Российская Федерация может начать меняться быстрее, чем мы думали. Дмитрий Медведев в своих первых словах после выборов выразил радость по поводу того, что «Единая Россия» прошла в Думу. Президент, конечно, шутил, однако перемены над Волгой и Обью неизбежны, а сплоченному вокруг Владимира Путина властному лагерю придется серьезно задуматься над стратегией на ближайшие годы. Сам премьер своеобразно напомнил об этом, неожиданно обратившись ко «всем гражданам» и «всем избирателям», благодаря их за отданные голоса. В России - президентская форма правления, а глава правительства должен быть независимым чиновником. Путин, исполняющий одновременно функции премьера и председателя «Единой России», нарушает этот принцип, тем не менее в ночь после выборов он выступил как стоящий выше политических раскладов покровитель народного единства (хотя, несомненно, не примирения).

Конечно, политическая жизнь в России в нынешних условиях поразительно искусственна. Однако до настоящего времени общество обманывалось видимостью демократии, а несознательные и обособленные граждане хотя и не любили власть, но, скорее боялись и избегали ее, даже не представляя себе, что могут стать для нее реальной угрозой. Сейчас ситуация изменилась, и это можно назвать переходом количества в качество. Такой огромный масштаб нарушений, который потребовался чтобы «Единая Россия» сохранила в Думе хотя бы простое большинство, обычные избиратели восприняли как слабость системы. Демонстративные манипуляции были на всех уровнях: от тенденциозных решений Центральной избирательной комиссии до тысяч мелких инцидентов на избирательных участках.

Означает ли это, что давно ожидаемые оппозицией и правозащитниками изменения в сознании россиян уже произошли? Такой вывод делать еще, определенно, рано, но кремлевская властная группировка должна принять важное стратегическое решение.

Ответом на новую ситуацию может, конечно, стать усиление репрессий и принятие государством открыто авторитарной формы. Второй, более оптимистичный, вариант заключался бы в переформулировании целей и способа руководства, чтобы повернуться к людям и их потребностям. Это потребовало бы перехода от слов к действиям, проведения необходимых реформ, очистки государства от структурных патологий – особенно на стыке власти (администрации), бизнеса и общества.

Какой бы ни оказалась реакция стратегов из путинского окружения, внешняя политика России останется прежней: она будет опираться на неоимперский экспансионизм, нацеленный в первую очередь против независимости Украины и Белоруссии, а в перспективе – против независимости Польши и Центральной Европы. Эта линия будет прекрасно сочетаться с подобными устремлениями Германии и ее намерениями совершить раздел сфер влияния в Европе. Эту схему нарушает лишь план США по созданию системы ПРО, поэтому неудивительно, что Москва играет мускулами, протестуя в первую очередь против американских объектов в Румынии и Польше.

Одновременно нынешнему правящему российскому лагерю придется сейчас обратить гораздо больше внимания на внутренние дела. Реальные ли, мнимые ли реформы потребуют значительных бюджетных средств. Борьба с оппозицией будет утомлять президента, премьера и их команды, неизбежными станут разломы в тандеме Путин–Медведев и противоречия внутри партии. Все усилия будут сосредоточены на том, чтобы «не растратить» достижений десяти лет строительства системы нового самодержавия внутри страны и не допустить его падения. Это может дать внешнему окружению Россию немного времени, поскольку дыхание восточного медведя станет слабее.

А россиянам, пробуждающимся после десятилетия политического сна, стоит пожелать, чтобы они не разочаровывались, чтобы они в первую очередь искали здравые ценности, правдивую информацию и хорошие образцы. Чтобы они не упустили новых возможностей, занявшись личными выгодами и раздорами, и взяли на себя труд гражданской ответственности.