Номинация Майкла Макфола на пост следующего посла США в России является еще одним желанным шагом в сторону консолидации первоначальных достижений американско-российской политики «перезагрузки». Эта та самая политика, которую помог выработать Макфол в роли консультанта Совета национальной безопасности, и она отражает его понимание, что у двух стран есть значительные общие интересы. Номинация Макфола демонстрирует, что администрация планирует продолжать культивировать улучшенные отношения с Россией, независимо от результата выборов президента России, которые пройдут в следующем году, и это доказывает, что она не колеблется в своей поддержке российского членства в ВТО, продвижением которого Макфол уже занимается на текущем посту.

Несмотря на резкое неприятие Республиканской партией политики «перезагрузки», номинация Макфола была, в основном, хорошо принята в Вашингтоне, даже некоторыми республиканцами, и будет неожиданно, если его кандидатура не будет утверждена в Сенате, по-прежнему находящемся под контролем демократов. Тем не менее, сенатские слушания по утверждению в должности, скорее всего, станут возможностью для закоренелых русофобов и критиков внешней политики Обамы встать в позу и осудить политику «перезагрузки» как однобокие договоренности, предположительно благоприятствующие России. Хотя это будет неожиданно, тем не менее, вероятно, что утверждение Макфола будет задержано рядом сенаторов, жаждущих выразить свое неудовлетворение политикой, за разработку которой ответственен кандидат, и Обама может быть вынужден обойти привычный процесс утверждения на должность, использовав свою власть, чтобы произвести назначения на должность в период перерыва в заседаниях Сената. Если это случится, Макфол не заступит на свой пост в Москве до начала 2012-го года, и тогда он столкнется с гораздо более жестким противодействием в новом Сенате на будущий (2013-й) год, если республиканцам удастся вернуть себе контроль над верхней палатой Конгресса.

Блокировка утверждения Макфола станет последней в череде недавних примеров того, как назначения на дипломатические посты превращались в политический футбол, чтобы выразить недовольство предположительным отсутствием у администрации интереса к продвижению демократии и защите прав человека. За последние два года происходили значительные задержки с утверждением на должность других послов, когда небольшой группе сенаторов было выгодно приостановить процесс утверждения, чтобы сделать политическое заявление. Ранее слушания по утверждению в должности для послов в несколько стран были заблокированы на несколько месяцев по той или иной причине, и когда послы, наконец, получают назначение, это обычно происходит с использованием тактики назначения на должность в период перерыва в заседаниях Сената.

Действующий посол США в Сирии Роберт Форд не был утвержден Сенатом, а стал послом благодаря назначению, сделанному в перерыв заседаний верхней палаты. Форд столкнулся со значительным сопротивлением со стороны республиканцев, критиковавших изначальную политику взаимодействия с режимом Ассада, проводившуюся администрацией Обамы. Недавние назначения подобного рода это лишь временное решение. Без официального утверждения со стороны Сената, срок пребывания Форда в должности посла продлится лишь до конца текущей сессии Конгресса, и, учитывая закручивание гаек в Сирии, маловероятно, что Сенат утвердит его теперь. Действующий посол США в Турции Фрэнк Риччиардоне также был назначен в перерыв заседаний Сената, чтобы обойти затянувшийся процесс утверждения в должности, виной которому был один-единственный, уходящий в отставку сенатор Сэм Браунбэк. Риччиардоне стал мишенью для активистов, решивших, что он был неэффективен и не заинтересован в продвижении политических реформ в ходе своего предыдущего посольского назначения в Египте. Несмотря на его компетентность и связи в Турции, его считали кандидатом, который был бы слишком уступчив в отношении действующего правительства Эрдогана.

Так как возражения по поводу кандидатур Форда и Риччиардоне очень похожи на возражения многих республиканцев против политики «перезагрузки», Макфол может столкнуться со схожими усилиями заблокировать его кандидатуру. Процесс его утверждения в Сенате может быть облегчен тем, что он всегда выступал за политическую либерализацию и права человека, и он известен как откровенный критик президентства Владимира Путина. Тем не менее, кажется вероятным, что сенаторы, стремящиеся создать препятствия для важного защитника политики «перезагрузки», не станут отдавать ему должное по этому поводу. Примеры Форда и Риччиардоне доказывают, что опыт работы и компетентность мало влияют на решение Сената утвердить кандидата на должность посла. Борьба за утверждение таких кандидатов превратилась в привычный акт протеста против усилий администраций установить дипломатические отношения с правительствами, с которыми в недавнем прошлом у Вашингтона были несуществующие или ухудшающиеся отношения. Вопрос обычно не в том, подходит ли кандидат на роль представителя Соединенных Штатов, а в том, что некоторые члены Сената считают любое любезное дипломатическое взаимодействие незаслуженной «наградой» правительствам, которые они предпочли бы наказать.

Быстрое утверждение Макфола при широкой поддержке в Сенате было бы в интересах и США, и России, и со стороны критиков политики «перезагрузки» будет ошибкой взять в заложники одно из важнейших дипломатических назначений правительства. Продолжение «перезагрузки» обещает очень хорошо послужить в будущем интересам обеих стран, и это будет более вероятно, если США в Москве будет представлять Макфол. Однако, как мы уже видели в ходе дебатов по договору о сокращении вооружений, у политики «перезагрузки» есть противники, которые сделают все, что в их силах, чтобы попытаться саботировать любой способствующий улучшению двусторонних отношений шаг, каким бы разумным он ни был.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.