С 12 сентября после захода солнца в силу вступил режим прекращения огня, о котором договорились главы дипломатических ведомств США и России. После десятидневного затишья начнутся, как предполагается, совместные действия против террористических группировок. Один из главных вопросов, если не самый главный: почему в этот раз должно получиться то, что не получилось в феврале, когда тоже торжественно было объявлено о прекращении огня, но никто этого даже не пытался придерживаться.

С тех пор, однако, многое изменилось. Россия даже объявляла о выполнении поставленных перед своим военным контингентом задач в Сирии и выводе его на родину, который, однако, последовал лишь для отечественных СМИ, а в реальности наземное участие российских подразделений, кадровых и наемных, лишь возросло.

Большое наступление на нескольких направлениях с участием подразделений из Ирана, а также наемников из Афганистана и Пакистана сначала принесло заметный успех.

В России широко отпраздновали взятие Пальмиры, даже выпустив по этому поводу медаль.

Одним из ее получателей стал любимый музыкант Владимира Путина, самый богатый виолончелист в мире Сергей Ролдугин, сыгравший на античных развалинах. Однако затем одно за другим последовали тяжелые поражения, и сейчас исламисты снова на околицах Пальмиры, а стратегически важный город Алеппо, куда были брошены все силы, оказался ловушкой для взявших его в блокаду сирийских войск.

Турция, помирившись с Россией, отбросила от своих границ курдов, помешав тем объединить западный и восточный анклавы в единое квазигосударство Рожаву и наладив снабжение сирийских оппозиционных группировок в районе Алеппо. Судя по всему, по ходу удалось решить одну важную задачу.

О своем отколе от «Аль-Каиды» в июне заявило исламистское движение «Джебхат ан-Нусра», которое теперь называет себя «Джебхат Фатах аш-Шам» (запрещенные в России организации — прим. ред.). Это привело к тому, что спонсоры свернули их поддержку, а в боях за Алеппо бывшие союзники подставили под удар.

Недавно было сообщение о гибели лидера группировки, причем по некоторым сведениям от взрыва бомбы, упавшей не сверху, а взорвавшейся снизу, что говорит целенаправленной охоте. И теперь, когда США собирают большую антиигиловскую коалицию (ИГИЛ — запрещенная в России организация, — прим. ред.), по крайней мере одна проблема частично решена: исламисты, оказывавшие поддержку сирийской оппозиции и ставившие тем самым в неудобное положение борцов с терроризмом, поставлены на грань уничтожения.

К тому же проще будет выбирать цели для бомбардировок: раньше позиции «ан-Нусры» часто совпадали с позициями «демократической оппозиции». Однако осталось проблем куда больше.

Во-первых, никто не верит, что не прекратятся вылеты сирийской авиации, о чем идет речь в соглашении. Проконтролировать и удержать вооруженные силы Асада от этого невозможно. Высвободив часть сил под Алеппо, тем могут провести зачистку в других районах страны. За соглашением не стоит авторитет и обязующая сила ООН, что позволяет всем сторонам трактовать перемирие на свой вкус и по ситуации. Говорится, что прекращение огня послужит основой для выстраивания доверия, после которого станет возможна выработка политического плана регулирования. Но с таким же успехом можно было предложить какой-то черновик политической договоренности и заявить, что это основа для прекращения огня.

Самое главное, чего не хватает, это минимальной степени доверия всех многочисленных сторон, задействованных в конфликте. Все по-прежнему хотят победить врага чужими руками, и тот, кого называют врагом, не всегда им является. Зато всегда есть кого обвинить в срыве договоренностей. В общем, второе сирийское перемирие, кажется, далеко не последнее.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.