Цепочку аргументов можно, причитая, перебирать как четки. Когда любители превратились в профессионалов, спорт потерял невинность. Деньги, которые предвещают золото, вводят спортсмена в искушение. Они побуждают его пренебречь правилами и обеспечить себе преимущество посредством обмана. Обычно это происходит путем усиления мышечной активности вследствие приема запрещенных препаратов. Спорт не лучше и не хуже общества, в котором он существует. Общество просто отражается в спорте. Тому, кто выбирает спортивную карьеру, не суждено оказаться на острове блаженных.

Примерно такие рассуждения приходится слышать всякий раз, когда кого-то ловят на взятке или на допинге. Однако объяснение мотивов обмана не может служить утешением. На самом деле, такие вещи вообще нельзя объяснить. Каким образом кто-то может почувствовать себя в шкуре греческого спринтера Костаса Кентериса (Kostas Kenteris) или его американского коллеги Тима Монтгомери (Tim Montgomery)? И если здесь приводятся имена легкоатлетов, то это не значит, что остальные лучше. Просто в легкой атлетике ищут более тщательно, а значит, находят чаще.

Отличительная черта героев допинговых скандалов - это большой расход криминальной энергии. Теперь уже недостаточно проглотить таблетку и надеяться, что проверять не будут или проверят слишком поздно. Можно также уповать на то, что новый наркотик пока вообще не научились распознавать. Нет, атлетам вроде Кентериса или Монтгомери надо еще подумать о том, как избавиться от непрошеных контроллеров. Им приходится держать в тайне места своих тренировок.

Сезон они планируют таким образом, чтобы скрыть наличие допинга в крови, но при этом оказаться под воздействием наркотика в момент старта. Злоумышленники учатся публично лгать, сверкая улыбкой после очередной победы. При этом некоторые даже имеют наглость произносить пространные речи в защиту спорта, свободного от допинга. Почему такие люди не займутся подделкой паспортов или чековых книжек? В этом случае вреда было бы меньше.

Тех, кого поймали на применении допинга, следует дисквалифицировать пожизненно. Такой приговор был бы справедливым даже после первого проступка. Зачем миндальничать с теми, кто сознательно нарушает правила? С теми, кто обманывает соперников и зрителей, игнорируя заповеди честной игры, несмотря на олимпийскую клятву?

Пожизненная дисквалификация означала бы запрет на профессиональную деятельность. Тем не менее, такой приговор был бы справедливым. Мошенник попытался бы возразить, что народ сам желает быть обманутым. По сей день многие уважаемые люди называют олимпийскую чемпионку Флоренс Гриффит Джойнер (Florence Griffith-Joyner) примером для подражания, хотя трудно поверить, что ее рекорд на стометровке был установлен честно. А греки, долгое время восторгавшиеся Костасом Кентерисом с его победой на Олимпиаде в Сиднее, теперь вдруг невзлюбили этого спортсмена. Непонятно только, почему им раньше не приходило в голову усомниться в его достижениях.

В восьмидесятые годы к позорному столбу пригвоздили спортсменов из Восточной Европы, особенно из ГДР. Было установлено, что они принимали допинг по приказу государства. Однако свободный Запад тоже не дремлет. Это подтвердили летные скандалы в США. Там коллективное принуждение, здесь индивидуальный выбор, но результат один и то же - допинг принимается на каждом шагу. В этом отношении можно утверждать, что результатом противостояния двух систем стала боевая ничья.