Нестабильность в арабском мире приобрела хронический характер. За три с половиной месяца волна революций не обрушила подавляющее большинство авторитарных режимов, но она и не захлебнулась. Процесс фундаментальных перемен на Ближнем Востоке и в Северной Африке продолжается. Дистанция оказывается стайерской.

Война в Ливии продемонстрировала ограниченность возможностей внешней интервенции и неоднозначность выбора, который приходится делать США и европейским странам. Лучший сценарий для Запада – заставить Каддафи отправиться в изгнание, но даже если это произойдет, ливийский мир может оказаться не менее сложной – и гораздо более длительной - проблемой, чем ливийская война. Окружение Каддафи покидает его: шефы разведки – прошлый и нынешний - чувствуют, что хозяин проиграл и надо спасать себя. 

Каддафи будет не последним свергнутым арабским автократом: ситуация в Йемене продолжает обостряться. По-видимому, западные союзники президента Салеха решили, что будет лучше, если он уйдет в отставку и будет заменен кем-то из генералов: вариант египетского сценария. Салех упирается: в отличие от Египта, в Йемене сильны племенные различия; на юге страны, бывшем в течение 30 лет независимым государством, распространены сепаратистские настроения; наконец, здесь базируется «Аль-Каида» Аравийского полуострова. Йемен – плацдарм для удара по Саудовской Аравии. 

Между тем саудовско-катарская интервенция в Бахрейне прошла тихо, почти незамеченной из-за грохота бомбежек Ливии. Незамеченной для аудиторий мировых СМИ, но не для региона: подавление при помощи соседей-суннитов шиитского восстания под боком у Ирана выводит конфликт в новое пространство. Перспектива столкновения Ирана и Саудовской Аравии – одного из наиболее опасных сценарией развития ситуации в Заливе - чуть приблизилась. 

Сама Саудовская Аравия выглядит относительно большинства соседей спокойно, но ее среднесрочное будущее внушает наибольшую тревогу. Сумеет ли королевская семья обеспечить такую замену 87-летнему больному монарху, которая сумеет осуществить модернизацию существующей системы без провоцирования внутренних конфликтов? Вопрос открыт.

Зато в Сирии время уже не ждет. Президент Асад, сын президента Асада, оказался вынужденным – под давлением масс - «что-то делать» уже сейчас. Удовлетворятся ли сирийские массы – хотя бы на время -  дозированными уступками властей? Или их смутит тоже дозированное – пока что - применение силы? Это мы узнаем уже скоро.

В Египте, где революция победила, состоялся конституционный референдум и открылся первый послереволюционный туристский сезон. Армия обеспечивает порядок. Страна между тем движется навстречу выборам, которые должны прояснить расклад политических сил. Многие местные демократы и либералы опасаются, что этот расклад будет скорее в пользу «братьев-мусульман», и выглядят растерянными. Тем более когда, за исключением «братьев» и экс-мубураковских национал-демократов, политические партии в стране с 45 миллионами избирателей еще только предстоит создавать.

Не удивительно, что в Израиле и в США так беспокоятся о судьбе израильско-египетского договора о мире. (Там не читают московских газет и не знакомы с компетентным мнением, что все последние события в регионе – результат происков «мировой закулисы»). Недавний теракт в Иерусалиме – первый за несколько лет – был в этой обстановке воспринят как дурное предзнаменование. Премьер Нетаньяху даже съездил в Москву, где он оказался одновременно с лидером палестинцев Аббасом. Пока другие бомбят, Москва повысила свою дипломатическую активность в регионе. Тактически это выигрышная позиция, но, по большому счету, России остается наблюдать за развитием событий. К счастью, рост мировых цен на нефть пока оказался умеренным.

Дмитрий Тренин – директор Московского центра Карнеги.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.