Вначале это казалось едва ли не формальностью, затем практически невозможным, и наконец это – факт. Сенат американского Конгресса ратифицировал Договор о сокращении стратегических наступательных вооружениях, подписанный в апреле президентами Медведевым и Обамой.

Это событие многозначно. Во-первых, ратификация СНВ свидетельствует об устойчивости российско-американской «перезагрузки». Отказ Сената от ратификации договора или перенос его рассмотрения на неопределенный срок серьезно ограничили бы горизонты возможного в отношениях РФ-США, укрепили бы позиции скептиков в обеих странах.

Во-вторых, президент Обама и его администрация – вице-президент Байден, госсекретарь Клинтон, министр обороны Гейтс и другие – продемонстрировали качества одновременно стойких политических бойцов и мастеров парламентских компромисов. Обама показал, что он умеет держать удар. Его политические акции, рухнувшие после ноябрьских промежуточных выборов, вновь пошли вверх. Сотрудники президента показали, что они не уныли после поражения партии и способны работать упорно и эффективно.

В-третьих, единый фронт республиканцев с целью не дать Обаме – с прицелом на выборы 2012 года – «ни грамма достижений» в области внешней политики не сложился. Вместо единой и непримиримой позиции республиканцы, в отсутствие явного лидера, выступили с индивидуальными повестками дня. Ричард Лугар остался верен принципам укрепления национальной безопасности США посредством контроля над ядерными вооружениями, Ламара Александера удовлетворило обещание выделить 85 миллиардов долларов на дальнейшее совершенствование надежности ядерных боеголовок, многих республиканцев впечатлила готовность Обамы – вопреки мнению ядра избирателей Демократической партии – пойти на продление налоговых льгот для наиболее обеспеченных категорий граждан.  

Итак, российско-американские отношения не споткнулись. Завершился их важный этап, впереди новый. Вероятно, этот новый этап будет более трудным. В его центре будет стоять проблема противоракетной обороны – гораздо более сложная и противоречивая, чем вопросы сокращения СНВ. В отличие от СНВ, по этой проблеме в Москве и Вашингтоне еще только предстоит принять принципиальные политические решения. От того, что это будут за решения, зависит характер военно-политических отношений России с США и НАТО на обозримое будущее. Сотрудничество в области ПРО открывает переспективу трансформации российско-западных стратегических отношений в направлении их демилитаризации, неспособность реализовать идею сотрудничества будет означать консервацию – хотя и в ослабленной форме -  отношений времен холодной войны.

Собственно, это сказал сам президент Медведев, выступая с ежегодным посланием Федеральному собранию РФ, и авторитетно подтвердил премьер Путин. Ставки действительно очень высоки. На саммите РФ-НАТО в Лиссабоне Дмитрий Медведев сделал партнерам предложение о создании «секторальной ПРО», но конкретный смысл этого предолжения пока не раскрывается. Ясно, что Москву не устраивает положение, при котором она была бы лишь элементом американо-натовского проекта. С другой стороны, очевидно, что требовать глубокой интеграции стратегических оборонительных систем уже с самого начала было бы не реалистично. Необходим подход, сочетающий ясность стратегии и гибкость тактики.

Для начала необходимо ясно понимать, что сотрудничество по ПРО – это не контроль над вооружениями, т.е. политика обеспечения безопасности от потенциального противника, а переход к реальному военно-стратегическому партнерству. Да, пока еще контроль сохраняет значение: сторонам все еще нужны гарантии от партнера, но в перспективе главной гарантией должно будет стать само военно-стратегическое партнерство. Соответственно, в сотрудничестве с США по ПРО придется, наряду с обсуждением военно-технических деталей, углублять и расширять согласие по стратегическим и политическим вопросам. За перезагрузкой моделей собственного поведения должна последовать перезагрузка представлений друг о друге. 

Реально ли это? За прошедшие два года Москва и Вашингтон накопили богатый опыт тесного продуктивного общения, но стереотипы периода конфронтации еще очень сильны в обеих столицах. Разрушить их в одночасье невозможно, но последовательно ослаблять их можно и нужно. Место лидеров в этом деле  – впереди, а не в хвосте. Лидеры обязаны уметь держать удар и не унывать в тяжелой ситуации. И еще они должны смотреть вперед и мыслить стратегически. Достойная и посильная стратегическая цель РФ и США – образовать вместе с остальными странами Европы и Северной Америки общее Евро-Атлантическое пространство безопасности. Сокращений СНВ для этого недостаточно. Сотрудничество по ПРО способно пробить, наконец, «берлинские стены» в головах влиятельных людей. Но, как показывает пример с ратификацией в американском Сенате, само по себе ничего не делается.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.