Ракетный удар Соединенных Штатов и их союзников по сирийским химическим объектам обещает стать отнюдь не единственной реакцией Вашингтона на поддержку Москвой режима Башара Асада. Американское Министерство финансов намерено объявить о новых антироссийских санкциях. Они будут касаться именно ответственности за Сирию. Таким образом, в российско-американских отношениях возникают сразу несколько санкционных пакетов, полагает «Еспресо» (16.04). Один — в связи с нападением России на Украину и оккупацией Крыма и Донбасса. Другой — из-за вмешательства Москвы в президентские выборы в Соединенных Штатах. Третий — из-за действий Москвы в Сирии. Объекты этих пакетов могут и не совпадать между собой, но все вместе они бьют по интересам российского политического руководства и олигархов, подтачивают основы экономики страны.


Все ожидали более серьезных действий западной коалиции в Сирии. Некоторые эксперты называют ее удары слабыми. Понятно, что коалиция достигла ставящую перед собой цель. Никто не собирался уничтожать режим Асада и никто не собирался наносить серьезный ущерб российским войскам, говорится в материале «Обозревателя» (16.04) по поводу нанесенных силами коалиции ракетных ударов по Сирии. Правильнее всего сирийские события этих выходных оценивать шахматным термином — угроза сильнее нападения. Сигнал, который получили Асад и Путин, — за попытку продолжить нецивилизованое поведение с использованием химических отравляющих веществ, может последовать серьезное наказание. Ясно, что американцы вполне могли ударить по российским средствам противовоздушной обороны, но не делали этого из соображений безопасности. Задача выполнена. Главный вывод — теперь Асад и российские группы находятся под особым вниманием.


Сейчас уже можно точно сказать, что США, Великобритания и Франция ставили перед собой несколько целей. Первая и главная — никоим образом не дать России повода для прямой конфронтации, подчеркивает «Новое время» (16.04). Российские военные были заранее предупреждены о целях готовящихся атак, а о времени атаки, судя по всему, проинформировали французы. Россия, чьи угрозы в очередной раз были проигнорированы Западом, предпочла не встревать под тем предлогом, что вражеские крылатые ракеты не входили в зону действия российских средств ПВО. При всех гневных филиппиках по поводу западных агрессоров Владимир Путин ничего не сказал в своем заявлении об «ответных действиях». Таким образом, главный вывод из миновавшего кризиса: и в Вашингтоне, и в Москве хватает пока ответственности и разума, чтобы не скатиться к войне. Даже если при этом приходится идти на существенные уступки. Другая цель атаки — показать России, что есть «красные линии», в частности, использование химического оружия, заступать за которые не будет позволено. И здесь очень показательно, что Вашингтону удалось привлечь к участию в операции Великобританию и Францию.


Последнее военное обострение на Ближнем Востоке порождает разговоры о прямом столкновении армий России и США. Напряженные отношения между Европой, Америкой и РФ напоминают начало новой холодной войны и гонки вооружений. Угроза «ядерной кнопки» все больше накаляет ситуацию в мировом сообществе. На фоне сложившейся ситуации встает вопрос: а не ведет ли это человечество к Третьей мировой войне? Как заявил в интервью «Обозревателю» (18.04) экс-начальника штаба Военной миссии связи НАТО в Москве Гарри Табах, Россия создала очень опасную ситуацию, которая может разгореться в Европе, на Дальнем Востоке, на Донбассе, в Приднестровье, той же Абхази. Она может легко начать эту войну. У нас уже были прямые столкновения, но они были на третьей территории — будь то Корея, будь то Вьетнам, Афганистан, вот сейчас в Сирии у нас были прямые столкновения с россиянами. Но это мелкие столкновения. Если же будет прямое столкновение России с США, то миру придет конец.


Российская стратегия против Запада рассчитана минимум до 2030 года. Украинское направление представляет собой существеннейшую часть этой стратегии. Никто ни при каких обстоятельствах не будет останавливаться. Поэтому мирные планы — из разряда политических концепций, которыми обмениваются между собой элита США, европейская элита и часть нашей элиты. С учетом предвыборных кампаний, которые, как правило, диктуют логику подобных заявлений. Ну надо бы что-то делать, отчитываться и так далее. К реальности они имеют весьма опосредованное отношение. Это на уровне политических анекдотов, которые ходят в элитарных кругах: «А вот так мы еще Донбасс не замиряли». Донбасс замирится тогда, когда Путин решит, что надо замирить, считает эксперт «Апострофа» (20.04). Или же когда вынесут физически российские войска, если американцы нанесут удар или помогут нам нанести — и мы физически выбьем агрессора. Но вероятность этого плана еще меньше — 0,0001%. Поэтому война будет продолжаться, это классический стабильный конфликт, который длится годами.


В интервью «Апострофу» (22.04) чешский политик и дипломат Карел Шварценберг выразил мнение, что своей ревизионистской политикой Владимир Владимирович хочет вернуться в мир, в котором существовал Советский Союз. Путин был агентом КГБ в ГДР во времена, когда российские войска и танки стояли в Германии, а значительная часть Азии принадлежала СССР. А реальность Путина потрясает, считает дипломат. «Я понимаю, что он ностальгирует по тем временам. Здесь все просто: Путин — ревизионист. Он очень честен в этом и сам признался, что величайшей катастрофой 20 века считает распад Советского Союза. И это после двух мировых войн, которые пережил мир в том столетии», — подытожил Шварценберг.

 

Директор военных программ Центра Разумкова Николай Сунгуровский рассказал «Апострофу» (19.04), какую опасность таят Минские соглашения и почему без согласия России нельзя решить вопрос с миротворцами на Донбассе. По мнению эксперта, в целом Минские договоренности хорошие: они ведут к тому, что возвращается контроль над границей, восстановится суверенитет. Но вся беда в том, что никто не гарантирует, что эти договоренности не будут выполнены наполовину. После того как будет прекращен огонь, установено перемирие и проведены выборы, кто новоизбранной власти помешает обратиться к России с просьбой о заключении военного союза, как это произошло в Абхазии и Осетии? Появление российских баз на той территории — это окончательная заморозка конфликта, а не его разрешение. И тогда можно сколько угодно говорить, мол, а почему вы остальные шаги не выполнили. Войска уже там — на законном основании. И все.


Бывший посол США на Украине Стивен Пайфер напомнил, что российская армия сильна, хорошо экипирована и превышает по численности украинские войска. Однако экс-посол США предположил, что Россия не решится на шаг, который может повлечь за собой новый пакет санкций и поддержку Украины со стороны Запада. «Украинские военные и правительство понимают, что они не смогут вернуть Донбасс силой. Если они попробуют, то российские военные войдут на Донбасс гораздо масштабнее. В таком случае военные РФ, например, смогут занять Мариуполь», — отметил эксперт в интервью журналу «Новое время» (22.04). «Активный конфликт подрывает действия украинского правительства, оказывает давление на государство и усложняет успехи Украины — и экономические, и политические», — отметил Пайфер.


Президент Украины Петр Порошенко призвал Верховную раду поддержать его обращение к вселенскому патриарху Варфоломею о признании автокефалии Украинской православной церкви, информирует «Украинская правда» (19.04). Порошенко отметил, что его пасхальная встреча с патриархом Варфоломеем оказалась обнадеживающей, хотя диалог между Украиной и вселенским престолом о единой поместной церкви шел годами. Президент подготовил обращение к патриарху о предоставлении Томоса — говоря светским языком, грамоты — о независимости Украинской церкви. По его мнению, это будет восстановлением исторической справедливости: «Именно из Царьграда пролился на нашу благословенную землю свет христианской веры, которым мы потом поделились с Залесьем, где древние киевские князья очень опрометчиво основали Москву». Также он подчеркнул, что «автокефалия» должна укрепить межконфессиональный мир, а не распалить конфликт. «Такой Томос укрепит нашу независимость. Он удалит рудименты того политического проекта, который называется «русским миром» и который придумали именно иерархи Русской православной церкви. Это уже потом эту опасную для Украины политическую ересь взяли на вооружение власти Российской Федерации», — заявил Порошенко.


Решение «украинского вопроса» Запад воспринимает как продолжение санкционной политики против России. Политическое православие — одна из основ, на которых держится режим Владимира Путина, пишет Lb.ua (19.04). На сегодня Московский патриархат — из числа православных — наиболее многочисленный. Но если украинские приходы выйдут из его состава, он таковым быть перестанет, что, несомненно, ударит не только по МП, но по власти РФ в целом, в частности по идеологическим скрепам «русского мира», — поясняют компетентные собеседники. Таким образом, Украина не есть главным субъектом процесса, но просто удачно вписывается в сложившуюся мировую конъюнктуру.


Преодоление раскола в украинском православии, как и сам раскол, — это дело не Церкви, а результат действий людей, политиков (как в свое время переход Киевской митрополии из-под подчинения Константинополя в Москву). Но проблема объединения украинского православия — это не только проблема УПЦ Киевского патриархата и Украинской автокефальной православной церкви. И попытка вычеркнуть, вынести за скобки процесса УПЦ Московского патриархата не преодолеет раскол в православии. И если Порошенко не понял до конца позицию Вселенского патриархата, то попробую объяснить: там хотят преодолеть раскол, а не зафиксировать его какие-то новые линии, пишет «Новое время» (18.04), комментируя решение президента Украины Петра Порошенко добиться для Украинской православной церкви (КП) статуса автокефалии.


Как и с минскими договоренностям, вопрос об автокефалии слишком серьезен, чтобы просто верить. В частности, хочется знать, а какую из церквей на Украине договорились признать Автокефальной? Кто будет посвящен ее главой? Обращения к Вселенскому Патриарху прислали две православные церкви. Так что, они обе будут Автокефальные православные, или они объединятся в одну? Почему тогда сначала не объединиться в одну, а затем претендовать на признание? Далее полностью не понятно, что планируют сделать из РПЦ? Давайте признаем, что за четыре года президентства президент Порошенко ничего не сделал для ограничения ее влияния на Украине, отмечает «Главред» (20.04). Даже вполне антигосударственные крестовые походы «за мир во время войны» позволяли беспрепятственно проводить…