Есть вещи, на которых нельзя экономить, и на которые правительству и органам местного самоуправления приходится изыскивать средства даже в самые тяжелые времена. Что это? Кто-то подумает - здоровье, другой – образование. Пенсии? А, может быть, безопасность? Ничего подобного, в этих сферах, как мы знаем, царит жесткая экономия. Если правительство сокращает расходы по таким основополагающим статьям, значит, в стране сложилась действительно серьезная ситуация, и экономить нужно буквально на всем.

Существует, однако, определенная группа людей, на которую сокращение расходов не распространяется. Кто же это такие? Матери-одиночки? Ветераны? Пожилые люди или инвалиды? Вовсе нет. Помимо (ясное дело) правящих кругов, к привилегированной группе относятся не кто иной, как большевики.

«Но ведь их уже нет», - удивится на это кто-нибудь. Не вдаваясь в дискуссии о современных обличиях большевизма, можно ответить так: в том-то и дело, что не совсем. Со времен Польской народной республики осталось множество названий улиц, а также памятников, увековечивающих местных коммунистов и советских оккупантов. Уже много лет ветеранские и патриотические круги требуют раз и навсегда убрать символы советской оккупации и очистить публичное пространство от следов коммунизма. Эти инициативы часто наталкиваются на сопротивление властей, но иногда заканчиваются успехом. В последние же годы, а точнее, после смоленской катастрофы, мы имеем дело с удивительным явлением: возведением большевикам новых памятников или реставрацией старых. «Это трусливые действия, которые вписываются в тенденцию, свидетелями которой мы стали после смоленской трагедии, когда мы могли наблюдать жесты, демонстрирующие желание понравиться Кремлю и подчиненность России», - полагает Антоний Краузе (Antoni Krauze), режиссер фильма «Черный четверг».

Неудобная память

Прецедентом стало возведение памятника красноармейцам в городке Оссув (Ossów) и попытка открыть его 15 августа 2010 года. Этого не дали сделать местные жители. События в Оссуве не были, к сожалению, исключением. Мэр Варшавы Ханна Гронкевич-Вальц (Hanna Gronkiewicz-Waltz) еще, правда, сама не поставила большевикам памятника, но решила выделить 2 миллиона злотых (около 20 млн руб., - приме. пер.) на реставрацию монумента Советско-польскому братству по оружию (т.н. «памятник четверым спящим»). «Это памятник очередным оккупантам. Аргументы, что он должен стоять, поскольку тут погибали солдаты, не имевшие ничего общего с политикой, абсурдны. Ведь солдаты похоронены на кладбище Советских воинов», - комментирует действия варшавских властей Краузе. Сложно понять решение руководства города, которое способно найти средства на ремонт памятников оккупантам, но не хочет увековечивать память героев.

«В Варшаве до сих пор нет ни улицы, ни памятника президенту Леху Качиньскому (Lech Kaczyński), который погиб в результате события, называемого смоленской катастрофой, и который вел борьбу с коммунистической системой», - напоминает наш собеседник.

Со дня катастрофы прошло почти два года, а в Варшаве все еще не увековечили память погибших. Аргумент, что на варшавском кладбище Повонзки памятник жертвам уже стоит, необоснован. Попытка вытеснить память на кладбище идеально вписывается в манипуляторскую риторику нынешних властей: религия – это частное дело, траур следует переживать молча, а распятию место в храме.

Весной прошлого года мэр Варшавы провела среди жителей столицы опрос. Вопрос звучал так: «Должен ли, по вашему мнению, в центре столицы появиться другой памятник жертвам смоленской катастрофы, помимо того, что стоит на кладбище Повонзки?» Но госпожа мэр повела себя непоследовательно. Раз ее так сильно волнует «глас народа», ей стоило бы сейчас задать жителям Варшавы другой вопрос: «Должен ли, по вашему мнению, город покрыть расходы на реставрацию памятника Советско-польскому братству по оружию, помимо того, что он уже выделил средства на ремонт залитого красной краской памятника Берлингу (Zygmunt Berling)?»

Большевики: реактивация

Если проанализировать последние события, может показаться, что у нас разворачивается акция под названием «мэры городов - большевикам». Начала ее Варшава, а по следам Гронкевич-Вальц пошел мэр Гданьска Павел Адамович (Paweł Adamowicz). Этот градоначальник (член партии «Гражданская платформа» (PO)) решил вернуть судоверфи «Гданьск» имя Ленина и выделил на это 67 тысяч злотых (около 670 тыс. руб., - прим. пер). Отметим, что автор идеи возвращения воротам верфи их первоначального облика – Дорота Незнальска (Dorota Nieznalska), известная зарабатыванием популярности на, мягко и кратко говоря, оскорблении религиозных чувств католиков.

Бывший работник верфи и участник забастовки декабря 1970 года Богуслав Голомб (Bogusław Gołąb) критикует решение мэра. «Я работал на этой верфи и, по моему мнению, сведения, что она носила имя Ленина, должны остаться в истории и документах. Но закреплять в публичном пространстве имя вождя большевистской революции, в результате которой погибли миллионы людей, недопустимо», - подчеркивает он. Представляется, что ворота верфи, украшенные красно-белыми флагами и портретом Папы Римского – достаточно узнаваемы, и имя Ленина здесь совершенно ненужно. Остается надеяться, что власти польских городов не продолжат эту линию и не решат вернуть «исторический облик» улицам, носящим имена таких [коммунистических, - прим. пер.] деятелей, как Сверчевский (Karol Świerczewski), Мархлевский (Julian Marchlewski) или Новотко (Marceli Nowotko).

Впрочем, снижение восприимчивости к коммунистическим символам наблюдается уже давно. Классический пример – это, конечно, образ Эрнесто Че Гевары, тиражируемый в качестве элемента поп-культуры. Следует обратить внимание и на символ красной звезды. Ведь это не нейтральный знак, а коммунистический символ, популяризированный в Советской России после октябрьской революции. Орденом Красной звезды награждали сотрудников НКВД, красная звезда присутствовала в гербах и на флагах многих государств, попавших под коммунистическую оккупацию. Сейчас же, например, на одном из ежегодно проходящих в Гдыне музыкальных фестивалей под красной звездой развлекается молодежь. Постепенное привыкание к этой эмблеме привело к тому, что многие из нас, смотря на это мероприятие, не чувствуют возмущения, какое возникло бы, если бы все происходило под знаком свастики. Но это не значит, что такого рода символы безопасны. Скорее, наоборот: зло, за маской добра, скрывающееся за «иммунитетом» поп-культуры, опасно в гораздо большей степени.

Именно на эту проблему обращает внимание Богуслав Голомб: «Вернуть на ворота имя Ленина – это дать нынешнему и следующим поколениям позволение на очередные нарушения уголовного кодекса, который запрещает распространение символов и текстов, пропагандирующих коммунизм, а также, извините за выражение, на дальнейшую промывку наших мозгов посредством возвращения коммунистической символики. Всегда найдется удобный аргумент, который можно использовать, чтобы напомнить о тех или иных символах», - считает участник забастовки на верфи «Гданьск». «Речь идет о нашей свободе. Мы должны вырваться из-под бремени не только коммунистической системы, но и ее символов», - подытоживает Голомб.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.