Саймон Сибэг Монтефиоре (Simon Sebag Montefiore) рассказывает Питеру Уилсону, почему он переключился с исторических книг на художественный вымысел и написал свой первый роман о судьбе нескольких поколений русской семьи.

Сегодня Россия штампует миллиардеров, которые в юности были молодыми коммунистами. США пытается свыкнуться с удивительным фактом: в результате президентства Джорджа У. Буша белому мужчине стало трудно баллотироваться в президенты страны. А в Британии опять в моду вошли великосветские денди. Староста из Итона Борис Джонсон стал мэром Лондона, выпускник того же колледжа аристократ Дэвид Кэмерон может занять пост премьер-министра - а ведь сменилось всего одно поколение с той поры, когда англичане в шутку замечали, что в кабинете Маргарет Тэтчер больше бывших эстонцев, чем итонцев.

Принявший нас в залитой солнцем гостиной своего красивого дома в Кенсингтоне Саймон Сибэг Монтефиоре, выпускник школы Хэрроу и Кембриджа, является живым доказательством того, что даже строго придерживающаяся меритократического принципа Британия XXI века по достоинству оценивает некоторых представителей состоятельных сословий с хорошими связями.

На буфете стоит фотография старого друга семьи принца Чарльза - он расписывается в книге для гостей на свадьбе Сибэга Монтефиоре, состоявшейся в 1998 году. Это событие широко освещалось в СМИ и вошло в историю, поскольку именно на этой свадьбе принц Уэльский и Камилла Паркер-Боулз впервые рискнули показаться на публике как пара.

Наверху располагается столовая, где Сибэг Монтефиоре организовал еще одно мероприятие, о котором писали в газетах: частный ужин, где он познакомил Чарльза с Кэмероном и членом теневого кабинета Майклом Гоувом (Michael Gove), шафером на все той же свадьбе.

Однако 42-летний Сибэг Монтефиоре чаще всего попадает на полосы газет благодаря своим достижениям, а не социальным связям. Широкую известность бывшему журналисту принесли его увлекательные книги об истории России, удостоенные многих премий. Недавно он подписал ряд крайне выгодных контрактов на публикацию романтического романа, действие которого охватывает всю историю России ХХ века.

Мировая премьера 'Сашеньки', так называется этот роман, недавно прошла в Австралии, но автор уже подписал договора на издание книги на 16 языках и надеется заключить такой же контракт на ее экранизацию, как для своей последней исторической книги 'Молодой Сталин' (Young Stalin), описывающей доселе неизвестные подробности юности Сталина, поэта, соблазнителя, террориста и грабителя банков.

'Сашенька' - это история красивой русской женщины. Ее любовная жизнь и семейная сага начинаются в царской России, проходят через горнило революции и заканчиваются в эпоху баснословно богатых олигархов, владеющих некоторыми из лондонских особняков, которые Сибэг Монтефиоре видит из окон своего офиса.

Жизнь сводит и разводит Сашеньку с историческими персонажами, например Сталиным и Распутиным, в книге много захватывающих подробностей, которые попались на глаза автору, когда он собирал материал для своих исторических книг.

'Некоторые люди говорят, что писать коммерческий роман на данном этапе моей карьеры - полное безумие, и я знаю, что иду на риск, но мне это показалось совершенно естественным, - говорит он. - Даже в случае исторических книг я вижу себя в первую очередь рассказчиком. В основе моих исторических книг лежат результаты научных исследований, кропотливое изучение архивных материалов. Опубликовать книгу, которую читать невозможно, может любой, что, собственно говоря, все время и происходит'.

Писатель считает, что сделать книгу интересной - это серьезный тяжелый труд.'Я тружусь до седьмого пота, чтобы мои книги были интересны всем, моей матери, например. Она в жизни не станет читать исторические труды, но получает удовольствие от хороших романов. Сюжет 'Сашеньки' я придумал, но он основан на действительных событиях, прототипами стали реальные люди, о которых я узнал, когда работал над своей первой книгой о Сталине ('Сталин: двор красного монарха', Stalin: The Court Of The Red Tsar). Когда работаешь в архивах и читаешь эти истории, слезы наворачиваются на глаза: невозможно поверить в то, что весь этот ужас действительно имел место, и просто диву даешься, как эти люди справлялись с невообразимо сложными ситуациями, например: как спасти детей, когда знаешь, что их родителей арестуют во время коммунистических чисток и расстреляют?

Общаясь с Цзюнь Чан, написавшей биографию Мао Цзэдуна, сразу понимаешь, что на неутомимые изыскания о китайском диктаторе ее толкает мучительный опыт детства, прожитого при терроре Мао, но одержимость Сибэга Монтефиоре Россией и Сталиным - в которой он сам признается - имеет не такие болезненные корни. Семья матери писателя приехала в начале ХХ века из российской Литвы, чем и объясняется его интерес: 'Меня всегда завораживала история этой страны. Когда я был маленьким, родственники часто разговаривали о том, что там происходило, мне показывали множество старых фотографий примечательных персонажей при усах и : ну, в общем, Вы понимаете'.

По окончании Кембриджа, где он изучал историю России, Сибэг Монтефиоре начал работать в банке, потому что, по его словам, 'в 1987 году все этим занимались'. Но он быстро понял, что не создан для этой работы.

'Я начал писать, в надежде, что это поможет мне уйти из банка. Когда мне было 21 или 22 года я написал два романа. Первый назывался 'Королевский парад' (King's Parade), а второй - 'Что у меня вышло со Сталиным' (My Affair with Stalin). В последнем рассказывалось о десятилетнем мальчике, который учится в английской школе-интернате и воображает себя Сталиным. Видите, я уже тогда думал о нем. Мальчик много читает о Сталине и становится одержимым им. Он вовлекает всю школу в свою игру - воспроизведение жизни Сталина, - которая имеет разрушительные последствия. Чем-то напоминает 'Повелителя мух''.

Сибэг Монтефиоре не ошибался в оценке перспектив своей банковской карьеры. 'Начнем с того, что я не дружил с цифрами. Я постоянно просыпал и опаздывал на работу. Банкир из меня получился никудышный. Мне нравились офисные сплетни, но с математикой я не дружил, - говорит он. - В конечном итоге я оказался в 'бутиковом' банке в Нью-Йорке, и когда я там работал, он закрылся, но в результате я получил энную сумму денег, не состояние, конечно, особенно по сегодняшним меркам, но мне не нужно было срочно искать другую работу'.

'Большого наследства мне не досталось, но в те времена не нужно было иметь много денег, чтобы жить в России, не говоря уже о таких местах, как Чечня . . . Всю свою жизнь я изучал этот мир, поэтому и отправился туда, просто так, без конкретных планов, чтобы посмотреть, как творится история'.

Время он выбрал для этого идеальное - на дворе стоял 1991 год, Советский Союз разваливался на части. Он не говорил по-русски, не имел опыта журналистской работы, но в скором времени стал работать нештатным корреспондентом.

'Я ездил в основном на Кавказ, и в такие города, как Тбилиси, Баку, Самарканд, и везде, куда я попадал, начиналась гражданская война, или происходило что-то вроде революции, и повсюду были боевики. Все настоящие журналисты сидели в Москве, потому что там происходили важные события, поэтому часто получалось так, что я оказывался единственным корреспондентом в дальних уголках, и это было просто замечательно'. Сибэг Монтефиоре писал для New York Times, New Republic, Spectator, Times и т.д. 'Настоящие журналисты меня просто ненавидели. Я был на месте событий и добывал информацию, которую они, вероятно, тоже должны были иметь. Им звонило их начальство и спрашивало: 'Почему этот парень был там, а Вы нет?'. А они спрашивали: ' А кто, это, черт побери?'. Это было беспорядочное и в некотором роде романтическое время'.

Сибэг Монтефиоре утверждает, что вся его карьера - результат этих пяти авантюрных лет. 'Я был в Чечне в 1994 году, знал всех главных действующих лиц, всех темных личностей, главарей бандитов, полевых командиров и т.д. и т.п.'.

'У меня не было постоянной работы, не было девушки, не было четкого плана действий. Я просто плыл по течению. У Тома Петти (Tom Petty) была замечательная песня 'Свободное падение' (Free Fallin'), именно ее я пел, когда мчался в неизвестном направлении в кортеже автомашин вместе с каким-нибудь диковиным диктатором. Я тогда думал: 'Вот это - настоящая жизнь!'. Поскольку до этого я все время был частью каких-либо структур. Я учился в Хэрроу, одной из школ, где носят цилиндры и тому подобное, потом в Кембридже, который не сильно отличался, затем работал в огромном инвестиционном банке Credit Suisse First Boston: три колоссальных института, дарящих удушающую стабильность, и вдруг пять лет вот этого'.

'Со мной происходили страшные вещи, люди стреляли в меня, я стрелял в них, мне засовывали дуло пистолета в рот, и я все время боялся. Я никогда не отличался особой храбростью, но мне было нечего терять, и до тридцати мне было еще далеко'.

Он не говорил по-русски и вскоре выяснил, что это может иметь крайне неприятные последствия. 'Когда я был в Грозном, то я нашел только одного человека, говорящего по-английски - семилетнего мальчика, он-то и был моим переводчиком, и я с его помощью брал интервью у президента или полевых командиров, а они думали, что я - чокнутый секс-турист'.

'Через какое-то время я подумал: нужно остановиться, это слишком опасно. Я вернулся в Англию и работал нештатным корреспондентом Sunday Times, а потом понял, что мне хочется написать о человеке, который завоевал Кавказ для России, о князе Потемкине и Екатерине Великой. Это - самая замечательная история в мире о величайшем политическом, сексуальном и романтическом партнерстве. Я хочу сказать, что Антоний и Клеопатра или Наполеон и Жозефина с ними рядом не стояли'.

Когда Сибэг Монтефиоре работал над своей первой исторической книгой, он познакомился со своей будущей супругой, Сантой Палмер-Томкинсон. Ее родители - старые друзья принца Чарльза, а сестра Тара - профессиональная светская львица.

Палмер-Томкинсон работала журналистом, но всегда хотела писать романтические романы. 'В Англии фамилия Палмер-Томкинсон хорошо известна, поэтому я сказал ей: пошли роман в издательство под псевдонимом. Во-первых, ты их заинтригуешь, а во-вторых, если рукопись возьмут, ты будешь знать, что твоя фамилия тут ни при чем. Вот так она и начала свою писательскую карьеру, написала 10 книг, которые разошлись большими тиражами'.

Она писала свои первые четыре романа, а он - книгу о Потемкине, сидя на противоположных концах обеденного стола в квартирке, расположенной в лондонском районе Баттерси.

'Это был сущий кошмар: мы сидели за одним столом, я хотел слушать Guns N' Roses, а она - сладкоголосую Селин Дион, поэтому мы постоянно ссорились. Я до сих пор удивляюсь, что наш брак выстоял'.

Книга вышла в свет в 2000 году и 'полностью реабилитировала Потемкина и Екатерину Великую, благодаря ей состоялась вся моя дальнейшая карьера, потому что российскому правительству она понравилась, и Путину, вероятно, тоже'.

'Когда Джордж Буш ездил в Россию, он прочитал эту книгу. Он сказал в одном из интервью, что они с женой читали друг другу любовные письма, лежа в постели в спальне Белого дома . . . ужасная мысль, только не пытайтесь представить себе эту картину. Так что я действительно был в фаворе у Кремля, и получил доступ к архивам, чтобы собрать материал для своей следующей книги', подробном рассказе о повседневной жизни Сталина и его ближнего окружения.

Книга о Сталине не вызвала особых восторгов в Кремле, зато очень понравилась в Грузии. 'Я приложил гигантские усилия, чтобы максимально точно описать грузинский период, которым до этого никто всерьез не занимался, а доступных архивов не было. Я встречался с грузинским президентом, еще когда работал корреспондентом. Он прочитал мою книгу о Сталине, она ему понравилась, и, когда я попросил пустить меня в грузинские архивы, чтобы написать книгу о молодых годах Сталина, он личным указом открыл архивы, персонально для меня.

'Архивы находились в ужасном состоянии, они были закрыты, и никто должным образом ими не занимался'. Там он нашел бесценные семейные воспоминания о Сталине.

'Мне страшно повезло: работая над каждой из своих книг, я смог раскопать большое количество нового материала об этих исполинских исторических фигурах, который до меня никто не использовал. Это в наше время возможно только в России и в Китае, такого уже не найдешь в Англии, Австралии или Америке'.

"Сталин: двор красного монарха" был переведен на 33 языка. 'Молодой Сталин' в скором времени выйдет в мягком переплете, а права на экранизацию этой книги купили киностудии Miramax и Ruby Films, главную роль, возможно, будет играть Джонни Депп.

Три года назад, благодаря 'авторским отчислениям с книг и некоторой сумме, доставшейся по наследству', супруги и их двое детей смогли переехать из Баттерси в дом в Кенсингтоне, который стоит скорее $10, чем $5 миллионов.

Сибэг Монтефиори уже начал собирать материал для своего следующего исторического труда о Иерусалиме, и он собирается написать еще два романа в продолжение саги о семье Сашеньки, которые, как и первый, выйдут за подписью Саймон Монтефиори.

'Это опять будет художественный вымысел, основанный на историях, происходивших в действительности. Сила воздействия книг возрастает, когда читатель чувствует, как они близки к реальным событиям, видит точно переданные детали, как например описание машин, телефонов, музыки, еды и питья, всего, вплоть до пыточных инструментов'.

'Я очень хотел написать что-нибудь непохожее на мои исторические книги, которые в действительности рассказывают о власти. Об испытании властью, о механизме власти, о механизме убийств, о механизме террора, о взгляде изнутри на жизнь двора в условиях абсолютной власти'.

'В романах же я рассказываю о семье, о любви, и это - приятное разнообразие'.

___________________________

Саймон Сибэг Монтефиоре: Сталин, его отец и Кролик ("New Statesman", Великобритания)

Саймон Сибэг Монтефиоре: 'Идейные' убийцы: Ленин был не лучше Сталина и Гитлера? ("The Washington Post", США)

Саймон Сибэг Монтефиоре: Битва, не имевшая равных в истории ("Daily Mail", Великобритания)

Саймон Сибэг Монтефиоре: Почему Сталин любил Тарзана и хотел убить Джона Уэйна ("The Daily Telegraph", Великобритания)