по европейским делам. В национальном собрании Франции этот проект был принят не просто большинством, а фактически несколькими десятками депутатов (Во время голосования очень мало депутатов присутствовали в зале, «за» проголосовало 55, «против» — 45, в то время, как общее количество депутатов нижней палаты парламента Франции составляет 577 — ред.). Насколько я понимаю ситуацию, которая происходила во дворце Бурбонов (Национальное собрание Франции — ред.), многие депутаты даже не ожидали такого развития, того, что состоится позитивное голосование. Но оно служит должным опытом. Сейчас же все, с кем я встречался, готовы работать с текстом резолюции таким образом, чтобы сделать ее документом, направленным на выполнение минских договоренностей. Конечно, в нем будет отдельно подчеркиваться приверженность суверенитету, территориальной целостности и неприкосновенности границ Украины. То есть сейчас в этот процесс включились и депутаты Верховной Рады Украины, и мы продолжаем диалог.

— Другими словами украинцам стоит ожидать новую редакцию французского проекта резолюции?

— Речь идет о том, что резолюция, которая будет рассматриваться, претерпела таких изменений, которые будут делать этот документ очень важным и полезным документом для двустороннего сотрудничества. Поскольку Россия и российская пропаганда хотят использовать своих сторонников для того, чтобы выдать эту резолюцию за политический сигнал для отмены санкций. Но я такого настроения ни в Сенате, ни в национальном собрании Франции не почувствовал. Хотя, конечно, любое решение можно истолковать в благоприятном для себя смысле. И мы не должны этого позволить. Именно поэтому я на встречах обсуждал европейский порядок дня и выполнение минских договоренностей, поскольку Франция является неотъемлемой частью нормандского формата, как с министрами, так и с представителями национального собрания и Сената. Я считаю, что независимо от результатов голосования по этому законопроекту, который не имеет никакой обязывающей функции, важно было донести парламентариям точку зрения, где именно мы находимся на пути выполнения минских договоренностей.

Российская пропаганда пытается эффективно распространить тезис, что Украина вроде тоже не выполняет Минск, что она не голосует за нужные законы и сегодня я подробно объяснил логику, как выполняется Минск и каким образом идут консультации внутри нормандского формата. Для многих парламентариев услышать о том, что происходит в контексте реализации реформ Украины, например,— создание эффективной системы борьбы с коррупцией и других нововведений, было важно. Мы не можем ожидать от каждого французского парламентария, что он начинает день с новостей об Украине и заканчивает его ими. Поэтому любую возможность нужно использовать. Я надеюсь, что сегодня я ее использовал должным образом.

Павел Климкин, министр иностранных дел Украины.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.