Россия отменила запрет на продажу оружия Ирану

«Владимир Путин выразил полное геополитическое пренебрежение по отношению к администрации Обамы в понедельник, разрешив продажу российских ракетных комплексов С-300 в Иран. Кремль предлагает муллам настолько совершенную противовоздушную систему обороны, что это сделает гораздо более трудной и дорогостоящей задачей атаковать ядерные установки Ирана в случае, если Тегеран захочет построить атомную бомбу», — так отреагировала на решение президента РФ The Wall Street Journal (14.04).

В другой статье этого же номера газеты было подчеркнуто, что решение Путина вызвало «мгновенную критику со стороны Белого дома и Израиля». Были приведены слова министра иностранных дел РФ Сергея Лаврова о том, что «на данном этапе необходимость в такого рода эмбарго, причем в отдельном, добровольном российском эмбарго, полностью отпала». А комплекс С-300 «имеет исключительно оборонительный характер, не приспособлен для целей нападения и не поставит под угрозу безопасность какого-либо государства региона, включая, конечно, Израиль».

Тем не менее, авторы статьи акцентировали внимание на том, что «эти действия Москвы могут еще больше осложнить попытки Белого дома довести до конца подписание соглашения с Ираном к 30 июня».

Раскритиковали решение Путина республиканцы и демократы в Конгрессе. Сенатор-республиканец Линдси Грэм (Lindsay Graham) сказал USA Today, что Россия ведет себя как «сообщник» преступных режимов Сирии и Ирана (USA Today, 14.04).

«Неясно, до какой степени продажа ракетного комплекса С-300 Ирану повлияет на способность США или других стран, таких как Израиль, — для удара по ядерным объектам Тегерана», — более откровенно пояснил причины беспокойства телеканал CNN (14.04).

Журналисты и эксперты обсуждали возможные сроки поставки этих систем в Иран. По мнению Дэн Ламот (Dan Lamothe), «оружие может быть отправлено в ближайшее время, дав Тегерану новый способ защитить себя от любых будущих бомбардировок» (The Washington Post, 15.04).

«Я думаю, что С-300 будут поставлены в этом году, — заявил „Интерфаксу“ Али Шамхани, секретарь иранского Высшего совета национальной безопасности», — сообщила The Wall Street Journal (15.04).

«Российские представители властных структур и аналитики предполагают более вероятными сроки от шести месяцев до двух лет, в зависимости от типа ракет и откуда они будут взяты: с военных складов или изготовлены с нуля», — указал Скотт Петерсон (Scott Peterson) в журнале Foreign Policy (19.04).

Высокотехнологичная российская система противовоздушной обороны поможет Ирану лучше защитить его стартовые площадки ракет большой дальности, способные поразить Европу, — указала упомянутая выше The Wall Street Journal (15.04), ссылаясь на Бена Мурса (Ben Moores), аналитика из британского издательства IHS Janes. «Это наверняка подстегнет НАТО развернуть противоракетный щит побыстрее», — сказал он и выразил уверенность, что американские силы будут иметь возможность преодолеть систему С-300 и поразить иранские цели, однако, С-300 серьезно затруднит способность Израиля нанести авиаудары по Ирану.

Обсуждали не только причины, но и следствия

По мнению одного из авторов The New York Times (14.04), «Россия активно ищет новых торговых партнеров, чтобы доказать, что западные санкции не изолировали её от мировой экономики. … Москва провела переговоры „нефть в обмен на товары“ с Ираном, что предполагает приобретение порядка 500 тысяч баррелей иранской нефти в день в обмен на российское оборудование и товары».

Дмитрий Тренин, российский политолог, директор Московского Центра Карнеги, считает, что, снимая эмбарго на поставки С-300, Россия вознаграждает Иран за готовность договариваться с международным сообществом по ядерной программе (The National Interest, 15.04). «Разумеется, переговоры с Ираном будут продолжаться и, возможно, продлятся после крайнего срока — 30 июня, — однако сигнал, который, дала Тегерану Москва, очевиден: в случае неудачи переговоров Россия не поддержит новые санкции», — указывает автор.

Кроме того, продолжает он, «даже в том случае, если торговля между Ираном и Западом снова начнет процветать, это не будет относиться к поставкам оружия и военной техники. Эту нишу намерена заполнить Россия. … Неофициально, русские дают американцам понять, что уступки, на которые Россия шла после холодной войны, в период сотрудничества, не будут автоматически сохраняться в текущем конфронтационном периоде».

Мнения российского аналитика в значительной степени разделила и Карун Демирчян (Karoun Demirjian) из The Washington Post (18.04): «Для России решение о продаже С-300 Ирану является упреждающим ударом несколько иного рода: Россия хочет убедиться, что не упустит удобную возможность войти на иранский рынок еще до снятия международных санкций».

Демирчян приводит мнения различных российских экспертов, которые, с одной стороны, указывают на то, что Россия и Иран, являясь лидерами по объемам запасов природного газа, «могут превратиться в конкурентов, особенно в Европе, которая уже давно ищет альтернативу российскому газу». Однако их объединяет сопротивление давлению Запада, поэтому «Иран никогда не отвернется от России, несмотря на то, что он с радостью поприветствует у себя западных инвесторов после подписания ядерного соглашения».

В подтверждение этой мысли автор отметила, что «На этой неделе министр обороны Ирана выдвинул идею о том, что Россия, Китай, Индия и Иран могли бы создать альянс, потенциально способный стать противовесом НАТО».

«Хоть мы и занимаемся политическим эгоцентризмом, мы не можем позволить себе игнорировать такие страны, как Россия и Иран, особенно когда они действуют согласованно», заявил Джед Бабин (Jed Babbin) в статье «Как Владимир Путин подрывает сделку с Ираном» (The Washington Times, 20.04). И дал понять, что в июле уже не Барак Обама, а Конгресс будет решать, что в соглашении с Ираном можно будет принять, а что – отвергнуть. И, скорее всего, соглашение с Ираном не будет ратифицировано.

«Прямая линия» с Владимиром Путиным

СМИ в течение всей пятницы комментировали телемарафон президента РФ. Надо отдать должное, даже в кратком изложении ответов Путина на вопросы граждан журналисты некоторых ведущих изданий не умалчивали о жестких оценках, которые лидер России давал США и Западу в целом.

Авторы отметили, что большая часть четырехчасовой программы была посвящена экономическим проблемам, жизненно важным для населения, таким, как инфляция и сползающая в рецессию экономика. При этом, когда Путина спрашивали о внешней политике, он «упорно придерживался своей демонстративно вызывающей линии, согласно которой Москва не поддастся давлению западных санкций» (The Wall Street Journal, 17.04).

Вполне объективна картина, нарисованная авторами статьи в этой газете: «Господин Путин заявил, что Москва стремится улучшить отношения с Западом, но осудил США, которым нужны „не союзники, но вассалы“, — система, которая, как он сказал, не подходит независимой России. Он призвал Запад пойти на компромисс в его отношении к России. „Бесполезно и бессмысленно давить на нас с помощью таких мер“, — сказал он, имея в виду санкции. Он также сравнил США с Советским Союзом, который навязал коммунизм странам Восточной Европы после Второй мировой войны: „Американцы ведут себя сейчас примерно таким же образом, пытаясь навязать свою модель всему миру, и они тоже потерпят неудачу“».

«В этом году аудитория студии была примечательна тем, что там присутствовали многие из тех, кто зачастую критически отзывается о Путине, а один из телеведущих, Кирилл Клейменов, задавал жесткие вопросы», — отметила The New York Times (17.04).

Эта газета, как и некоторые другие, обратила внимание на фразу Путина «Для того чтобы строить экономическую политику грамотно, конечно, нужны мозги. Но если мы хотим, чтобы люди доверяли нам, нужно также иметь сердце и понимать, как живет обыкновенный человек».

The Christian Science Monitor (17.04), как и другие издания, уделила внимание выступлению российского фермера Джона Кописки, британца, который прожил в России почти два десятка лет. «Вы говорите, что все идет хорошо. К сожалению, это неправда, — сказал фермер, который пожаловался, что не получал прибыль за 15 лет работы по выращиванию скота. У меня пятеро детей, — добавил он со своего места в студии аудитории. — Я хочу быть уверен в их будущем в России», — писал автор репортажа Майкл Хольц (Michael Holtz).

Путин все же признал, — отметил автор, — что трудные времена не закончились, и попросил у россиян понимания и терпения. В то время как правительство планирует сокращение бюджетных расходов в большинстве сфер деятельности на 10%, он сказал, что постарается облегчить их финансовое бремя.

Пожалуй, наиболее тенденциозно прокомментировал «Прямую линию» Майкл Бирнбаум (Michael Birnbaum) из The Washington Post (17.04). По его мнению, «В целом, образ, который россияне получили от марафонского выступления, был в том, что они имеют лидера, уверенного в своем контроле над ситуацией, и обещающего лучшие времена по мере того, как Россия работает ради повышения своей независимости от глобальных рынков».

Авторы комментария на кабельном телеканале CNBC (17.04) акцентировали внимание аудитории на словах Путина о том, что поставка оружия Ирану оправдана.

Переговоры по Украине заходят в тупик: долгосрочный мир вряд ли возможен

Ситуация на Украине продолжала оставаться в поле зрения СМИ. Фред Уэйр (Fred Weir) из The Christian Science Monitor (15.04) в корреспонденции из Киева признал, что «почти все здесь говорят, что им надоела война против пророссийских сепаратистов в восточной Украине», однако в Киеве нет согласия в том, как добиться долгосрочного мира. Мнения разделились между сторонниками войны и теми, кто надеется, что шаткое перемирие будет длиться достаточно долго, что позволит Украине осуществить кардинальные реформы.

Комментируя прошедшую 14 апреля в Берлине встречу министров иностранных дел России, Украины, Франции и Германии, автор подчеркнул, что украинцы, выступающие за продолжение перемирия, «получили слабую надежду после того, как министры призвали все стороны украинского конфликта отвести от линии фронта тяжелые вооружения, включая танки, минометы и малокалиберную артиллерию».

Фред Уэйр отмечает мнение некоторых экспертов в Киеве, согласных с тем, что на восточной Украине после свержения бывшего президента Виктора Януковича создалась «тревожная обстановка». «Они говорят, что новое правительство упустило возможности инициировать политический диалог до отправки войск на восток для борьбы с поддерживаемыми Россией сепаратистами, выступавшими за Януковича». Однако, по сведениям автора, «большинство экспертов твердо настаивают на том, что вооруженный конфликт был делом рук Москвы».

Авторы The Wall Street Journal (15.04) также уверяли читателей, что «Новые боевые столкновения ставят под угрозу перемирие на Украине». Но отнюдь не посчитали угрозой этому перемирию размещение на западной Украине американских и канадских инструкторов, которые скоро начнут тренировать украинских силовиков.