В наши дни понятие 'феминкорректность' уже практически вытеснило 'политкорректность'. Мужчин всячески подталкивают к тому, чтобы выражать свое 'женское начало'. Конечно, борьба феминисток за место под солнцем оправдана, и, наверное, ее потихоньку нужно продолжать, но не ошиблись ли мы в выборе стратегии? Не превратится ли это здоровое возмущение (борьба за изменение курса), начало которому положил 1968 г., в бесплодную революцию (не вернемся ли мы туда, откуда пришли)? И пусть не все мужчины слепо подчиняются этим феминистским требованиям, но у них уже проявляется кризис социальной идентичности, какую бы роль они не играли: друга, отца или гражданина. Негативные последствия этого кризиса достаточно велики: потеря желания, отказ подчиняться установленным правилам, формирование 'материнского' общества.

Сначала о потере желания. В современных парах у мужчины все больше проявляются женские качества, и тогда теряется образ Другого, отличного, чувство неполноты и нехватки, которые являются основой желания. Ведь символ любовного желания, Эрос - это сын Пении (Нужды) и Пороса (Богатства). В этом мифе ясно прослеживается противоречивая натура Эроса: богатство и суета мирская, величие и нищета. Если мы хотим вкусить желание во всей его полноте, нужно принять тревожную непохожесть Другого.

Второе следствие этой феминизации мужчин - отказ от установленных правил. Мы видим, как ярко проявляется эта тенденция у наших детей, которые становятся все более жестокими. Отсутствие ограничителей зарождается в семьях, где отец вынужден заменять мать - это все равно, что заменить материнское молоко стерилизованным. Но ведь, как и у точки в геометрическом пространстве, у человека тоже есть свои оси координат: сексуальная идентичность и семейная наследственность, которые задают два различных существа - отец и мать. А отцы, которые превращаются в матерей, перестают выполнять четыре свои основные функции: быть примером для сыновей, предметом обожания для дочерей, биологическим объектом желания матери и, наконец, символическим хранителем порядка.

'Материнское' общество, третье следствие 'феминкорректности', характеризуется тем, что государство понемногу отказывается от своей первоочередной функции - управления в пользу близости к гражданину, скорой помощи и опеки. Это государство, которое тут же отвечает на наши запросы, даже если ему придется потом опровергать свои же слова. Отцовское 'нет' подменяется материнским 'да, но. . .' И демократия таким образом скатывается к популистским рассуждениям. Но для того, чтобы говорить 'нет', чтобы противостоять разного рода порывам, политику придется смириться с нелюбовью. Мать не может пойти на это, а отцу приходится. . . из чувства долга.

На предприятиях феминизм тоже процветает. Несомненно, хорошо, что мы вспомнили, наконец, об общечеловеческих ценностях, но не нужно забывать и о том, что иногда необходимо действовать решительно. Возьмем два примера. Глава предприятия больше не должен 'решать', ему нужно 'рассудить', сделать правильный выбор. Судья, арбитр на латыни - это свидетель игры. Это более материнская позиция, чем у того, кто принимает решения, не зря говорят 'сказал, как отрезал!'. И еще - руководитель проекта уже больше не 'отвечает' за него, а просто 'пилотирует'. А значит, он не отвечает перед законом, как в латыни, а скорее 'рулит', как в греческом, откуда и происходит слово 'пилот'. Итак, даже этимология призывает нас к здравому смыслу!

А здравый смысл в том, чтобы мы, женщины, отказались бы, наконец, от этого яростного стремления во всем походить на мужчин, чтобы обоснованное требование равенства полов не сочеталось у нас с бесполезным и слепым подражанием. Да, мужчина и женщина равны. Нет, мужчина и женщина не похожи. Между бой-бабами и послушными исполнительницами мужских желаний, между мачо и метросексуалами нам нужно выбрать, наконец, что-то среднее и разумное: пусть это будут просто мужчина и женщина. Но это не так просто! Этот путь требует личного мужества, это спасение не может быть коллективным. Мужество для того, чтобы каждый из нас примирился со своей половой идентичностью, не пытаясь свернуть на легкий путь обвинения или переделывания другого.

Чтобы мы, женщины, делали, если бы мужчины вынуждали нас к проявлению нашего 'мужского начала'? Итак, давайте наберемся храбрости и вынесем феминистские проблемы на тот уровень, который им действительно подходит: их должны обсуждать взрослые мужчины и женщины, которые примирились с самими собой, уважают, интересуются и желают друг друга. Это должна быть творческая дискуссия, а мужские слова, возвеличивающие женщину, должны сопровождаться соответствующим обращением с ней, обращением на равных, которое будет одинаково далеким от бессмысленной феминизации мужчин и от старой схемы общения, неприменимой в современном обществе. Сегодня это необходимый и жизненно важный выбор для 'устойчивой' цивилизации.

* Психоаналитик, консультант по подбору кадров. Автор книги 'Да будут они. Без настоящих мужчин нет настоящих женщин'.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.