Завершился двухдневный визит Бронислава Коморовского в США. «Польша поддерживает и одобряет стремление к ратификации договора по СНВ», - заявил польский президент в Вашингтоне. Именно это заявление и его политические последствия оказались единственной темой, которая хотя бы вскользь упоминалась в заголовках американских газет в связи с визитом Коморовского в США. Это неожиданное, соответствующее ожиданиям президента Обамы и, конечно, России, высказывание представителя Польши и было, как представляется, истинным поводом этого визита.

Спешное приглашение, его принятие и одновременный выбор не слишком отдаленной даты нетипично для дипломатических отношений. Тем более, что польская сторона согласилась на подготовку государственного визита с долгим, утомительным межконтинентальным перелетом в сложный организационный момент: через день после приема в Варшаве президента Германии и через два после визита президента России. Спешку можно объяснить только желанием опередить неблагоприятные для лагеря пророссийски настроенных политиков политические изменения в США, которые не позволят ратифицировать договор.

Поддержка договора по СНВ была вознаграждена уверениями Обамы, что нужно действительно «что-то» сделать с визами для поляков, а также еще более туманными обещаниями усилить американское военное присутствие в Польше. В настоящее время на территории нашей страны на ротационной основе находится учебный (не оснащенный боеголовками) противоракетный комплекс Patriot. Американские элементы так называемой европейской системы противоракетной обороны должны появиться в Польше в 2018 году. Теперь Барак Обама добавил к этому скромному набору небольшое военно-воздушное подразделение. «С середины 2013 года на нашей территории должны на временной основе пребывать четыре транспортных самолета «Геркулес» и шестнадцать истребителей F-16», - пояснил советник польского президента Роман Кузняр (Roman Kuźniar).

Более детально, но в соответствии с тем, что мы услышали в Белом доме, президент Коморовский представил свои взгляды на лекции, организованной в германском фонде Маршалла. «Саммит в Лиссабоне послужил обновлению взаимных обязательств, проистекающих их Вашингтонского договора, однако Европа страдает хроническим отсутствием доверия. Поэтому мы инвестируем в новый образ мира и новые отношения с Россией. Никто другой не заинтересован в восстановлении отношений с Россией так сильно, как Польша», - говорил он. Выступление, которое продолжалось около часа, было сложным для слушателей, не владеющих польским. Коморовский делал длинные исторические отступления, рассказывал построенные на игре слов анекдоты, использовал множество непереводимых идиоматических выражений, приводил пословицы и поговорки, некоторые даже по-русски. Хотя говоря о польско-российском согласии он подтвердил, что доверие не должно быть неограниченным, а взаимные обязательства должны подвергаться проверке, он сразу же обратил это в шутку. «Так, как
в семейных отношениях: доверяй, но проверяй», - сказал польский президент, вызвав в зале взрыв хохота.

Много внимания уделил Коморовский теме виз для поляков, рассказав о собственном унизительном опыте, связанным с заполнением визового заявления, в котором был ряд личных и неприятных вопросов. «Я являюсь уже четвертым польским президентом, которому приходится заполнять заявление на визу», - сказал он.
[...]