Обвиняется Россия. Нашу программу мы начинаем с первого раздела «Белой книги» смоленской катастрофы. За столом - Антони Мачеревич с Ярославом Качиньским. Больше часа они обвиняют россиян в том, что те вели Ту-154 на верную смерть. Говорили об ужасном тумане, смертельной ловушке и подделке документов.

Эксперты в сфере авиации слушают это, читают, качают головами и говорят, что с фактами у этой презентации мало общего. Кшиштоф Скужиньский.

Это был двухчасовой обвинительный акт. Против России. В «Белой книге» несколько сотен страниц, но сегодня представили только часть. Эту часть кратко изложили и вот так красочно подытожили.

ЯРОСЛАВ КАЧИНЬСКИЙ, брат президента Польши, погибшего в катастрофе под Смоленском 10 апреля 2010 года: Они приказывают самолету выйти на высоту 100 метров, несмотря на то что диспетчеры говорят, что он вообще не должен снижаться, аэродром должен быть закрыт. Россия виновата в этом так же, как и в последующей дезинформации.

Если бы можно было представить список обвинений диспетчерам и даже российским властям, то он выглядел бы так. Начали с требования России разделить визиты президента и премьер-министра Польши в Катынь. Глава правительства приземлился в Смоленске 7 апреля. Далее - намеренная передача ложных метеорологических сводок, отсутствие подготовки и проверки безопасности аэродрома для приема делегации, оставление аэродрома открытым, даже подделка и уничтожение материалов дела, в том числе «зашумление записей «черных ящиков», что должно было сделать невозможным их достоверную расшифровку».

Cегодня политики из партии «Право и справедливость» лишь повторили обвинения о ложных сведениях о высоте, курсе и линии захода на посадку, переданных диспетчерами.

АНТОНИ МАЧЕРЕВИЧ, руководитель комиссии сейма Польши по расследованию причин смоленской катастрофы: Они передавали ложную информацию как о высоте, на которой находился самолет, так и об угле расхождения с серединой взлетно-посадочной полосы.

СТЕФАН ГРУШЧИК, бывший командир эскадры самолетов «Туполев» 36-го спецполка транспортной авиации Польши: Диспетчеры не сообщали высоту, потому что не имели такой возможности. На этом аэродроме нет такой аппаратуры. Все это время за высотой должен был следить экипаж.

В последний момент перед заходом на посадку командир экипажа уже не передавал диспетчерам информации о высоте, о чем свидетельствуют стенограммы. Эти данные сообщал только штурман. Но не диспетчерской, а экипажу. Несмотря на достижение так называемой высоты принятия решения - 100 метров, - хотя пилоты по-прежнему ничего не видели из-за тумана, снижение на посадку продолжалось.

Вот другое обвинение. Касается оно ремонта самолета в России перед роковым рейсом. Якобы произошла серия поломок оборудования самолета, что могло сказаться на развитии событий 10 апреля. Речь идет, помимо прочего, о радиопеленгаторе.

АНТОНИ МАЧЕРЕВИЧ: Не было прецедентов, чтобы результатом ремонта были такие крупные и серьезные неполадки.

ОСКАР МАЛИШЕВСКИЙ, летчик: Если бы такие поломки действительно имели место, то они могли бы сыграть какую-то роль в катастрофе, но это поломка, которую экипаж должен заметить. Ничто из происходящего в кабине пилотов не говорит о том, что что-то было неисправно.

Чаще всего на этой пресс-конференции российских диспетчеров обвиняли в том, что они несмотря на плохие погодные условия не закрыли аэродром и не отправили самолет на запасной. Именно здесь звучали предположения о политической подоплеке и произносились слова о «ведении на смерть».

АНТОНИ МАЧЕРЕВИЧ: Это стало непосредственной, конечной причиной катастрофы.

РОБЕРТ ЗАВАДА, бывший военный летчик: Диспетчер может запретить посадку, но необязательно. Пилот и так знает лучше, что происходит на данный момент на борту.

Это был один из элементов спора между польской и российской комиссиями, расследующими причины катастрофы: должен ли был быть закрыт аэродром. Спор не решен.

КШИШТОФ ЗАЛЕВСКИЙ, сотрудник журнала Lotnictwo: К сожалению, мы должны дождаться окончания работы комиссии Миллера, которая, может быть, выяснит, почему этот самолет не ушел на запасной аэродром.

Партия «Право и справедливость» прямо обвиняет россиян также в подделке записей «черных ящиков». Факт в том, что между расшифровкой, сделанной в России, и расшифровкой, представленной польской стороной, есть расхождения, в том числе принципиальные. Речь идет о приказе, который звучит в конце полета: «Отходим на второй круг» - после него экипаж ничего не предпринимает. Правда, никто, и Антони Мачеревич также не представил сегодня доказательств того, что записи бортовых самописцев были фальсифицированы.

Перевод выполнен ИноТВ.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.