Yeni Şafak (09.10), продолжая комментировать визит короля Саудовской Аравии в Россию, обращает внимание на его важность не только в плане сближения Москвы и Эр-Рияда, но и с точки зрения формирования региональных и глобальных балансов. Подчеркивается, что, с одной стороны, Саудовская Аравия пытается диверсифицировать свою внешнюю политику, с другой — астанинский процесс, начатый по инициативе России, Турции и Ирана, отодвинул саудитов на задний план в сирийском досье, и с целью присутствия за столом переговоров по сирийскому урегулированию Саудовская Аравия посчитала нужным сблизиться с Россией.

Medya Günlüğü (09.10), сообщая о вхождении турецких военных в Идлиб в рамках соглашения России, Турции и Ирана о создании зон деэскалации в Сирии, отмечает, что возможность войти в число тех, кто управляет событиями в Идлибе, Турции дало урегулирование отношений с Россией — главным игроком в Сирии.

Россия, Турция, Иран и фактически Сирия, без согласия которой операция в Идлибе была бы невозможной, выступают единым фронтом, в то время как ранее они находились во враждебных друг другу лагерях, резюмирует автор Aydınlık (09.10).

По выражению автора Milli gazete (09.10), операция в Идлибе — это ход блока в составе России, Турции и Ирана, выступающего против американского геополитического проекта «Большой Ближний Восток». В период, когда набирают обороты двусторонние отношения между Турцией и Россией, а также двустороннее сотрудничество Турции и Ирана по оси безопасности, все идет к образованию нового «астанинского союза» как важного центра притяжения.


Турция, обеспокоенная планами курдской Партии «Демократический союз» (PYD) / Отрядов народной самообороны (YPG) продвинуться в Идлиб при поддержке США, начала операцию в этой провинции, а Россия и Иран пока, видимо, согласны на то, чтобы Идлиб контролировали силы оппозиции, а не курды, комментирует обозреватель Birgün (09.10).

Условия проведения идлибской операции, в рамках которой турецкие военные разместятся внутри зоны деэскалации в Идлибе, а российские силы — по ее внешнему периметру и будут обеспечивать поддержку с воздуха, представляются сложнее, чем при проведении Турцией операции «Щит Евфрата» в Сирии, подчеркивает автор Sabah (9.10). Так, «Хайят Тахрир аш-Шам» в Идлибе обладает большей общественной поддержкой, нежели ИГИЛ (запрещена в РФ – прим. ред.), и эта группировка может пойти по пути подстрекательства жителей Идлиба к выступлению против военных наблюдателей, а «тот факт, что Россия осуществляет бомбежки, не обращая внимания на гражданское население, может поставить Турцию в непростое положение».

Сотрудничество Турции с Россией и Ираном в сирийском вопросе, а также покупка Турцией российских ЗРК С-400 во многом послужили поводом для возникновения кризиса в отношениях Турции и США, которые взаимно приостановили выдачу неиммиграционных виз, отмечают авторы Güneş (11.10) и Cumhuriyet (11.10).

Против сотрудничества Турции с Россией и Ираном выступает американский истеблишмент, противостоящий президенту США Дональду Трампу, тем временем сам Трамп находит «рациональными» отношения Турции и России, однако обеспокоен отношениями Турции и Ирана, пишет колумнист Star (11.10).

Утверждения о том, что «визовой проблемой» Турцию «наказывают» за то, что она вносит вклад в создание зоны деэскалации в Идлибе, действительно необоснованны, считает автор Hürriyet (12.10). И, несмотря на существующие между США и Турцией разногласия по проблемам ближневосточного региона и прежде всего Сирии, политика, проводимая Турцией в направлении содействия созданию зон деэскалации в рамках астанинского процесса, поддерживается США. По сути аналогичную функцию «гаранта перемирия» США также выполняют вместе с Россией в провинции Деръа близ иорданской границы на юге Сирии.

Сближение Турции с Россией носит временный, тактический и конъюнктурный характер, утверждает политолог Барыш Достер в беседе с Birgün (11.10). Политическое руководство Турции с точки зрения его идеологических предпочтений, политической ориентации, исторического багажа не является и не сможет стать сторонником проевразийского курса. Более того, предпочтения, стремления и амбиции Анкары на Ближнем Востоке гораздо больше согласуются с потребностями атлантического империализма и гораздо сильнее ее интереса к Востоку и Евразии. За тем, что Турция вспоминает о России и Евразии всякий раз, когда переживает напряженность в отношениях с США и ЕС, не стоит какое-либо стратегическое предпочтение, подытоживает эксперт.

Sözcü (10.10) информирует о введении Турцией новых правил импорта сельхозпродукции из России. Так, Турция стала требовать наличие заверений торговых советников или атташе Турции в России при импорте из РФ следующих видов продукции: пшеницы, нерафинированного подсолнечного масла, кукурузы, сухого гороха, неошелушенного риса, жмыха подсолнечника, твердой пшеницы. По мнению главы Стамбульского союза экспортеров зерновых, бобовых, масличных изделий Зекерии Мете, введение Турцией новых правил поставок сельхозпродукции из России ошибочно рассматривать в качестве «ограничения» или «запрета».

Это требование — «косвенный запрет», к которому Турция прибегла в силу того, что Россия по-прежнему не снимает ограничения на поставки турецких томатов, приходит к выводу журналист Sözcü (11.10). Однако продукты, по которым было принято решение о наличии обязательного заверения торговых советников или атташе, представляют собой важные промежуточные товары для турецких экспортеров продуктов питания. В частности, пшеница из России используется в Турции в производстве кондитерских и макаронных изделий, которые идут на экспорт во многие страны. Отмечается, что в прошлом году импорт зерна и растительного масла из России в Турцию превысил 1,3 миллиарда долларов, а экспорт турецких томатов в Россию до кризиса в российско-турецких отношениях составлял около 300 миллионов долларов в год.

Dünya (12.10), приводя заявление министра сельского хозяйства России Александра Ткачева о готовности России ответить на новые ограничения Турции, задается вопросом: в отношениях с Россией возникла новая дилемма?

В статье под заголовком «Сельскохозяйственная война между Турцией и Россией» Vatan (12.10) приводит мнение турецких экспортеров, согласно которому введение новых правил импорта российской сельхозпродукции в Турцию негативно отразится на экспорте продуктов переработки из Турции.

В период крупнейшего за последние годы кризиса в турецко-американских отношениях президент Эрдоган в ходе визита на Украину сделал заявление «мы против незаконного присоединения Крыма к России» несмотря на то, что пока взаимодействует с Москвой в Сирии из-за собственной «курдофобии», комментирует колумнист Birgün (11.10).

Украинцы очень хорошо знают, что Крым никогда не был Украиной, говорит президент Федерации крымско-татарских обществ в Турции Унвер Сель в интервью Cumhuriyet (11.10), и еще в 1991 году, когда Украина провозгласила независимость, жители Крыма пожелали отделиться от Украины. Подчеркивается, что в последние годы в Крыму началась большая работа по развитию, стало заметно присутствие государства, хотя в украинский период этого не было видно. В ближайшем будущем Крым станет самым экономически развитым регионом Черноморья. Кроме того, в настоящее время в Крыму нет какого-либо давления, культурного или религиозного. Были подавлены радикально-исламистские движения, которым в украинский период было вольготно.

Karar (12.10), приводя высказывание официального представителя МИД РФ Марии Захаровой «заявления кого бы то ни было о признании или непризнании Крыма не повлияют на то, что Крым является частью Российской Федерации», сообщает: Россия дала «дерзкий» ответ на заявление Эрдогана о Крыме.


В ответ на высказывания Эрдогана на Украине Россия дала сигнал, приняв в Москве делегацию представителей курдских YPG и обсудив с ними политическое урегулирование и борьбу с терроризмом в Сирии, пишет Sabah (13.10).

События, происходящие в турецко-российских отношениях в последнее время, потенциально способны создать проблемы в некоторых сферах, делает вывод автор Medya Günlüğü (13.10). Эти события касаются давно продолжающегося торга по С–400 между Турцией и Россией, введенного Турцией требования обязательного заверения счетов-фактур в аппарате торговых советников и атташе при импорте российской сельхозпродукции, возможных ответных действий России, заявления Эрдогана о непризнании Крыма частью РФ, а также информации о том, что Турция закрыла свои порты для кораблей из Крыма. Говорить о новом кризисе в турецко-российских отношениях пока рано, подчеркивает журналист, тем не менее нужно понимать, что все это потенциальные источники напряженности.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.