Три приднестровские общественные организации: Союз молдаван, Союз украинцев и Союз русских общин Приднестровья — инициировали общественно-политический и научно-просветительский проект, посвященный исследованию и разоблачению агрессивной политики Румынии в отношении Молдавии, Приднестровья и Украины в XX веке. О своевременности такого проекта свидетельствуют и последние события в Молдавии, когда во время выборов парламента румынские спецслужбы открыто, вмешивались в выборный процесс, пытаясь склонить избирателей к прорумынским партиям.

Вслед за этим последовало заявление президента Румынии Траяна Бэсеску — в интервью румынскому изданию Romania Libera он заявил, что через 25 лет граница ЕС будет проходить по Днестру, а Бессарабия объединится с Румынией в рамках ЕС. Фактически объявив претензии на территорию Молдавии и Одесской области Украины, Бэсеску выразил недовольство присутствием российских войск в Приднестровье и Черноморского флота РФ в Крыму. «Если Россия так дружелюбно смотрит на Черноморский регион, зачем ей такой большой флот в таком маленьком море?» – заявил румынский лидер, не объясняя, зачем Бухарест щедро финансирует программу создания мощной военной речной флотилии на Дунае.

Все это свидетельствуют о том, что агрессивные устремления румын все возрастают, являясь логическим продолжением политики этого государства на протяжении последних полутора столетий. В рамках указанного выше проекта планируется издание книги, в которую войдут исследования историков, архивные документы, материалы периодической печати и воспоминания свидетелей преступлений Румынии в XX веке. Авторскую группу, которая будет заниматься подготовкой книги, возглавил заведующий кафедрой отечественной истории Института государства и права Приднестровского государственного университета, кандидат исторических наук, профессор Николай Бабилунга. В своей научной работе «Агрессивный румынизм и безопасность Приднестровья», опубликованной в газете «Приднестровье» (08.10. 2010 г.) профессор Бабилунга выделяет три натиска румын на Восток. Вот как они выглядят, по мнению Бабилунги.

Первый натиск румын на Восток

Открытый и вероломный поход на восток, подчеркивает Бабилунга, румыны начали в конце первой мировой войны, когда они в нарушение всех норм международного права, законов морали и порядочности отхватили у России изрядную часть ее земель, территорию Бессарабии, освобожденную русскими от турок еще в начале XIX в., на которой в течение почти двух столетий формировалась молдавская нация, со своей уникальной историей, культурой, языком, менталитетом.

Воспользовавшись в своих интересах тяжелейшей гражданской войной, они оккупировали многонациональные земли между Прутом и Днестром. Правители Румынии нисколько не сомневались, что они оккупируют молдавские земли, принадлежавшие России — союзнику и спасителю Румынии от немецких и австро-венгерских войск. Они сознательно шли на гнусное предательство своего союзника. Этот захват не был признан советским правительством, как и правительствами США, Японии и других стран.

Местное население страдало от политики насильственной румынизации и других проявлений великодержавного шовинизма румынских властей. В оккупированном крае закрывались заводы и фабрики, школы и библиотеки, книги на русском языке уничтожались – даже дореволюционная классика. У крестьян была отнята земля, полученная в ходе русских революций. Бессарабия была превращена в колонию с населением низшей расы, как считали и сами румыны. Были запрещены все языки, кроме румынского, а молдаване объявлены не отдельным самостоятельным этносом, а второсортными румынами, "попорченными" якобы славянской кровью.

Любые протестные выступления жесточайше подавлялись. Количество репрессированных бессарабцев насчитывалось сотнями тысяч. Один врач здесь приходился на 75 тыс. жителей, а по смертности Бессарабия далеко обогнала все страны и регионы тогдашней Европы. Бегство населения из края приняло невиданные по своей массовости формы. Только твердая политика Советского правительства в 1940 г., когда в условиях начавшейся второй мировой войны румыны попытались превратить Бессарабию в плацдарм для нападения на СССР, заставила Бухарест освободить Пруто-Днестровское междуречье от оккупантов и вывести с этих территорий свою армию, жандармерию, полицию и колонистов, массово заселявших чужие земли. Ныне правители Молдавии прилюдно и шумно скорбят, объявив 28 июня "днем советской оккупации".

Второй натиск румын на Восток

Эта трагедия иноземной румынской оккупации местного населения снова повторилась в стократных масштабах, когда румыны вместе с гитлеровцами осуществили свою очередную попытку натиска на восток 22 июня 1941 г., пишет Николай Бабилунга. Теперь их аппетиты не ограничивались Бессарабией и Буковиной. Присоединив к Румынии эти территории, превратив их в румынские губернаторства, Бухарест получил от Гитлера во "временную эксплуатацию" и земли к востоку от Днестра, так называемую Транснистрию.

Административным центром нового губернаторства поначалу определили Тирасполь, а затем перенесли в Одессу, которая была названа оккупантами "Антонеску". За Южным Бугом начиналась немецкая зона оккупации – Рейхскомиссариат Украина. Бесчеловечный фашистский режим был установлен на оккупированных землях. Местное население подлежало либо полному уничтожению (евреи, цыгане), либо частичному истреблению и полному изгнанию (русские, украинцы, болгары, гагаузы), либо превращению в холопов, рабов и поденщиков (молдаване). Но и этого захватчикам было мало. Они надеялись на полное истребление даже русских людей.

Бухарест в неудержимом рвении к захватам начал искать исторические обоснования для расширения "румынского пространства" до Днепра и даже до Дона и Волги, где румыны вдруг стали "находить" древние румынские поселения, якобы сохранившие столетиями или тысячелетиями свою "румынскую ценность" во враждебном славянском окружении. Не исключено, что это свое "пространство" Бухарест попытался бы расширить и до Восточной Сибири, и до Сахалина, если бы не сокрушительный разгром под Сталинградом. Но после катастрофы фашистов под ударами Красной Армии румыны в беспорядке и панике стали катиться к родным границам, помышляя уже не о захвате новых земель, а о спасении своих шкур.

Казалось бы, победа народов над коричневой чумой навсегда похоронит и румынский вариант фашизма, принесший столько бед и горя нашим людям и проливший столько невинной крови. Антонеску и его клика были расстреляны как военные преступники, а король Михай, вовремя сориентировавшийся, на чьей стороне будет победа, предпочел получить от Сталина орден Победы и скрыться в эмиграции, покинув большую политику.

Румынский диктатор Чаушеску перед лицом всей военной и экономической мощи Советского Союза, не смел напрямую предъявлять какие-либо территориальные претензии к соседям. В то же время он мог с бесподобной наглостью заявлять: "До войны я бывал в Бессарабии, и никаких молдаван там не видел". Чаушеску поощрял купленных придворных писак исподволь готовить своих подданных к новым завоеваниям на востоке от Прута. Стремление к натиску на восток румынские политики не афишировали, но и не забывали никогда, требуя от своих историков, идеологов и пропагандистов усиления соответствующей работы. И она давала свои всходы.

Третий натиск румын на Восток

В конце ХХ в., пишет далее Николай Бабилунга, в период агонии так называемой горбачевской перестройки и развала Советского Союза, произошел третий румынский натиск. Казнь диктатора Чаушеску нисколько не отменяла захватнических аппетитов румынских политиков, пожалуй, что даже стимулировала их. Из Румынии, одной из наиболее нищих и отсталых стран Европы, вдруг потекли бесконечно щедрые денежные реки на подкуп продажных политиков Молдавии, ее журналистов и писателей, историков и политологов, лингвистов и прочей "элиты" национальной интеллигенции, вскормленной Советами во второй половине ХХ в. в тепличных условиях.

Коммунисты сами вскормили своих врагов отсутствием конкуренции и предоставлением национальных преференций "титульным нациям". Как грибы после дождя, стали возникать всевозможные организации, объединения и фонды, требовавшие перевести молдавский язык на румынскую графику и признать его полную идентичность с румынским, учредить румынский язык единственным государственным в многонациональной республике, сделать жизнь "инонационалов" здесь несносной, чтобы поощрить добровольную эмиграцию всех "русофонов" из республики. Им казалось, что на страданиях и горе "чуженационалов" они смогут сказочно обогатиться и стать безраздельными хозяевами этой земли.

Для ускорения миграции и превращения его в обыкновенное бегство, подчеркивает Николай Бабилунга, гражданский конфликт был доведен до уровня гражданской войны и агрессии против населения Приднестровья и Гагаузии, население которых вместе с живущими здесь украинцами не пожелало становиться румынскими холопами. Ударным и боевым отрядом национального чиновничества и подкупленных румынами сливок интеллигентской касты становились маргинальные и полу уголовные элементы из народного фронта Молдавии, созданного для терроризирования мирного населения. "Старшие братья" из Румынии обучали, вооружали и взращивали эти силы, правильно рассчитав, что в хаосе гражданского конфликта в Молдавии натиск на восток имеет такие же высокие шансы на успех, как и в 1918 г., когда в России заполыхало пламя гражданской войны.

***

Своих целей в Молдавии румынским политикам в определенной степени удалось достичь – уничтожен фактически весь экономический потенциал Молдавии, и страна не имеет возможностей для самостоятельного и независимого существования в современном мире. Часть русскоязычного и украинского населения удалось массово изгнать из республики. Другая часть запугана и деморализована, утратила волю к сопротивлению.

Огромное количество молодежи прошло обучение в школах и вузах Румынии, получив там соответствующие идеологические и мировоззренческие инъекции. Идет успешное вытеснение из республики Русской Православной Церкви и замена ее Бессарабской митрополией, являющейся частью румынского государственного аппарата. Называть себя в Молдавии молдаванином сейчас небезопасно – могут обвинить в "примитивном молдавинизме" и подвергнуть общественному осмеянию, увольнению с работы, лишению права на труд. Про русских и украинцев уже говорить не приходится.

Часть молодых людей Молдавии, настроенных крайне агрессивно и в духе румынского шовинизма, проходит подготовку у неонацистов Румынии (так называемых фалангистов) в специальных лагерях. При необходимости румынские спецслужбы мобилизуют их для погромов, политических митингов и акций типа тех, что происходили в Кишиневе в апреле прошлого года, которые подготовили фактически государственный переворот и приход к власти послушных Бухаресту унионистских сил.

Погром правительственных зданий в Кишиневе 7 апреля 2009 г. был не чем иным, как заранее подготовленной и спланированной провокацией, которую в последние десятилетия называют каким-либо очередным вариантом "цветной революции". В "мамалыжно-булыжной" революции все делалось по классическому сценарию. Группа маргинальных и продажных политиков, абсолютно ничтожных и бессильных без солидной поддержки извне.

Беснующаяся толпа уличного хулиганья, опьяневшего не столько от пива и других горячительных напитков, сколько от возможности безнаказанно буйствовать и грабить. Грузовики с камнями, кем-то заранее приготовленные и появившиеся "случайно" в нужное время и в нужном месте. Прибытие из-за рубежа групп "специалистов" по имитации народного гнева. Растерянность полицейских и властей... Все это и многое другое безошибочно указывает на тщательно продуманный сценарий и его плановое развитие по организации государственного переворота в Молдавии.

Но именно этих маргиналов и.о. президента Молдавии Гимпу назвал спасителями демократии. Хотя в любой из "демократических" и "цивилизованных" стран Европы или Америки, о которых так якобы вожделеют власти Молдавии, эти люди получали бы по закону десятилетия и десятилетия изоляции от общества, а то и электрический стул. Ничем фактически слова Гимпу не отличались от той оценки, которую дал бывший президент Молдавии Воронин убийцам и мародерам 1992 г., грабившим и творившим самый настоящий геноцид в Бендерах. Он называл их "славными героями", на которых "будут равняться будущие поколения Молдавии". А восторженно-истеричный прием, который оказали минувшим летом кишиневские правители высшим руководителям Румынии, показывает, что власти Молдавии воспринимают бухарестских политиков уже не как старших братьев, а как своих непосредственных хозяев и распорядителей, как своих кормильцев, господ и повелителей, пишет Николай Бабилунга.

А сегодня на наших глазах разворачиваются румынская подготовка и осуществление нового крестового похода против восточных соседей народов, нового натиска на Восток.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.