После того как утихли страсти, вызванные недавним конфликтом между Грузией и Россией, Кейт Эшелби отправилась в мирный горный регион Сванети. Она наблюдала за сбором урожая и убедилась, что освященные временем традиции грузинского застолья сохранились в целости и сохранности.

Джена поднимает бокал густого красного вина. 'Сакартвелос Гаумарджос - За победу Грузии!', - говорит он. Стол ломится от яств, это самый настоящий пир, но женщины все еще что-то готовят на печи, которую топят дровами. Нескончаемые тосты льются рекой - за богов, святых, любовь и дружбу, и каждый из них произносится со страстью. Огонь бросает жаркие отблески на мое лицо. Застолье и тосты не прекращаются. Уже поздно, и я пытаюсь отправиться на боковую. 'Нет-нет, - говорит Джена. - Давайте еще по одной'. Добро пожаловать в Грузию, страну нескончаемых пиршеств и непревзойденного гостеприимства.

Застольные тосты на протяжении веков являлись частью грузинской культуры. Я приехала сюда, чтобы посмотреть на традиционную грузинскую супру или застолье - это слово означает 'скатерть', потому что весь стол полностью заставляется разнообразными блюдами. Я сижу на кухне дома Джены Гвициани в горном селе Бечо (северная провинция Сванети), расположенном высоко в горах на Кавказе, где долины усеяны средневековыми башнями. Этот район ранее был небезопасным для путешественников - вооруженные ограбления здесь были делом привычным - однако регулярное патрулирование улучшило ситуацию, и сваны ждут туристов с распростертыми объятиями.

Туризм важен для Грузии, однако по этой индустрии был нанесен сильный удар в августе, когда многолетняя напряженность вокруг отделившегося региона Южная Осетия вылилась в полномасштабный конфликт между Грузией и Россией. Теперь страсти улеглись, и страна стала безопасной для туристов, исключение составляют отделившиеся регионы Южная Осетия и Абхазия. Последние российские солдаты наконец-то покинули страну, им на замену - к радости грузин - пришли невооруженные наблюдатели ЕС. 'Нас так просто не победишь', - с гордостью говорит мой гид Дато. Грузия из-за своего стратегического положения - на Шелковом пути, перекрестке Европы и Азии - на протяжении веков подвергалась нашествию завоевателей - моголов, византийцев, персов и арабов. И Грузины безумного гордятся своей страной и ее непокорным духом.

Дорога из столицы Грузии Тбилиси в Сванети изрыта и ухабиста. Мы проезжаем мимо повозок, запряженных лошадьми, районов многоэтажных домов в советском стиле, и через десять часов добираемся до Бечо. Старый каменный сельский дом Джены окружен яблонями, на клумбах цветут георгины, во дворе - обшарпанный грузовик, на веранде висят вязанки лука. Лела, жена Джены, в фартуке и черном платке, сбивает яблоки длинной палкой.

Я оказалась гостьей в доме Джены благодаря путешествию, организованному туристической компанией Wild Frontiers - 10-дневный пеший тур по Сванети с ночевками в селах, расположенных по нашему маршруту. Шофер Гия перевозит наш багаж, поэтому каждый вечер он уже ждет нас в назначенном месте. В этих домах я была единственной гостьей, отводившиеся мне комнаты были непритязательными, но чистыми и уютными. Ночи здесь холодные, и я пыталась избежать ночных походов в уборную, потому что удобства, как правило, расположены во дворе.

Грузия - страна молока и меда, где ветви деревьев в садах ломятся от фруктов, и люди до сих пор привязаны к земле - все их продукты домашнего производства. В Сванети полудикие свиньи в лесах выкапывают желуди, и их мясо от этой пищи приобретает божественный вкус, мед пахнет полевыми цветами, и люди сами изготовляют сыр из молока своих коров. Особенность кухни сванов определяет горная местность - там нет магазинов и рынков, поэтому продукты питания производятся сезонно. Мой визит выпал на осень - время сбора урожая и создания запасов в преддверье холодной зимы.

На следующее утро мы с Дато просыпаемся рано и после плотного завтрака - блины, домашнее яблочное повидло, хачапури (лепешка с сыром внутри), йогурт, мураба (варенье) из груш и свежий персиковый сок - отправляемся к леднику на горе Ушба. Ее великолепные вершины возвышаются над селом как два стража, их белые снежные шапки блестят на фоне лазурного неба. Вокруг нас - буйство осенних красок. Горные склоны устилает золотисто-желтый, чарующий зеленый и бордовый ковер. По дороге мы лакомимся черникой, малиной, лесными орехами, и пригоршнями пьем воду из стремительных горных ручьев.

Подниматься по крутой тропе нелегко, но наверху, высоко в облаках, все кажется призрачным и каким-то неземным - окутанная дымкой далекая долина внизу и пенистые потоки водопадов. На коровах надеты большие колокольчики, и от их звона это место становится похожим на Аркадию. Вечером нас ждет еще одно застолье: кубдари (лепешки, фаршированные говядиной), шуша (пюре из картошки и сыра), домашняя колбаса, соус из слив и баклажаны, покрытые пастой из грецких орехов. Шестилетняя дочь Джены начинает читать грузинские стихи, да так выразительно, что трогает меня до слез. К еде подают вкуснейшую сладковатую ракию домашнего приготовления, делают ее из хлеба и настаивают на эстрагоне.

Путь до Местии, следующего пункта нашего маршрута, занимает почти целый день. Стрекот кузнечиков, сияние солнца. 'Кетеван (так звучит мое имя по-грузински), нам очень повезло с погодой, - говорит Дато. - Осень непредсказуема, часто идет дождь, но если светит солнце - это самое прекрасное время года, одни горы, покрытые снегом, чего стоят'.

Мы устраиваем пикник на пастушьем стойбище. Сейчас здесь пусто, но летом тут живут пастухи со своими отарами. Впереди нас ждет перевал Гуль и первозданный снег. Наверху меня охватывает ликование - я стою на крыше мира, окруженная горами, горделиво вздымающими свои вершины из долины к небу. Когда мы спускаемся по другой стороне перевала, заходящее солнце окрашивает деревья в золотистые и рыже-коричневые цвета.

В Местии полно средневековых каменных башен, высоких и стройных. Грузии на протяжении веков приходилось защищать свою территорию, поэтому сваны возвели эти символичные башни. Однако до укрытой в горах Сванети многие покорявшие Грузию завоеватели не добирались, и туда для пущей сохранности привозили сокровища из других районов страны. В 1936 году для них в Местии был построен музей. Там можно увидеть богато украшенные алтарные кресты, красивые манускрипты и иконы в золотосеребряных окладах.

Из Местии мы отправляемся в село Адиши. Вдали виднеется гора Шхара, самая высокая в Грузии (16, 600 футов), а Ушба глядит через долину на гору Тетнулди. 'Легенда гласит, что когда-то эти горы были влюбленными, которых разлучили родители, и они обернулись горами, чтобы вечно смотреть друг на друга', - рассказывает Дато. Начинается роскошный закат. Селяне заготавливают сено. Один мужчина, сверкая золотыми зубами, вместе с сыном укладывают аккуратно сложенный сноп сена на деревянные волокуши, запрягают в них мощного быка, и тот тащит их вниз с горы. Издали сноп напоминает смешного мохнатого пса Дугала из детской телепередачи 'Волшебная карусель'.

Прогулка по Ашиди переносит меня в средневековье - беспорядочно разбросанные обветшалые дома и башни, многие из них разрушены и отчаянно нуждаются в ремонте. Сегодня мы ночуем в доме Жоры, небритого мужчины, который рассказывает: 'Раньше здесь жили 34 семьи, теперь только восемь. Другие уехали, потому что дороги полгода закрыты из-за снега, и село оказывается полностью отрезанным от мира. Во времена Советского Союза здесь ходили автобусы, но теперь их уже нет'.

Село кажется лабиринтом покосившихся веранд, украшенных кружевной резьбой. Пожилая женщина с морщинистым лицом собирает хворост, ее сестра моет посуду в старой ванне, стоящей на улице. Она прерывается и протягивает мне пригоршню наливных зеленых яблок.

В доме Жоры во многих окнах нет стекол, по двору бродят куры и цыплята. Самая большая комната чем-то напоминает уютную викторианскую гостиную. Женщины, одетые во все черное, пекут хлеб. Вся семья собирается в уютном тепле, в углу можно помыть руки, здесь же стоят две кровати, где спят дети. В этот вечер, сидя за сделанным вручную дубовым столом, мы едим свинину с чесноком и рисом, завернутую в листья капусты, жареную картошку, томаты, фаршированные говядиной и сладким перцем и фирменное блюдо сванов из сыра и мяты. Царит праздничная атмосфера, мужчины курят, вокруг меня море суровых, но таких дружелюбных лиц.

Сначала пьют за умерших, и в память о них часть вина почтительно выливается на землю. 'Затем мы выпьем за детей, символ жизни', - говорит Дато. У грузинских тостов своя особенность - несмотря на то, что уже поздно, их темы становятся все свободнее и экспрессивнее. 'Когда произносят тост, пить нельзя', - объясняет Дато. Он показывает мне пару рогов горных коз, стоящих на полке шкафа. 'Эти кубки используют для самых важных тостов, когда полагается выпивать вино сразу, до дна'.

Разговор переходит с войны на то, что правительство собирается выставлять счета за электроэнергию. 'Нас это беспокоит, потому что все эти села живут за счет натурального хозяйства. Денег у нас нет', - говорит Жора. А что касается мирного существования, то тут грузины надеются на помощь Европы. Дато говорит: 'Мы уже почти смирились с тем фактом, что нам не вернуть отделившиеся провинции, но это русские посеяли вражду между нами и сепаратистами. Если бы Россия оставила нас в покое, мы смогли бы жить мирно'.

На следующее утро мы отправляемся в Ушгули, одно из самых высоких поселений в Европе. Когда мы приближаемся к селу, свиньи шумно тянут носом воздух и хрюкают. Единственный признак современности - старая спутниковая тарелка. Женщины копают картофель у подножия башен, мужчины ведут волов вверх по извилистым тропам, из труб вьется дымок. Башни в Ушгули не похожи друг на друга - одни приземистые и пузатые, другие - высокие и стройные. В вечернем свете их камни цвета карамели и нуги контрастируют с девственно белыми шапками гор.

Ни один гастрономический тур по Грузии не может быть полным без посещения равнинной плодородной винодельческой области Кахети, граничащей с Азербайджаном. Вино - неотъемлемая часть жизни Грузии. Много лет назад Дева Мария явилась во сне к Нино (женщине, первой принесшей христианство в Грузию), и когда она проснулась, в ее руках был крест, связанный из ветвей виноградной лозы - знак, что она избрана нести слово Божие.

Вино и застолье стало воплощением их христианской веры. У грузинского вина отчетливо терпкий вкус. Технология его производства отличается от европейской - грузины не отделяют виноградный сок от кожуры ягод, оставляя их бродить на протяжении нескольких месяцев в подвалах. Каждая семья в Кахети производит вино этим способом, который оставался неизменным на протяжении веков.

Зурико, местный кахетинец, собирает виноград вместе с семьей и соседями - багажник его побитой Лады под завязку набит ягодами. Он протягивает мне гроздь винограда и приглашает в гости - отведать хинкали и, конечно же, его вкуснейшего домашнего вина. В конечном итоге, это ведь Грузия!

++++++++++++++++++++++

P.S. Тов. читатели, будьте предельно бдительны! Не забывайте, пожалуйста, голосовать :-))) В финале Народного голосования ИноСМИ занимает 12 место. Напоминаем, по правилам конкурса с одного IP можно голосовать только 1 раз в 24 часа. "Урны" для "Народного голосования" за ИноСМИ (Премия Рунета - 2008) расположены по адресу: http://narod.premiaruneta.ru/.

_____________________________

Что русские оставили после себя в Грузии ("The Wall Street Journal", США)

Путевые заметки из Грузии ("Le Monde", Франция)

Сладкое золото Грузии: коньяк с геополитическими преимуществами ("The Wall Street Journal", США)

***********************

ГРУ против КГБ (Чрезвычайная комиссия читателей ИноСМИ)

Читатели ИноСМИ предсказали победу Обамы!(Чрезвычайная комиссия читателей ИноСМИ)

Как гетман Сагайдачный на Москву ходил(Чрезвычайная комиссия читателей ИноСМИ)

"Черный день" Америки(Чрезвычайная комиссия читателей ИноСМИ)