«Игра», «тактика», «стратегия» - такого рода термины звучат в высказываниях на тему польско-российских отношений так часто, что от этого болят уши. Эти слова взяты будто бы из записной книжки шпиона времен холодной войны. Визит Медведева показал, что нам не стоит забывать об этих словах, но стоит чаще употреблять другие, из сферы языка бизнеса: инвестиции, активы, недружественное поглощение. 

Президент Дмитрий Медведев приехал в Польшу в первую очередь как хороший менеджер, а не как политик. Впрочем, в случае России сложно говорить о классической политике и политиках. В условиях отсутствия нормальной демократической конфронтации нет речи о политиках, зато есть более или менее успешные менеджеры. Медведев без сомнения относится к успешным. Это было заметно во время визита. Присутствовала безупречная подготовка и понимание, насколько важны для нас исторические вопросы. Почти каждую тему Медведев начинал с Катыни и Смоленска, но не это было для него самым важным. Как только он расправлялся с ритуальной, но необходимой в Польше исторической диалектикой, он переходил к самому главному: инвестициям в Польше (в частности, компания Lotos) и экономическому сотрудничеству.

Это был важный сигнал для российской администрации: Польша сейчас стала такой же частью «Запада», как и «старые» страны ЕС. Таким образом, Москва покончила с эпохой разделения Европы на Германию, Италию, Францию, с которыми она дружила, и Польшу с остальной Центрально-Восточной Европой, которые в лучшем случае игнорировались, а обычно служили для вымещения имперских комплексов. Россия изменила свою стратегию. У нее большие ожидания в отношении ЕС и Польши. Проблема заключается в том, что мы, пожалуй, не слишком хорошо понимаем, как в дальнейшем разыгрывать эту новую российскую стратегию.

Мы привыкли к старой, постоянно недружественной и грозной России, которую до такой степени олицетворял Путин, что многие комментаторы, тоскуя о российском премьере и прибегая к дилетантскому кремлеведению, говорили, что было бы лучше, если бы к нам приехал именно он. Вовсе нет. Позиция президента Медведева в России становится все более сильной, так что он уже не только «Робин», учащийся у «Бэтмена». Его идею модернизации России приняло молодое поколение. Хорошо, что президент Коморовский так часто ссылался на любимую Медведевым «модернизацию»

Как мы можем воспользоваться новой российской политикой? Способны ли мы предложить России что-то большее, чем совместные расследования сталинских преступлений? У нас в Польше нет таких лоббистов, как есть, например, у Германии. Наш экспертный тыл долгие годы занимался анализом исходящих из России угроз, а не прогнозом выгод, которые может принести нам сотрудничество. Не считая крупных энергетических концернов (в качестве источника технологий они для россиян малоинтересны, так как они сами являются лидерами в энергетике), у нас нет компаний, которые могут похвастаться таким уровнем капитала и продвинутых технологий, чтобы инвестировать в России. Кто бы занимался модернизацией российской железной дороги - польская государственная железная компания PKP? Большинство россиян ассоциируют Польшу с прошлым, а не с современностью.

При этом у нас остается груз нерешенных проблем, таких мин замедленного действия, как хотя бы смоленское дело, которые могут полностью разрушить отношения Москвы и Варшавы. И наконец, не закончится ли период раздутых визитом Медведева надежд одновременно с первым польским «нет» на предложение российских инвестиций в польскую энергетическую компанию или первым российским «нет» в отношении планов участия польского концерна в разработке российских газовых полей?