ИноСМИ - Все, что достойно перевода

Как иностранные СМИ изображают Россию.
Мы переводим. Вы делаете выбор

Фото

Логотип APThe Associated Press, США

Многострадальный восток Украины: ничейная земля в западне

42586

Официальный контроль над Северодонецком более или менее определен, но настроения в народе весьма неоднозначны. В этом регионе исторически сильны пророссийские симпатии, а украинское самосознание здесь гораздо слабее, чем в других частях страны. Здесь почти все говорят по-русски, а если где-то и слышится украинская речь, то она наверняка принадлежит кому-то из прибывших сюда военнослужащих.

Украинский военный в деревне Катериновка Луганской областиУлица в Северодонецке Луганской областиУкраинские военные в селе Катериновка Луганской областиУкраинские военные в селе Катериновка Луганской областиРынок в Северодонецке Луганской областиУкраинские военные в селе Катериновка Луганской областиГород Северодонецк в Луганской областиДети в Северодонецке Луганской областиУлица в Северодонецке Луганской областиРынок в Северодонецке Луганской областиУкраинский военный в селе Катериновка Луганской области
Украинский военный в деревне Катериновка Луганской области
© AP Photo, Evgeniy Maloletka
Улица в Северодонецке Луганской области
© AP Photo, Evgeniy Maloletka
Украинские военные в селе Катериновка Луганской области
© AP Photo, Evgeniy Maloletka
Украинские военные в селе Катериновка Луганской области
© AP Photo, Evgeniy Maloletka
Рынок в Северодонецке Луганской области
© AP Photo, Evgeniy Maloletka
Украинские военные в селе Катериновка Луганской области
© AP Photo, Evgeniy Maloletka
Город Северодонецк в Луганской области
© AP Photo, Evgeniy Maloletka
Дети в Северодонецке Луганской области
© AP Photo, Evgeniy Maloletka
Улица в Северодонецке Луганской области
© AP Photo, Evgeniy Maloletka
Рынок в Северодонецке Луганской области
© AP Photo, Evgeniy Maloletka
Украинский военный в селе Катериновка Луганской области
© AP Photo, Evgeniy Maloletka
Катериновка, Украина – Кладбищенскую тишину в этой ничейной деревне на востоке Украины разорвал звук одиночного выстрела. Выстрелил по ошибке нервный солдат, но правительственные пограничные войска срочно отправились на патрулирование, они ждали засады, в которую можно попасть всякий раз, заходя в Катериновку.

Солдаты рассказали, что в ходе недавней стычки с сепаратистами погибли четверо их товарищей.

«Номинально Катериновка – территория Украины, но пока это просто буферная зона, где могут находиться бандиты и боевики сепаратистов», – сказал Павел Петрович, которого солдаты из его подразделения называют «Папа». Он доброволец, а на пограничную службу поступил из западного города Черновцы. Как и остальные сослуживцы, он отказался назвать свою фамилию, ограничившись именем и отчеством.

На фото: патруль украинских пограничных войск в селе Катериновка, 9 июня 2015 года.
То, что украинские войска называют буферной зоной, – деревня с несколькими сотнями жителей, вытянувшаяся вдоль тупиковой проселочной дороги, над которой нависают высокие деревья. Молодые, здоровые и трудоспособные люди давно уже покинули Катериновку, объяснил один напуганный местный житель.

«Я жил здесь с сыном, его женой и их ребенком, – сказал Петр Владимирович, вытирая пот с бровей. – Я тут один остался. Просто не могу все бросить».

На фото: дети переходят через дорогу на фоне памятника Великой отечественной войны, 11 июня 2015 года.
За продуктами люди отваживаются ходить в сельский магазин, который работает только до обеда. После этого редко кто осмеливается выходить за порог. «Я просто смотрю за хозяйством, а больше здесь делать нечего», – рассказал Петр, до войны работавший водителем автобуса.

Обстрел начинается с наступлением сумерек. Катериновка пострадала не очень сильно, поскольку снаряды перелетают ее и падают ближе к украинским позициям, которые находятся в нескольких минутах ходьбы от села.

На фото: солдаты украинских пограничных войск на блокпосту в селе Катериновка Луганской области, 9 июня 2015 года.
Тем не менее, ходить по Катериновке довольно опасно, и любой неверный шаг может стать последним. В прошедшие выходные на растяжке подорвался 54-летний пастух, когда вел стадо на пастбище, он получил тяжелые осколочные ранения. Самодельное взрывное устройство было начинено пружинами из матраса.

Украинские солдаты говорят, что растяжку поставили повстанцы, часть из которых – местные жители. «Большая часть здорового мужского населения воюет на стороне ЛНР, – сказал Папа, используя аббревиатуру названия Луганской Народной Республики. – Они поддерживают связь с семьями и иногда нападают на наши блокпосты».

На фото: солдат украинских пограничных войск на блокпосту в селе Катериновка, 9 июня 2015 года.
Еще несколько недель назад люди могли ездить в сепаратистские районы и обратно по дороге, от которой отходит ответвление на Катериновку. Теперь охраняющие дорогу солдаты разворачивают любой транспорт.

Когда 450-километровая линия, разделяющая правительственные войска и территорию повстанцев, в прошлом году начала становиться более или менее постоянной, украинские власти создали громоздкую систему разрешений для передвижения из одной зоны в другую.

На фото: рынок в Северодонецке, 11 июня 2015 года.
Сегодня боевые действия вновь идут возле основного укрепрайона повстанцев, и в страдающих от сепаратизма Донецкой и Луганской областях открытым остался лишь один коридор. Труднее всего в Луганской области, где губернатор Геннадий Москаль решительно издал указ, запрещающий передвижение гражданских лиц между районами, удерживаемыми правительством и повстанцами.

«Почему я должен разрешать людям проходить, чтобы в них стреляли из гранатометов и пулеметов? – заявил Москаль. – Я несу ответственность перед президентом, правительством и народом Украины за сохранение жизней людей».

На фото: солдаты украинских пограничных войск на блокпосту в селе Катериновка Луганской области, 9 июня 2015 года.
Поскольку столицу области, Луганск, удерживают сепаратисты, Москаль вынужден вести свою работу из относительно спокойного города Северодонецка, жизнь в котором с советских времен сосредоточена вокруг местных химических предприятий. Этот город, находящийся всего в 30 километрах от линии фронта, как будто погрузился в блаженный сон, а война отсюда кажется очень далекой.

Дети тянутся к ветвям тутовых деревьев, и их ягоды падают на землю и оставляют темные пятна на тротуарах, занесенных тополиным пухом. Пешеходный участок на улице Ленина как магнитом притягивает к себе молодых мам с колясками. Но на летнем солнцепеке в середине дня мало кто задерживается надолго.

На фото: мальчик проезжает мимо знака «Северодонецк» в Донецкой области, 11 июня 2015 года.
Но если официальный контроль над Северодонецком более или менее определен, настроения в народе весьма неоднозначны, как и статус Катериновки.

В прошлом году город некоторое время находился под контролем вооруженных ополченцев – достаточно долго для того, чтобы в мае в нем не удалось провести президентские выборы.

На первый взгляд, ситуация изменилась. Северодонецк демонстрирует отличительные признаки более ревностного в своем патриотизме нового порядка. Перед внушительным зданием дома культуры с колоннами, где стоял памятник лидеру большевиков Владимиру Ленину, ненавидимого украинскими националистами, сегодня остался один пьедестал с национальным желто-голубым флагом. Украина просто помешалась на уничтожении памятников Ленину, несмотря на сохранившуюся любовь многих пожилых людей к коммунистической эпохе.

На фото: дети играют в волейбол на улице в Северодонецке, 11 июня 2015 года.
Здесь по-прежнему очень заметны связи региона с Россией, чья активная роль в организации и поддержке сепаратистского движения широко признается. Расклеенные на столбах и щитах рекламные объявления почти все предлагают отдых на юге России.

В повстанческих областях в практическую реальность превратились и экономические связи. Пенсии там начали выплачивать в российских рублях. В сепаратистских районах используется как российская, так и украинская валюта, причем рубль преобладает там, где в больших количествах сосредоточены ополченцы из России.

На фото: старый «Запорожец» советской эпохи обгоняет троллейбус на улице Северодонецка, 11 июня 2015 года.
В этом регионе исторически сильны пророссийские симпатии, а украинское самосознание здесь гораздо слабее, чем в других частях страны. Здесь почти все говорят по-русски, а если в городах вроде Северодонецка и слышится украинская речь, то она наверняка принадлежит кому-то из прибывших сюда военнослужащих.

На солдат смотрят с презрением и недовольством, что не в последнюю очередь объясняется их склонностью к пьянству и агрессивному поведению. По этой причине введен полный запрет на продажу алкоголя военным. В среду можно было увидеть троицу разочарованных мужчин в камуфляже, которые брели с пустыми руками по Северодонецку от одного магазина к другому. Видимо, продавцы в винных магазинах строго выполняют изданный указ.

На фото: местные жители покупают овощи на рынке в Северодонецке, 11 июня 2015 года.
Жители Северодонецка, чья жизнь пришла в смятение из-за боевых действий, меньше интересуются политической подоплекой, стоящей за ними, и больше тем, как преодолеть выпавшие на их долю невзгоды.

В городе недовольны наплывом беженцев, из-за которых выросли цены на аренду квартир и на продукты питания, хотя они и без того были высоки из-за обесценивания валюты.

Между тем, беженцы чувствуют себя в такой же западне, как и жители Катериновки.

Блокада, которую ввел Москаль, не по душе таким людям, как 56-летний врач Владимир Николаевич, который из-за обстрелов был вынужден покинуть свой родной город Первомайск, ныне находящийся под контролем ополченцев.

«У нас есть паспорта. Мы граждане Украины, – сказал он. – Этого должно быть достаточно, чтобы пройти».

На фото: украинский военный на блокпосту в селе Катериновка Луганской области, 9 июня 2015 года.
Читайте нас ВКонтакте и будьте в курсе происходящих в мире событий.
test
Всего комментариев:Комментариев:4
Правила комментированияОбсуждение
  • Комментарий

Все комментарии

  • AKNartov
    Как и остальные сослуживцы, он отказался назвать свою фамилию, ограничившись именем и отчеством.
    Потому, что боятся ответственности за творимые ими, пособниками и соучастниками еврофашистской пиндохунты, преступления на землях Руси. А отвечать головой придётся, неминуемо. Всему свой срок... всякому врагу своё время для могилизации...
    Раскрыть всю ветку (1 сообщений в ветке)
  • То же самое хотел написать...
    Меньжуются бравые украинские борцы за общечеловеческие ценности...
  • ytzin
    Запорежец вообще то стоит на месте и обогнать троллейбус ему сложно.
  • Sunix
    я таких обшарпанных троллейбусов на фоне горбатого 20 лет не видел
Показать новые комментарии (0)

    Многострадальный восток Украины: ничейная земля в западне

    Катериновка, Украина – Кладбищенскую тишину в этой ничейной деревне на востоке Украины разорвал звук одиночного выстрела. Выстрелил по ошибке нервный солдат, но правительственные пограничные войска срочно отправились на патрулирование, они ждали засады, в которую можно попасть всякий раз, заходя в Катериновку.

    Солдаты рассказали, что в ходе недавней стычки с сепаратистами погибли четверо их товарищей.

    «Номинально Катериновка – территория Украины, но пока это просто буферная зона, где могут находиться бандиты и боевики сепаратистов», – сказал Павел Петрович, которого солдаты из его подразделения называют «Папа». Он доброволец, а на пограничную службу поступил из западного города Черновцы. Как и остальные сослуживцы, он отказался назвать свою фамилию, ограничившись именем и отчеством.

    На фото: патруль украинских пограничных войск в селе Катериновка, 9 июня 2015 года.
    То, что украинские войска называют буферной зоной, – деревня с несколькими сотнями жителей, вытянувшаяся вдоль тупиковой проселочной дороги, над которой нависают высокие деревья. Молодые, здоровые и трудоспособные люди давно уже покинули Катериновку, объяснил один напуганный местный житель.

    «Я жил здесь с сыном, его женой и их ребенком, – сказал Петр Владимирович, вытирая пот с бровей. – Я тут один остался. Просто не могу все бросить».

    На фото: дети переходят через дорогу на фоне памятника Великой отечественной войны, 11 июня 2015 года.
    За продуктами люди отваживаются ходить в сельский магазин, который работает только до обеда. После этого редко кто осмеливается выходить за порог. «Я просто смотрю за хозяйством, а больше здесь делать нечего», – рассказал Петр, до войны работавший водителем автобуса.

    Обстрел начинается с наступлением сумерек. Катериновка пострадала не очень сильно, поскольку снаряды перелетают ее и падают ближе к украинским позициям, которые находятся в нескольких минутах ходьбы от села.

    На фото: солдаты украинских пограничных войск на блокпосту в селе Катериновка Луганской области, 9 июня 2015 года.
    Тем не менее, ходить по Катериновке довольно опасно, и любой неверный шаг может стать последним. В прошедшие выходные на растяжке подорвался 54-летний пастух, когда вел стадо на пастбище, он получил тяжелые осколочные ранения. Самодельное взрывное устройство было начинено пружинами из матраса.

    Украинские солдаты говорят, что растяжку поставили повстанцы, часть из которых – местные жители. «Большая часть здорового мужского населения воюет на стороне ЛНР, – сказал Папа, используя аббревиатуру названия Луганской Народной Республики. – Они поддерживают связь с семьями и иногда нападают на наши блокпосты».

    На фото: солдат украинских пограничных войск на блокпосту в селе Катериновка, 9 июня 2015 года.
    Еще несколько недель назад люди могли ездить в сепаратистские районы и обратно по дороге, от которой отходит ответвление на Катериновку. Теперь охраняющие дорогу солдаты разворачивают любой транспорт.

    Когда 450-километровая линия, разделяющая правительственные войска и территорию повстанцев, в прошлом году начала становиться более или менее постоянной, украинские власти создали громоздкую систему разрешений для передвижения из одной зоны в другую.

    На фото: рынок в Северодонецке, 11 июня 2015 года.
    Сегодня боевые действия вновь идут возле основного укрепрайона повстанцев, и в страдающих от сепаратизма Донецкой и Луганской областях открытым остался лишь один коридор. Труднее всего в Луганской области, где губернатор Геннадий Москаль решительно издал указ, запрещающий передвижение гражданских лиц между районами, удерживаемыми правительством и повстанцами.

    «Почему я должен разрешать людям проходить, чтобы в них стреляли из гранатометов и пулеметов? – заявил Москаль. – Я несу ответственность перед президентом, правительством и народом Украины за сохранение жизней людей».

    На фото: солдаты украинских пограничных войск на блокпосту в селе Катериновка Луганской области, 9 июня 2015 года.
    Поскольку столицу области, Луганск, удерживают сепаратисты, Москаль вынужден вести свою работу из относительно спокойного города Северодонецка, жизнь в котором с советских времен сосредоточена вокруг местных химических предприятий. Этот город, находящийся всего в 30 километрах от линии фронта, как будто погрузился в блаженный сон, а война отсюда кажется очень далекой.

    Дети тянутся к ветвям тутовых деревьев, и их ягоды падают на землю и оставляют темные пятна на тротуарах, занесенных тополиным пухом. Пешеходный участок на улице Ленина как магнитом притягивает к себе молодых мам с колясками. Но на летнем солнцепеке в середине дня мало кто задерживается надолго.

    На фото: мальчик проезжает мимо знака «Северодонецк» в Донецкой области, 11 июня 2015 года.
    Но если официальный контроль над Северодонецком более или менее определен, настроения в народе весьма неоднозначны, как и статус Катериновки.

    В прошлом году город некоторое время находился под контролем вооруженных ополченцев – достаточно долго для того, чтобы в мае в нем не удалось провести президентские выборы.

    На первый взгляд, ситуация изменилась. Северодонецк демонстрирует отличительные признаки более ревностного в своем патриотизме нового порядка. Перед внушительным зданием дома культуры с колоннами, где стоял памятник лидеру большевиков Владимиру Ленину, ненавидимого украинскими националистами, сегодня остался один пьедестал с национальным желто-голубым флагом. Украина просто помешалась на уничтожении памятников Ленину, несмотря на сохранившуюся любовь многих пожилых людей к коммунистической эпохе.

    На фото: дети играют в волейбол на улице в Северодонецке, 11 июня 2015 года.
    Здесь по-прежнему очень заметны связи региона с Россией, чья активная роль в организации и поддержке сепаратистского движения широко признается. Расклеенные на столбах и щитах рекламные объявления почти все предлагают отдых на юге России.

    В повстанческих областях в практическую реальность превратились и экономические связи. Пенсии там начали выплачивать в российских рублях. В сепаратистских районах используется как российская, так и украинская валюта, причем рубль преобладает там, где в больших количествах сосредоточены ополченцы из России.

    На фото: старый «Запорожец» советской эпохи обгоняет троллейбус на улице Северодонецка, 11 июня 2015 года.
    В этом регионе исторически сильны пророссийские симпатии, а украинское самосознание здесь гораздо слабее, чем в других частях страны. Здесь почти все говорят по-русски, а если в городах вроде Северодонецка и слышится украинская речь, то она наверняка принадлежит кому-то из прибывших сюда военнослужащих.

    На солдат смотрят с презрением и недовольством, что не в последнюю очередь объясняется их склонностью к пьянству и агрессивному поведению. По этой причине введен полный запрет на продажу алкоголя военным. В среду можно было увидеть троицу разочарованных мужчин в камуфляже, которые брели с пустыми руками по Северодонецку от одного магазина к другому. Видимо, продавцы в винных магазинах строго выполняют изданный указ.

    На фото: местные жители покупают овощи на рынке в Северодонецке, 11 июня 2015 года.
    Жители Северодонецка, чья жизнь пришла в смятение из-за боевых действий, меньше интересуются политической подоплекой, стоящей за ними, и больше тем, как преодолеть выпавшие на их долю невзгоды.

    В городе недовольны наплывом беженцев, из-за которых выросли цены на аренду квартир и на продукты питания, хотя они и без того были высоки из-за обесценивания валюты.

    Между тем, беженцы чувствуют себя в такой же западне, как и жители Катериновки.

    Блокада, которую ввел Москаль, не по душе таким людям, как 56-летний врач Владимир Николаевич, который из-за обстрелов был вынужден покинуть свой родной город Первомайск, ныне находящийся под контролем ополченцев.

    «У нас есть паспорта. Мы граждане Украины, – сказал он. – Этого должно быть достаточно, чтобы пройти».

    На фото: украинский военный на блокпосту в селе Катериновка Луганской области, 9 июня 2015 года.
    Украинский военный в деревне Катериновка Луганской областиУлица в Северодонецке Луганской областиУкраинские военные в селе Катериновка Луганской областиУкраинские военные в селе Катериновка Луганской областиРынок в Северодонецке Луганской областиУкраинские военные в селе Катериновка Луганской областиГород Северодонецк в Луганской областиДети в Северодонецке Луганской областиУлица в Северодонецке Луганской областиРынок в Северодонецке Луганской областиУкраинский военный в селе Катериновка Луганской области
    Украинский военный в деревне Катериновка Луганской области
    © AP Photo, Evgeniy Maloletka
    Улица в Северодонецке Луганской области
    © AP Photo, Evgeniy Maloletka
    Украинские военные в селе Катериновка Луганской области
    © AP Photo, Evgeniy Maloletka
    Украинские военные в селе Катериновка Луганской области
    © AP Photo, Evgeniy Maloletka
    Рынок в Северодонецке Луганской области
    © AP Photo, Evgeniy Maloletka
    Украинские военные в селе Катериновка Луганской области
    © AP Photo, Evgeniy Maloletka
    Город Северодонецк в Луганской области
    © AP Photo, Evgeniy Maloletka
    Дети в Северодонецке Луганской области
    © AP Photo, Evgeniy Maloletka
    Улица в Северодонецке Луганской области
    © AP Photo, Evgeniy Maloletka
    Рынок в Северодонецке Луганской области
    © AP Photo, Evgeniy Maloletka
    Украинский военный в селе Катериновка Луганской области
    © AP Photo, Evgeniy Maloletka