Хор запевает вечерню, женщины зажигают тонкие свечи, певчая выходит из-за позолоченного иконостаса и произносит молитву. На русском. Собор Успения и Всех Святых в Найтсбридже, в самом сердце Лондона. Здесь вот уже год идут службы по канонической православной традиции. И именно здесь, насколько бы парадоксальным это ни казалось, более заметна - больше, чем в бутиках Бонд-стрит и Роял-Альберт-Холла, больше, чем в Уимблдоне и в ономастике резиденций - власть новых русских, которые превращают Лондон в Лондонград.

На протяжении многих лет эта церковь, где архиепископ Василий служил на английском и русском языках, была центром духовной жизни московских изгнанников. До тех пор, пока новые посткоммунистические миллиардеры, которые в воскресенье заполняют дворик машинами 'Бентли' и 'Феррари' (а церковь - благотворительными пожертвованиями), не запросили домашнюю, московскую службу в Лондонград, который стал им домом. И патриарх Алексий II снял с должности излишне экуменического епископа Василия, вверив епархию Иннокентию Корсунскому. К радости присутствующих на вечерне дам, которых на улице ожидают шоферы, а дома - мужья-олигархи, живущие в самом сердце Лондона и наполняющие счета деньгами. Даже мэр Кен Ливингстон, тот, что сказал: 'капитализм породил больше жертв, чем Гитлер', приветствовал их приезд. Со времен арабских нефтяных шейхов не было эмиграции элит, подобной этой: люди, которые покупают и выставляют напоказ, которые дают детям образование в лучших колледжах, которые присутствуют на приемах и которые приходят в ужас, если в их гардеробе присутствует вышедшая из моды вещь.

Шпионы и бассейн с акулами

Но под этим слоем блинов и икры светской России, которая на регате 'Каус-Уик' выставляет напоказ огромные бриллианты за 250 тысяч фунтов стерлингов, которая на скачках в Аскоте занимает место в ложе герцога Девоншира, как Борис Березовский; которая создает, вместе с Владленой Белолипской, поло-клуб 'Vladimoscow', под этим изобилием и бесконечным богатством - как у 41- летнего Романа Абрамовича, второго капиталиста в Лондоне - скрывается другая, опасная Россия, которая на берегах Темзы разрешает свои споры. Потому что Лондонград на протяжении 18 лет является политическим и финансовым терминалом посткоммунизма: от гангстерских времен не поддающейся контролю приватизации и до невероятных капиталов (Березовский), от времени новых олигархов, предпочитающих отмалчиваться (Абрамович, Дерипаска и т.д.), до принципиальных и энергичных Путин-бойз. Здесь, где коммунизм 160 лет назад был описан в 'Манифесте': 'Призрак бродит по Европе'. Будто бы дома у Бонда, Джеймса Бонда, он пустил корни, вместе с магнатами, которые боготворят (не)налогообложение - финансовые органы облагают налогами только их британский бизнес - как и новый 'Призрак', вооруженный ядовитой ручкой (Березовский ускользнул от подобного покушения) и полонием. Даже 'Sunday Telegraph' в декабре опубликовала стихи 'Из России со смертью', в которых говорится так: 'Не хочу, чтобы ФСБ было слишком близко ко мне, / когда Россия торгует смертью, / смешивает мафию, шпионов и олигархов, / а Лондонград - как бассейн с акулами'.

Действие одного из актов постановки 'Из России с террором' (ФСБ - детище бывшего КГБ) разворачивалось в отеле 'Миллениум', где произошло преступление, имевшее международную интригу: смерть из-за отравления Александра Литвиненко, бывшего полковника КГБ, который только что встретился с двумя деловыми людьми - Луговым и Ковтуном. А Березовский, взявший слово на похоронах Литвиненко, две недели назад сказал: 'Путина можно свергнуть только силой'. Из объяснений Березовского, усложняющего отношения между Блэром и Кремлем следует, что он работает над проектом, точно новый Ленин, который здесь, в Лондоне, замышлял революцию.

Березовский (61 год) был первым олигархом, выбравшим Лондон. Друг Ельцина, близкий (одно время) к Путину, наставник молодого Абрамовича, который после развода оставил своей первой жене Ольге лишь двухкомнатную квартиру с кухней, крупный предприниматель Борис прибыл в Лондон с капиталом в 1,5 миллиардов долларов. И, пока Путин не отвернулся от него, потребовав его ареста в 2003 году, он был первым представителем Москвы на берегах Темзы. Дом-бункер за 10 миллионов фунтов-стерлингов в Суррее и офис в Мейфэр, эскорт бывших французских легионеров и обеды в Caviar Caspian: Березовский стал визитной карточкой старой России времен Ельцина. Так же как и Абрамович сегодня является визиткой России Путина: новой России, которая убирает епископов и даже неправославные рестораны. Так, Caviar Caspian больше не существует, он теперь называется Bellamy's, и здесь готовят французские блюда, хотя в меню все еще значится белужья икра за 480 фунтов-стерлингов за порцию. И даже Borscht&Tears на Бошам-плейс, где хозяевам заведений приходится орудовать локтями, чтобы завоевать себе место, представляет собой только запылившуюся витрину: стулья на столах и выцветшие занавески. Потому что Лондонград больше не желает англизированных традиций, ни в церкви, ни на ужине.

Ситуация начала меняться, когда арестованный Березовский попросил убежища, и оно ему было предоставлено. Залог был заплачен лордом Тимоти Беллом и адвокатом Стивеном Кертисом, впоследствии погибшим в таинственной вертолетной аварии. Первая странная смерть в этой истории. Последняя? 65-летний Юрий Голубев - один из основателей 'ЮКОСа', нефтяного колосса, главой которого был Михаил Ходорковский, пока колосс не ликвидировали, а нефтяного предпринимателя не арестовали к двойной радости Кремля. Голубев умер в Лондоне, по официальной версии от инфаркта, в январе, через два месяца после Литвиненко и 41-летнего Игоря Пономарева, представителя Inter-Maritime, скончавшегося на диване в собственном доме после приступа жажды, как это бывает при радиоактивном отравлении. В общем, в Лондонграде за короткое время умерли Кертис и Литвиненко, Пономарев и Голубев. Четверо похорон и одна свадьба.

Свадьба провалилась, зато почти завершилось переделывание Лондона на русский манер, потому что в прошлом месяце Ирина Маландина, 39 лет, стала самой богатой одинокой женщиной Лондона - после 15-летней супружеской жизни с Романом Абрамовичем. Которому она родила пятерых детей. Вместе с мужем она приобретала яхты и автомобили, городские усадьбы - дворец Chester Square, одно время бывший домом Берни Эклстона - и резиденции в предместьях, например, поместье в Суссексе, в двух шагах от Брайтона, где расположены отличные колледжи и недалеко от аэропорта Gatwick, где находятся их два самолета. Сказка без счастливого конца о стюардессе Ирине, молодой, красивой блондинке, которую Абрамович захотел сделать своей женой. Став его женой, она оказалась владелицей и контрольного пакета акций 'Аэрофлота'. Сказка об Ирине, сотканная из шопинга в 10 тысяч фунтов-стерлингов в день, на Sloane и Bond Street, и из улыбок в почетной ложе на "Стемфорд Бридж", где играет 'Челси' или 'Челски', как эту команду называют русские друзья, которых Роман, хозяин клуба, привозит из Москвы, чтобы посмотреть игру.

В прошлую среду на полуфинале чемпионата с 'Ливерпулем' Ирины в ложе не было, как не было, впрочем, и Дарьи Жуковой. Даши, как ее называют, молодой, красивой брюнетки, 25-летней модели, которая заняла место Ирины в сердце Романа. И все по вине подружки, которая их представила друг другу, Ксении Собчак (дочери бывшего мэра Санкт-Петербурга, тогдашнего покровителя Путина), этой Пэрис Хилтон Красной Площади, ведущей эротической программы на телевидении. Таким образом, Абрамович, который к Путину обращается на Вы, еще больше приблизился к 'верному кругу людей': вместо того, чтобы ссориться с Путиным и закончить как Ходорковский в сибирской тюрьме, он уступил пакет 'Сибнефти' 'Газпрому' и перепродал даже 'Аэрофлот'. В итоге Абрамович все равно оказался в Сибири, но только в качестве губернатора Чукотки, и положил в кошелек 11 миллиардов фунтов. Как бы там ни было, Ирине Маландиной достанутся поместье в Суссексе, самолет, яхта, 'Феррари', больше 230 миллионов фунтов. Безусловно, первой жене Ольге досталось меньше.

Сегодня существует нечто большее, чем двухкомнатная квартира с кухней. У Джеймса Форбса - джентльмена, который управляет компанией, занимающейся недвижимостью, Strutt&Parker прямо напротив Cadogan Place - окрещенной Олигарх-роуд, улицей олигархов - есть два способа показать, что означает иметь дело с миллиардерами Лондонграда: письменный стол Дейзи Хорвелл, специалиста по олигархам, и последняя статистика агентства. 'Посмотрите сюда, русские покупатели элитного жилья составляют лишь 6,8%, когда дом стоит около 4 миллионов фунтов, но их количество увеличивается до 20%, когда цена недвижимости превышает 8 миллионов'. Дома-трофеи, так их называют здесь.

Лондонград - это Кенсингтон Плэйс Гарден, где Леонард Блаватник купил замок за 41 миллион фунтов: 10 комнат, 9 ванных и бассейн. Это Белгравия, где Олег Дерипаска, алюминиевый король, живет вместе с женой Полиной в доме эпохи Регентства. На несколько домов живет и Виктор Вексельберг, нефтяной предприниматель, мотающийся между Sotheby's и Christie's, где в декабре была выставлена на продажу коллекция русского искусства 1800-1900 годов за 28 миллионов фунтов. И хотя Владимир Вороненко, представитель фонда Вексельберга, утверждает, что приобрел 'лишь несколько вещей', четверо из пяти покупателей в зале были русскими: новые русские богачи, которые показываются или показывались в 'Миллениуме', которые владеют гостиницами, как Абрамович, которые покупают белужью икру на пятом этаже Harvey Nichols, где шести продавщицам пришлось выучить русский. Те новые богачи, которые, как объяснил бывший президент Горбачев, скупают целые кварталы, и 'если так будет продолжаться и дальше, этот кусочек Лондона будет в их руках'.

И не только, если Владимир Лисин, другой олигарх, заплатил 6,8 миллионов фунтов за поместье в Пертшире и если Лондонград расширяется, захватывая другие кварталы. Такие как Хэмпстед, где у Юрия Шляйфштейна есть вилла-форт с затемненными, пуленепробиваемыми стеклами. И с видом на Хайгейт, кладбище, где похоронены Литвиненко, последняя установленная жертва посткоммунизма, и даже Карл Маркс, невольный отец всей этой истории, написавший 'Капитал' именно здесь, где капитализм является самым распущенным, почти возмездием - Шляйфштейн приехал из Москвы жить, инвестировать, тратить. В Лондонграде, русском анклаве, где живут и умирают действительно особым образом.

_______________________________________________-

Лондонград: Русский форпост с большей степенью свободы ("The New York Times", США)

Что здесь забыли все эти русские? ("Time", США)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.